Иллюзия обмана - Илона Романова

Ему нужно было подумать. Волшебство действовало безотказно. Чужие мысли летали в его голове, как свои. А вот огненное зелье дало осечку. То ли Лоз как всегда посмеялся над своим рабом, то ли Грейф Нюд имел от него какую-то защиту. Это можно было проверить только одним способом… Не на себе же было экспериментировать!

И тут взгляд Цервемзы упал на бледного и почти бесчувственного Зьеснила, сидевшего в углу. Мыслей его было не прочитать, настолько бессвязно они метались.

— Выпей! Тебе полегчает, — участливо склонившись над слугой, сказал Правитель и протянул ему кубок.

Зьеснил благодарно кивнул и, даже не взглянув, что ему предлагают, осушил кубок до дна. Удивлённо посмотрел на Цервемзу. Протяжный крик понёсся по дворцовым анфиладам. Убийца кивнул стражникам. Да они и так поняли, что делать. Правитель снова отошёл к окну.

— Ну что ж… Замену ему я найду быстро.

Когда вопли смолкли, Цервемза посмотрел на Грейфа Нюда, тщетно пытавшегося сбросить с себя невидимые путы. Усмехнулся и сказал:

— Значит, оно всё-таки действует… На всех, кроме тебя. И меня. Теперь мы сравнялись в силах.

— До поры, Цервемза! — ответил, наконец освободившийся Колдун. И задумчиво повторил. — До поры…

ВЕЛИКИЙ СОВЕТ

I

Кайниол, не мигая, глядел на снег, крупными хлопьями застилавший вечернюю амграманскую улицу. "Наверное, последний в этом году — не всё же зиме властвовать, — отрешённо подумал юноша. — Потом начнётся весна… Какой-то она будет?" Город прикидывался спящим, но на самом деле чутко вслушивался в то, что будет сказано в стенах резиденции. Кайниол молчал. Мысли вязко путались. В голову лезла всякая чушь — истории из детства… воспоминания… обрывки песенок… снова воспоминания… Амграмана ждала. Как и весь Сударб. Император молчал. И думал. Почти ни о чём. Уходя в мыслях всё дальше и дальше. И вдруг на него накатила волна бессильной ярости: "Арнит столько лет стремился к власти, а когда надел корону, то занялся исключительно своими переживаниями, да дворцовыми интригами. И потом тоже… Уже почти год прошёл с того, как он признал меня Наследником. Пока он был жив, можно было столько всего успеть изменить. Хотя бы зелья эти проклятые объявить вне закона… А мы вместо этого только и делали, что скрывались да своих теряли! Вот и его тоже… Теперь всё легло на мои плечи… — парень сжал кулаки. — Глупо! Сам тоже хорош — никто не заставлял меня становиться Соправителем. Мог, в конце концов, отказаться… — сказал он сам себе. — Только всё случается так и тогда, как и когда должно случиться… Если сложилось бы по-другому, то мы не смогли бы создать Луч Правды… Ладно, хватит ребячиться. Нужно что-то решать… Нравится это мне или нет, я — Император Сударба!" Гнев отхлынул. И тогда пришли нужные слова.

Император обернулся к Мисмаку, давным-давно расположившемуся с бюваром за маленьким изящным столиком, невесть зачем стоявшим в кабинете. "Интересно, отчего он не сядет за письменный стол. Там же удобнее", — отметил про себя юноша.

— Я, Кайниол, Император Сударба… — произнёс он ровно и спокойно.

Перо легко полетело по бумаге. "Я раньше не замечал, насколько у отца изящный и жёсткий почерк. Впрочем, когда было — сперва я был маленьким, тогда он заполнял лишь хозяйственные книги, а в пору составления первых эдиктов, было явно не до изучения каллиграфии".

— …обращаюсь ко всем своим сторонникам в Сударбе и Немыслимых Пределах. Предстоит новая война с Лозом…

Кайниол снова отвернулся к окну. Никогда в жизни слова не давались ему с таким трудом. Снег мирно танцевал свой сонный танец… Новая война! Это только сказать было просто. Прежнее сражение унесло жизни многих дюков и непоправимо изменило мир. Правда тогда люди были слабы, а Творящие и Хранящие истощены длительной междоусобицей. Сейчас, вроде бы и дюки сильны и люди многому научились за прошедшие века. И всё же… Сторонники Рассыпавшегося тоже не стали слабее за это время. Император не представлял, сколько продлится и чем закончится грядущая битва. Имел ли он право обрекать два народа на бесконечную и, возможно, бессмысленную бойню, если не был в состоянии гарантировать победу? Только надеяться мог… Юноша напряжённо вглядывался в снежную круговерть, как будто пытаясь разглядеть сквозь неё ответы. Сколько жертв придётся принести и потерь пережить? Метель пела заунывную колыбельную… Кайниол вздохнул и возвратился к действительности:

— Настала пора созывать Великий Совет. Не могу приказывать, поэтому прошу о помощи…

Секретарь невольно вздрогнул. Всего год назад он уже слышал те же слова от прежнего Императора. Кайниол не знал об этом, но повторил, однажды сказанное его отцом. Воспоминание об Арните вернуло всю боль от потери Сиэл. Несколько месяцев Мисмак старался начать жить заново. Но что же было делать, если он умер вместе с женой? Тот человек, который стал Личным Секретарём Его Величества так и остался на границе Дальнего Мира… Мисмак сдержал вздох и снова принялся писать.

Кайниол, казалось, не заметил этого, но остановился и снова задумался, глядя на равнодушный снежный танец.

— Отец, — как бы невзначай сказал Император. — Где назначить место сбора? Хорошо бы в Тильецаде или его окрестностях. Однако, защита защитой, а непосредственная близость Цервемзы и Грейфа Нюда оптимизма не вызывают.

— Спроси у Таситра или Хаймера, — рассеянно ответил тот, всё ещё погружённый в воспоминания. — Я всего лишь Секретарь.

— Успеется, — улыбнулся Кайниол, — Я хочу знать твоё мнение.

— Ну, тогда… — глаза Мисмака постепенно начали оживать. — Может быть, провести Совет там, где проходили посвящение юные дюки и дочь Хаймера? И знаешь, на твоём месте я пригласил бы туда котов и лежбиков. Полагаю, враги у нас общие.

— Вот и говори после этого, что я Император, если о таких важных гостях умудрился забыть! — Кайниол рассмеялся.

Только сейчас он заметил зверя, который дремал, вальяжно развалившись между письменными принадлежностями на иссиня-чёрном сукне письменного стола. Император мог поклясться, что когда они входили в кабинет, кота там не было!

— Хотя… Как ты себе представляешь какое-нибудь серьёзное событие, тем более, если речь идёт о подготовке к войне, без Тийнерета?

Услышав своё имя, кот недовольно приоткрыл один глаз и мрачно повёл хвостом:

— Прошу не сплетничать и не беспокоить, — сонно, но весьма назидательно промолчал он. — Придём мы, придём. Приглашаете вы нас или нет…

Для порядка лизнул лапу и, свернувшись калачиком, продолжил смотреть сны, гораздо более содержательные, чем людская болтовня.