Измена командармов - Андрей Владиславович Ганин

ни предметов снабжения»[1729]. В армии оставались формировавшаяся 34-я дивизия, Калмыцкая дивизия, бригада Д. П. Жлобы и железнодорожный полк. Всего 4141 штык, 1421 сабля, 162 пулемета, 18 орудий, 2 бомбомета и миномет[1730]. Жданов просил оставить в армии 1-ю бригаду 33-й дивизии и 7-ю кавалерийскую дивизию[1731], однако главком на это не согласился.

4 мая главком предписал ввиду временного ослабления состава 11-й армии впредь до приведения в боевую готовность ее частей, необходимых для выполнения операции в районе Петровск — Кизляр — Величавое, держать связь с левым флангом 10-й армии и наблюдать пространство между западным берегом Каспийского моря и левым флангом 10-й армии. Боевые задачи на побережье предписывалось выполнять во взаимодействии с Каспийской флотилией. Главком подтвердил необходимость срочно вести формирование 34-й дивизии, затребовав необходимое вооружение и снаряжение из 10-й армии[1732]. В тот же день части армии заняли, а затем оставили Величавое. Того же 4 мая член РВС армии Мехоношин потребовал от Жданова срочно разработать план действий 11-й армии для выполнения операций на Гурьев, Кизляр и Грозный, развития петровской операции и операции на Баку. Требовалось составить два варианта плана — из оценки операции и из имеющегося минимума сил. Таким образом, задача занятия Баку рассматривалась уже в мае 1919 г.[1733] Тогда же генштабист Корольков, состоявший при Мехоношине, составил доклад о мерах для проведения гурьевской операции по содействию 4-й армии Восточного фронта[1734].

Далее, вследствие перемены приказа главкома, а также нарушений в отправке дивизии началась путаница и неразбериха. 5 мая Вацетис приказал 3-ю бригаду 33-й дивизии, следующую Волгой (по мнению Ставки) до Самары (считалась отправленной на паротеплоходе «Мария» 4 мая[1735]), направить в распоряжение командующего Южным фронтом[1736]. В тот же день начальник оперативного управления штаба армии Е.Н. Ригельман сообщил начальнику 33-й дивизии: «Командарм приказал перемену маршрута обязательно исполнить»[1737]. Как выяснилось, бригада была отправлена по железной дороге.

5 мая главком приказал остановить эшелоны 3-й бригады в Саратове и направить их вместо прежнего пункта назначения на станцию Миллерово с последующей передачей в распоряжение командующего Южным фронтом[1738]. 6 мая начальник военных сообщений 11-й армии Еременко телеграфировал начальнику Полевого штаба Костяеву, а также представителю ЦУПВОСО в Серпухове Андрееву об аннулировании перевозки 33-й дивизии на Восточный фронт[1739]. Между тем отправка дивизии из Астрахани к 8 мая была закончена, город покинул последний эшелон, а с 7 мая дивизия была исключена из состава 11-й армии[1740]. По Волге отправлены управление дивизии, три легких артдивизиона, 6-дюймовая тяжелая батарея, 48-линейная гаубичная батарея, конница, инженерный батальона, 33-й автоброневой и 36-й авиационный отряды, транспорты и тыловые учреждения дивизии. Прочие части перебрасывались по железной дороге (одна стрелковая бригада до Покровска и две — до Николаевска). Всего было отправлено 15 150 красноармейцев, 4829 лошадей, 36 легких орудий, 4 тяжелых пушки и 4 гаубицы, 298 пулеметов, бомбомет, 4 броневика, 8 аэропланов[1741].

6 мая центр запрашивал данные для доклада начальнику Полевого штаба. Курсовик Ю.И. Григорьев выяснял, сколько полков бригады 33-й дивизии направлено по Волге и где они находятся, произведена ли погрузка другой бригады без одного полка на станцию Урбах. Как выяснилось, бригада была направлена на Николаевск в распоряжение Восточного фронта для дальнейшего движения на Самару, но ошибочно высажена на станции Мокроус. Ошибка произошла якобы из-за совпадения названий пунктов расположения этой бригады[1742] и была исправлена.

