Голубой Ютон - Квинтус Номен

– Всё не так печально, молодой человек, – Лида, хотя и была старше Володи всего-то на шесть лет, постоянно его таким образом подкалывала. – Во-первых, если я правильно помню, у тебя на заводе еще парочка буровых установок почти сделана. Во-вторых, если я не забыла что говорила Зоя, с помощью каталитического гидрокрекинга из этой нефти дизельного топлива собирается получать до трехсот килограмм на тонну, то есть скважин уже нужно втрое меньше. Ну а в третьих пока Маркус обещанный флот танкеров не выстроит, нам и пяти-десяти скважин за глаза хватит, тем более что на самом деле они еще с год они тонн по двадцать в сутки давать все еще будут если там еще на пару метров глубже пробурить… как тебе мой Кирюша?

– Спасибо, ты меня очень успокоила. А Кирилл твой – парень сообразительный. Может, слегка азартный, но работать умеет и любит. А что?

– А то, что он сейчас, пока мы на Апшероне дурака валяли, делает затворы высокого давления. Вот сделает – тогда скважину будем бурить в другом месте.

– Где, в Грозном или в Башкирии?

– Нет, тоже на Апшероне. Примерно километрах в восемнадцати от наших скважин. Конечно и трубопровод придется проложить…

– А нафига так далеко?

– Потому что там в далеком будущем с одной скважины три месяца получали по шестнадцать тысяч тонн в сутки.

– Сколько?! Да нам столько не нужно! Да и как столько перевезти?

– Поэтому и нужен кран на трубу. У нас там скважина не три месяца, а три года нефть без насосов давать будет, или даже лет десять.

– А зачем мы тогда эти бурили?

– А чтобы было чем двигатели танкеров кормить и кораблей, которые всё нужное на Апшерон привезут. Чтобы масло у нас было и моторное, и просто смазочное, и, кстати, трансформаторное. А до скважины в Балаханах нам еще года три ждать придется: пока флот танкеров появится, пока заводы нефтеперерабатывающие девочки построят…

– Думаешь, года три? Маркус, когда уезжал, говорил, что он новый какой-то корабль строить собирается. Какой – не говорил, но точно не танкер…

Новый корабль строить собрался вовсе не Маркус, а его сын. Начитался парень книжек про путешествия, которые после тщательной отфильтровки учительницы признали «разрешенными к использованию среди своих», наслушался «бабских разговоров на кухне». Ну а раз «отец не возражает»… Маркус, конечно, проект сына внимательно проверил, но особо не раскритиковал. И не особо не раскритиковал: Генрих просто «слегка промасштабировал» спроектированный самим Маркусом танкер, сделав самостоятельно немного другую надстройку и добавив еще один двигатель. А то, что Генрих корабль выстроил из нежавейки, никого вообще не взволновало: из Финляндии хромовой руды поступало так много, что нержавеющие рельсы не делали лишь потому, что марганцовистая сталь прочнее. В результате получился классический «карго-лайнер», который мог перевозить чуть больше тысячи тонн груза и – с приличным уровнем комфорта – полсотни пассажиров: в рамках той же римской торговли судно было очень не лишним. То есть для перевозки грузов по морю нелишним, а насчет пассажиров… Римляне покупали всяких товаров уже очень много: кроме того же сахара огромным спросом пользовалось мыло, все еще не убитый Гордиан с удовольствием покупал пшеничную муку (зерно ему продавать «богини» категорически не желали, поскольку отруби шли на корм собственной скотине), многочисленные «предметы роскоши» вроде стеклянной посуды и столовых приборов из нержавейки, в огромных количествах стальной ширпотреб от лопат до гвоздей – а вот денег на подобные закупки у римлян не хватало. Поэтому в качестве оплаты «богини» принимали и медь с оловом, и свинец (причем последний в таких количествах, что в самом Риме потихоньку начали трубы водопровода менять на керамические), и камень… И в очень больших количествах рабов. Последних брали все же «выборочно»: в основном галлов, разнообразных германцев и сарматов. «Выборочность» объяснялась просто: для этих племен уже были подготовлены учителя, способные им на родном языке объяснить правила жизни у «новых хозяев» и даже обучить их русскому языку. Ну а потом и разным нехитрым ремеслам: все же рабов старались там покупать недорогих, от трехсот до максимум пятисот денариев за голову – а такие, как правило, вообще ничего делать не умели. К тому же приобретали в основном молодых, лет по четырнадцать-шестнадцать, которых чему-то научить в принципе было возможно – что все же заметно сокращало объемы «годного товара». Но Рим потреблял много, покупатели старались как-то «материально обеспечить торговлю по бартеру», так что и рабов в Россию приходилось возить немало…

Кораблик длиной в восемьдесят метров с грузом имел осадку около трех с половиной метров, а без груза чуть больше двух, так что осенью шестьдесят четвертого в голову другого читателя приключенческих книжек Карла Бреннера пришла интересная идея – и уже летом шестьдесят пятого корабль, на котором было еще и почти сотня «пассажиров» (правда, комфорт вынужденно презревших), вошел в бухту, на берегу которой в далеком будущем был выстроен город Санья.

Сейчас там имелся лишь крошечный поселок с населением, как решил Курт, никогда ни с кем из «иностранцев» не встречавшимся. По крайней мере приплывших местные вообще не опасались, с интересом разглядывали сошедших на берег парней, что-то говорили (или спрашивали – Ангелика предупредила дочь, что в индокитайских наречиях по интонации европеец такие тонкости уловить не в состоянии). Эльза, как «лучшая ученица» своей матери, дружелюбностью туземцев воспользовалась по максимуму – и уже недели через три довольно свободно лопотала на местном наречии. А жители поселка, буквально ошарашенные подарками «пришельцев» (несколькими эмалированными кастрюлями, стальными ножами и топорами, мелкими украшениями) с удовольствием рассказывали молодой женщине обо всем, о чем та спрашивала.

– Я думаю, – поделилась Эльза с мужем, – что сейчас тут живут скорее папуасы чем китайцы.

– Но ведь папуасы же черными должны быть! – удивился Курт.

– Заблуждение однако, – усмехнулась Эльза, – это ты наверное Миклухо-Маклая начитался. Папуасы просто смуглые, как арабы во времена наших родителей, или разве что чуточку смуглее – ну ты сам видишь, да и в остальном местных можно считать именно папуасами. Живут практически в каменном веке… то есть именно в каменном, с металлами они вообще не знакомы. Но живут довольно сыто, тут природа такая. И с сельским хозяйством у них неплохо. Хотя это для них неплохо… я даже сомневаюсь, что про урожаи они не врут.

– А что?

– Климат тут замечательный, и воды достаточно. Но если я их правильно понимаю, то урожай риса у них примерно пять центнеров