Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

– Сколько хочешь. – усмехнулся я, раздеваясь.

Сложно сказать, сколько раз она убила меня. Кажется пять… или семь? Это не отложилось у меня в памяти, потому что я не считал: просто у меня раз за разом останавливалось сердце, пока впившись в шею девушку тянула из меня кровь, и мое бессмертие вновь и вновь запускало его, сотворяя новую, чистую кровь.

Мертвенно-бледная, совсем не похожая на живую фигура преобразилась, наливаясь цветов, соком и жизнью. Вскоре Мелайя уже ничуть не напоминал нежить - став прекрасной, молодой девушкой с идеальной фигурой, слегка раскрасневшейся, и на вид такой невинной…

А дальше я потерял счёт времени. Возможно прошел день… два… или неделя. Бессмертному не нужна еда, сон или отдых: пусть их переносить и более неприятно, чем для безучастной нежити.

Но всему приходит в конец, и в какой-то миг, вяло лежа на теплом камне под водой, я лениво принялся размышлять: является ли это некрофилией, или всё же нет.

Напившаяся кровью и жизнью, она совсем не отличалась от молодой девушки - ни на ощупь, ни даже в энергетике. Идеальный диверсант: пока сам себя не раскроет. Однако был один фактор, что я всё же вынес для себя.

Бессмертный, в отличии от нежити, не является полностью неутомимым. Я мог сколько угодно восполнять силы, прибегая к нему, но в конце-концов меня банально залюбили до такой степени, что у меня полностью отказало желание продолжать заниматься любовью: даже при наличии физической возможности и прекрасной, неутомимой любовницы под боком.

– Сдаешься? – ехидно посмотрела на меня Мелайя, подходя поближе и ставя рядом поднос с дымящимся отваром для меня.

– Сдаюсь. – вяло махнул рукой я, не чувствую между ног и тени движения при взгляде на обнаженную фигуру девушки.

Наверно, это всё же некрофилия, решил для себя я. В ином случае я бы продержался дольше - но предпочтения оказывают эффект, всё же, я не какой-то там извращенец, а обычный мужчина…

– Да-да, утешай себя мыслями что это некрофилия. – зевнула хорошо знавшая меня вампирша. – Какие только оправдания мужчины не выдумывают чтобы оправдать свою слабость…

– Это нечестно. – вяло отбивался я. – Ты не знаешь усталости.

– Зато я изучила все книги по плотским утехам, что смогла найти в городе, пока тебя не было. – фыркнула бывшая охотница. – И мы даже не попробовали половины, потому что ты ханжа и скромник. Вот уж чего не ожидала!

– Извращения - это для ненормальных, а я психически здоров. – отбрил девушку я.

– Утешай себя этой иллюзией и дальше, друг мой некрома…фил! – крикнула она, удаляясь за одеждой.

Это место определенно на меня плохо влияет. Надо будет как-нибудь ещё заехать…

Я не стал задерживаться надолго - легкого отдыха было достаточно. Вскоре меня проводили к границе тем же путем, что и раньше: но в этот раз вместе с духом меня сопровождала и сама Мелайя.

– Ты знала, что он научился искривлять пространство? – поинтересовался у девушки я.

– Конечно. – пожала плечами она. – Вообще-то, я сама научила его пользоваться лесными тропами. Они были в Таллистрии и раньше, просто мало кто знал: но я нашла инструкции в архивах королевской семьи. Пусть леса и мертвы, сами тропы остались, так что малыш справился.

– Малыш? – приподнял бровь я.

– Ну, ты оставил ребенка на меня, так что не жалуйся теперь на его воспитание. – хмыкнула Мелайя.

Я оставил это заявление без комментариев.

– Оставь нас. У меня есть разговор для малыша. – сказал я девушке ближе к границе мертвой земли.

Она смерила меня странным, печальным взглядом. А потом крепко поцеловала в губы, обняв.

– Заглядывай иногда.

– Киана жива. – ответил я.

На несколько долгих мгновений королева земли теней застыла в ступоре. А потом встрепенулась, тряхнув волосами.

– Лучшая новость за последний год, что сказать. Не убивай её. Пожалуйста.

– Не буду. – коротко ответил я, отворачиваясь.

Некоторое время мы молча стояли на границе: я и дух, которому я так и не дал имени.

– Я чувствую, тебя всё ещё что-то беспокоит, Отец. Что волнует тебя?

– Некс. – ответил я. – Твое имя Некс.

– Несмотря на то, что я рад получить имя, ты не ответил на вопрос.

Да, он учился быстро…

– Там, за границей, которую ты пока не можешь преодолеть, лежат мои земли. Мир, что стал моим, пусть пока и частично. – вздохнул я. – Я не хочу, чтобы он стал таким, как Земля Теней.

– Но… Разве ты не создал меня, чтобы убивать?

– Создал. – кивнул я. – И ты выполнил свою задачу. Это не значит, что ты должен уйти, когда она выполнена. Но я никогда не хотел убить эти земли. В конце-концов, это мир, в котором я живу.

– Ты хочешь сказать… Что я не должен был убивать всё живое в Таллистрии?

– Да. – просто ответил я.

Он молчал долго - неожиданно долго для существа, способного учиться очень быстро, что свидетельствовало о глубоком самоанализе. Кажется, внутри молодого духа бушевали эмоции - и даже я, связанный с ним больше, чем кто бы то ни было, не мог понять их природы.

– Смерть - это то, кто я есть. – раздался в моей голове тихий, печальный голос Некса. – Нести смерть - моя природа, моя суть, мое предназначение. Я не могу изменить то, кто я есть.

– Даже смерть можно преодолеть. – эхом отозвался я, глядя на горизонт. – Мы не можем изменить свою природу, ты прав. Но мы можем преодолеть её. Я был рожден человеком, и я остаюсь человеком и по сей день: но дела, что я сделал, миллионы людей назвали бы бесчеловечными. Я же назову это величием. В том, чтобы следовать тому, кто ты есть, тому, что кажется твоим предназначением, нет величия, ибо в этом нет борьбы, нет подвига, не преодоления невозможного. Измени себя, не изменяя себе, если хочешь этого. Иногда для того, чтобы совершить невозможной - нужно лишь желание, сильное настолько, что заставляет содрогаться само мироздание.

Он не ответил, но ответа мне и не требовалось. Разве ты ждешь от детей ответа, когда делишься