В дальнейшем историю с высадкой на станции Мокроус расследовал Реввоентрибунал 4-й армии. Через месяц после этих событий, 8 июня 1919 г., председатель Реввоентрибунала 4-й армии телеграфировал начальнику военных сообщений 11-й армии: «Прошу немедленно ответить на телеграммы [председателя военного трибунала] Юж[ной] группы Жилинского № 2888 и 3210: Что Вами было предпринято по выполнении приказа главкома о переброске 33[-й] див[изии] из Астрахани в Николаевск, чьим распоряжением див[изия] высажена в Мокроусе. Ответ направить в реввоентрибунал 4[-й] армии. Срочности требует Реввоенсовет республики № 820. Предвоентрибунала 4 Эльтман»[1743]. Однако расследование ничего не дало, так как лицо, отдавшее приказ о высадке, установлено не было, а перевозка осуществлялась по требованиям командования[1744]. Таким образом, это могла быть как случайная несогласованность, так и саботаж.

Тем временем 6 мая начальник штаба армии потребовал от начальника 33-й дивизии направить одну бригаду на Саратов и далее на Миллерово[1745], передав телеграмму Костяева от 5 мая: «Бригаду 33[-й] дивизии, следующую Волгой до Самары, главком приказал остановить [в] Саратове, оттуда жел[езной] дорогой направить на Миллерово и далее [в] распоряжение командюж Гиттиса. Своевременность выгрузки караванов в Саратове возлагается на ЦУПВОСО и штаб Вост[очного] фронта»[1746].

6 мая в оперативное отделение штаба 11-й армии поступили данные из управления начальника военных сообщений армии о том, что все стрелковые полки, кроме 289-го и 297-го, временно оставленных в Астрахани до особого распоряжения, отправлены. По Волге на пяти паротеплоходах и 15 баржах при 7 буксирных пароходах отправлены вспомогательные технические части: 6-дюймовая гаубичная батарея, 33-й автобронеотряд, 36-й авиаотряд, инженерный батальон, санчасть, 33-й отдельный кавалерийский дивизион, 48-линейная гаубичная батарея. Головная часть этих сил уже должна была достигнуть Камышина.

Начдив перемещался в Саратов на пароходе «Раскольников». В переброске войск были задействованы пароходы «Большевик», «Луч», «Красноармеец», «Мария», «Саруханы», «Кулибин», «Бурят», «Чернигов», «Рубин», «Комета», «Посланник» и «Крепыш»[1747].

Первый эшелон полков находился на станции Мокроус и, возможно, следовал по железной дороге на Николаевск[1748]. В Полевой штаб РВСР в Серпухов Вацетису сообщили, что в район Самары выступил последний эшелон 1-й бригады, а 3-я бригада проследовала через Урбах — Николаевск. Неправильно высаженную на станции Урбах бригаду перебрасывали второй день в Николаевск[1749].

Начальник ЦУПВОСО М.М. Аржанов еще 1 мая приказал перебросить бригаду 33-й дивизии по Волге[1750]. А командарм Жданов распорядился провести дознание по содержанию телеграммы Вацетиса № 2196[1751]. Однако ни одна из бригад по Волге отправлена не была, поскольку указания шли не напрямую командарму Жданову, а через ЦУПВОСО. Телеграмма от начальника штаба армии попала к начальнику военных сообщений. В итоге начальник дивизии требовал подвижной состав, а начальник военных сообщений армии готовил баржи и пароходы. Водным путем отправились только вспомогательные части и 7 мая штаб дивизии. Части были направлены в район Красный Кут — Ершов — Покровск. Однако для направления их на станцию Миллерово требовалось перебросить войска с левого берега Волги через Саратов — Ртищево — Балашов — Поворино — Лиски