Руссо и Революция - Уильям Джеймс Дюрант

его в Сибирь, где он умер в 1729 году. Через год Петр II скончался от оспы, и мужская ветвь династии Романовых прекратилась. Именно эта размолвка позволила России в течение шестидесяти шести лет править тремя женщинами, которые по исполнительности и политическим результатам соперничали или превосходили большинство современных королей, а по сексуальной распущенности превзошли всех, кроме Людовика XV.

Первой из этих цариц стала Анна Ивановна, тридцатипятилетняя дочь Ивана Алексеевича, слабоумного брата Петра Великого. Совет выбрал ее, потому что она приобрела защитную репутацию смирения и послушания. Совет, в котором преобладали Долгорукие и Голицыны, составил «Условия», которые они отправили Анне, находившейся в то время в Курляндии, как необходимое условие для утверждения ее в качестве императрицы. Она подписала их (28 января 1730 года). Но ни армия, ни духовенство не пожелали заменить самодержавие олигархией. Делегация дворцовой гвардии вышла навстречу Анне и обратилась к ней с просьбой взять абсолютную власть. Ободренная их оружием, она разорвала «Условия» в присутствии двора.

Не доверяя русским дворянам, Анна привезла из Курляндии немцев, которые ей там понравились. Эрнст фон Бюрен, или Бирон, который был ее любовником, стал главой ее правительства; Остерман был восстановлен в правах на ведение иностранных дел; граф Кристофф фон Мюнних реорганизовал армию; Лёвенвольде, Корф и Кейзерлинг помогли придать новому режиму немецкую эффективность. Налоги собирались с тщательной строгостью; образование было расширено и улучшено; была подготовлена проинструктированная гражданская служба. С такой же эффективностью новая администрация сажала в тюрьмы, ссылала или казнила Долгоруких и Голицыных.

Удовлетворенная двумя любовниками (Бироном и Левенвольде), Анна жила относительно обычной жизнью, вставала в восемь, уделяла три часа правительству и с улыбкой одобрения наблюдала, как ее немцы расширяют российскую власть. Армия под командованием Мюнниха вторглась в Польшу, свергла ориентированного на французов Станисласа Лещинского, возвела на престол саксонца Августа III и сделала первый шаг к привязке Польши к России. В ответ Франция призвала Турцию напасть на Россию; султан отказался, будучи занят на персидском фронте; Россия сочла это подходящим моментом для объявления войны Турции; так начался (1735) шестидесятилетний конфликт за контроль над Черным морем. Дипломаты Анны объясняли, что турки или их зависимые южнорусские войска держат в своих руках выходы пяти великих рек — Днестра, Буга, Днепра, Дона, Кубани, которые были главными каналами южнорусской торговли; что полуварварские мусульманские племена, населяющие нижние бассейны этих рек, представляют постоянную угрозу для христиан России; что северные берега Черного моря являются естественной и необходимой частью России; и что такой великой и растущей стране, как Россия, не должен быть больше закрыт свободный доступ к Черному и Средиземному морям. Эта мысль оставалась главной песней России до конца века и после него.

Первой целью был Крым, почти остров, который являлся турецким оплотом на северном фронте Черного моря. Захват этого полуострова был целью кампании Мюнниха в 1736 году. Его главными врагами были пространство и болезни. Ему предстояло пересечь 330 миль дикой местности, где ни один город не мог обеспечить продовольствием или медикаментами 57 000 солдат; восемьдесят тысяч повозок должны были сопровождать их в длинном строю, подвергаясь в любой момент нападению татарских племен. С блестящим полководческим искусством Мюнних за двадцать девять дней взял Перекоп, Кослов и Бахчисарай (столицу Крыма); но в тот же месяц дизентерия и другие болезни распространили среди его людей такое несчастье и мятеж, что ему пришлось отказаться от своих завоеваний и отступить на Украину. Тем временем другой генерал Анны взял Азов, контролировавший устье Дона.

В апреле 1737 года Мюнних с семьюдесятью тысячами человек вновь двинулся на юг и захватил Очаков, расположенный недалеко от устья Буга. В июне Австрия присоединилась к нападению на турок, но ее кампания настолько провалилась, что она подписала сепаратный мир; а Россия, внезапно оставшись перед лицом полной турецкой армии и ожидая войны со Швецией, подписала (18 сентября 1739 года) мир, который вернул туркам почти все, что было завоевано в трех кампаниях. Этот договор праздновался в Петербурге как великолепный триумф, стоивший всего лишь ста тысяч жизней.

Анна пережила войну на год. Незадолго до своей смерти (17 октября 1740 года) она назначила наследником престола восьминедельного Ивана VI, сына своей племянницы немецкого происхождения Анны Леопольдовны и принца Антона Ульриха Брауншвейгского, а Бирона — регентом до достижения Иваном семнадцати лет. Но Мюнниху и Остерману уже надоел Бирон, и они вместе с Ульрихом и Леопольдовной отправили его в Сибирь (9 ноября 1740 года). Анна Леопольдовна стала регентшей, а Мюнних — «первым министром». Опасаясь полного господства тевтонов в России, французский и шведский послы подняли и профинансировали восстание русских дворян. Они выбрали своим тайным кандидатом на престол Елизавету Петровну, дочь Петра I и Екатерины I.

Елизавете, как мы будем ее называть, было тридцать два года, но она находилась в расцвете своей красоты, мужества и живости. Она любила атлетику и бурные физические упражнения, а также увлекалась амурными утехами и развлекалась с целым рядом галантов. Она была малообразованна, с трудом писала по-русски, хорошо говорила по-французски. Похоже, она и не помышляла о том, чтобы занять трон, пока Анна Леопольдовна и Остерман не отложили ее в сторону в пользу иностранцев. Когда регент приказал петербургским полкам отправиться в Финляндию, а солдаты роптали на зимнюю войну, Елизавета воспользовалась случаем; она надела военную одежду, отправилась в казармы в 2 часа ночи 6 декабря 1741 года и обратилась к солдатам с призывом поддержать ее. Во главе полка она проехала на санях по снегу к Зимнему дворцу, разбудила регентшу и отправила ее и младенца-царя в тюрьму. Когда город проснулся, он обнаружил, что у него появилась новая правительница, настоящая русская императрица, дочь великого Петра. Россия и Франция ликовали.

IV. ЕЛИЗАВЕТА ПЕТРОВНА: 1741–62 ГГ

Трудно разглядеть ее сквозь туман времени и предрассудков. Екатерина II, встретившись с ней в 1744 году, была «поражена ее красотой и величием ее осанки….. Несмотря на то, что она была очень плотной, она нисколько не была обезображена своим ростом и не стесняла своих движений… хотя и носила огромный обруч, когда одевалась».26 В частном порядке она была скептиком на грани атеизма;27 публично она была ревностно ортодоксальной.