Принц Крови - Елена Прокофьева

— Сверху пещеру видно как на ладони, — сказал Лоррен, — Мы найдем несколько хороших точек для снайперов.

— На месте Леавана я бы открыл портал прямо в пещере, — заметил Тиалон.

— Древняя магия этого не запрещает?

— Не думаю… Маги защищали это место от людей, не от фэйри, им не могло придти в голову, что кто-то из нас сможет придти сюда с намерениями открыть врата.

— Плохо. Но все равно, солдат мы здесь расставим на всякий случай.

Они еще некоторое время побродили по окрестностям, изучая местность, после чего, наконец, спустились к пещере.

— Теперь остается только посмотреть, что там внутри, — сказал Филипп, — Надеюсь, пещера не слишком большая.

Лоррен отодвинул его в сторону.

— Я пойду первым.

И он зачем-то вытащил из кобуры пистолет, и даже снял его с предохранителя. По летучим мышам он собрался стрелять что ли? Из «Магнума»?..

В пещере было абсолютно темно, сыро и уныло. При входе она была не слишком большой, но потом становилась шире и разветвлялась на два коридора. Один из которых, впрочем, вскоре закончился тупиком. Другой же коридор довольно резко опускался вниз и изгибался куда-то вправо.

Они прошли по нему метров тридцать, после чего коридор немного расширился, выходя в обширную полость, поросшую толстыми сталактитами, похожими на деревья, мешающими определить истинные размеры и форму пещеры. В углублениях на полу неподвижными озерцами стояла вода. Где-то в сводах, видимо, имелся выход на поверхность, потому что оттуда проникал призрачный лунный свет.

— В потолке дыра, — сказал Филипп, поднимая голову вверх, — нужно будет найти ее и узнать, насколько большая…

Все, что произошло дальше, заняло не больше пары секунд.

Оказалось, что Леаван был здесь. То ли он вообще много времени проводил у врат, занимаясь какой-то подготовкой к ритуалу, то ли просто все так удивительно совпало, — никто и никогда этого не узнал.

Он прятался за одним из сталактитов, должно быть, давно услышав шум шагов и голоса. Он успел приготовиться и нанес удар, как только нежданные гости подошли достаточно близко, чтобы не было опасности промахнуться. Он не знал, кто они, не знал, что им нужно, впрочем, в том, что это не случайные путешественники, сомнений у него быть не могло. В эту пещеру никогда не ступала и не могла ступить нога обычного человека.

Леаван выскочил из укрытия, резко выбросил руку вперед и перстни на его пальцах вспыхнули серебряным светом, больно резанувшим вампиров по глазам и почти ослепившим их. Сноп этого света, яркий и раскаленный, как солнечный луч, вылетел из перстней со скоростью молнии.

Филипп выхватил оружие, понимая, что выстрелить уже не успеет, серебряное копье летело ему навстречу, летело на его голос, и встречи с ним избежать было невозможно. Но Лоррен, как будто предугадал что-то подобное заранее, как будто заранее знал, что Леаван здесь, и он сделал шаг вперед раньше, чем тот нанес удар. На миг, — но раньше, и успел оказаться на траектории серебряного луча. Он даже успел выстрелить до того, как луч ударил его в плечо, ударил, как настоящее копье, развернув и отшвырнув назад.

Лоррен с такой силой влетел в Филиппа, что едва не сбил его с ног.

Филипп едва смог удержать его.

Он видел, как в груди Лоррена разрастается дыра, полыхающая ярким белым светом, и он пытался закрыть ее рукой, не замечая, что начинают гореть пальцы. Этот свет невозможно было погасить, он, словно яд, растекся по венам вампира. На миг Лоррен встретился взглядом с Филиппом, а потом свет хлынул из его глазниц и изо рта, и одновременно с этим кто-то с силой дернул Филиппа назад, отрывая от пылающего тела, которое вспыхнуло как промасленный факел и вдруг рассыпалось пеплом.

И снова воцарилась темнота. Еще более непроглядная и густая.

Пару мгновений Филипп стоял, застыв, как изваяние, а потом оттолкнул Тиалона и с воплем кинулся вперед, будто пытался поймать улетающий призрак.

Он видел дымящуюся одежду у своих ног и черные, словно обугленные от страшного жара кости. Он видел. Он не понимал, что это.

— Нет-нет-нет… Твою мать, Лоррен… — простонал он, падая перед костями на колени, — Что ж ты наделал, черт тебя возьми?

Убедившись, что Филипп в безопасности, Тиалон, на ходу вынимая из ножен кинжал, кинулся в темноту, туда, где, как он видел, скрылся Леаван. Стараясь прятаться за сталактитами, он добежал до конца пещеры и понял, что там никого уже нет. Вероятно, отступник ушел в портал. Чего, впрочем, и следовало ожидать.

У самой стены Тиалон увидел на камнях капли крови. Значит, Леаван все же был ранен. Впрочем, — вряд ли серьезно, иначе он не мог бы исчезнуть так быстро.

Немного правее, в самом дальнем углу пещеры Тиалон обнаружил врата. Огромный черный валун, смотревшийся чужеродно среди более светлой породы пещеры. Древние заклятия читались четко, предупреждая, угрожая, отталкивая: берегись этого места, сидхэ, ибо там, за тонкой магической преградой таится ужасное зло, которое не могло бы привидеться тебе даже в кошмарах. Уходи, как можно дальше, и постарайся забыть сюда дорогу…

Тиалон невольно отступил на шаг, чувствуя, как больно сжимается сердце и противные мурашки пробегают вдоль позвоночника. Он испытал тошнотворный ужас и мучительное, острое отвращение к тому, что таилось за этими вратами…

Когда фэйри вернулся, он обнаружил Филиппа по-прежнему сидящим на коленях перед грудой костей, совершенно неподвижно.

— Я нашел врата, — сказал Тиалон. — Они здесь, всего в нескольких шагах… Защита очень сильная. Даже удивительно, что Леавану удалось найти способ ее разрушить. Одной силы и знаний для этого мало, нужно непревзойденное искусство. Наверняка он очень давно задумал это…

Филипп ничего не отвечал и, заглянув ему в глаза, Тиалон подумал, что вряд ли тот его слышит. Казалось, будто из него вынули душу, но тело отчего-то не рассыпалось в прах, как должно бы.

— Я понимаю, что ты чувствуешь сейчас, — сказал фэйри, — Но нельзя отчаиваться. Порой судьба подвергает нас суровым испытанием на пути к великой цели и требует жертв, которые мы никак не готовы принести… Это как на войне. Мы идем на битву, зная, что можем потерять друзей и близких, и все равно идем.

— Этого не может быть, — пробормотал принц, и Тиалон не понял, говорит ли он с ним или с сам собой, — Этого не должно было случиться…

Филипп медленно потянулся к лежащим на камнях костям и машинально отдернул руку, потому что пепел был еще горячим, внутри него дотлевала магия фэйри, губительный для вампиров солнечный свет.

В руке принца по прежнему был пистолет, и он почти бессознательно поднес его к виску.