Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— Я хотел выяснить: в чем состоял этот шанс Дмитрия. Вы отозвали его в сторону и шепотом говорили следующее. "Убей его сегодня. Сейчас он пошел ловить бабочек. Высмотри, когда он будет в достаточно уединенном месте, и… убей вот этим кинжалом" Вы протянули ему кинжал, ваше величество! И это тоже видели все!

— Но я дал ему кинжал для того, чтобы он заменил в лавке его рукоять!

— Да? И чем вы это докажете? Свидетельством лавочника?

— У меня… нет этого свидетельства, но оно мне и не нужно! Я бы никогда не приказал убить собственного сына!

Слишком поздно понял Александр, что зря сказал это. Яромир одарил его насмешливой улыбкой.

— Никогда? А тот приказ 19 лет назад? Или он не в счет?

— Это другое! Видел бы ты сам себя тогда. Это же… — Александр тяжело дышал, говорил срывающимся голосом, готовым вот-вот перейти крик.

— Я видел себя потом, много раз. Все свои постоянно гноящиеся раны, все, потому что я должен был перевязывать их, смазывать мазями. Конечно, вам этого делать не хотелось! Как не хотелось думать и том, что Александр когда-нибудь окажется на престоле! Бедный Алек, мне искренне жаль его.

На некоторое время зал погрузился в молчание, первым его нарушил Юсуф.

— Дмитрий, куда вы дели тот кинжал, который вам дал его величество?

— Я… потерял его.

— Потеряли? А где?

— Я не помню, — эльф вновь пожал плечами, когда в этот момент как никогда он должен был думать о своей защите и отстаивании своей невиновности.

— Но то, что его величество поручили вам некое ответственное дело, вы не отрицаете?

— Нет.

— А какое дело? Вы можете сказать нам?

— Да. Он поручил мне заменить рукоять на кинжале, а также купить эти злосчастные кувшины и амфоры.

— Кстати о кувшинах и амфорах. Почему первые не были привезены, а вторые оказались разбитыми?

— А… — Дмитрий вновь замялся, но на этот раз никто не начал говорить за него, все ждали, когда он начнет говорить сам. — Приехав в город, я обнаружил, что потерял кинжал, я оставил телегу на попечении городского мальчишки, а сам пошел за кувшинами, но когда нашел подходящие, то обнаружил, что отложенные на них деньги в заднем кармане тоже пропали. Поэтому я решил купить, пока не поздно, две амфоры и спешно покинул город. А по дороге… я не справился с телегой, потому что перебрал. Но я не убивал принца. Клянусь! Именем Великого…

— Замолчите! — грозно воскликнул Юсуф. — Понимаете ли вы кого хотите призывать в свидетели?!

Дмитрий опустил глаза и не посмел назвать Его имя.

— А что скажете вы, юноша, на то, что вы убили некоего Федора?

— Убил, — спокойно заявил Яромир, — но у меня не было выбора. Не спорю, я все равно сделал ошибку — я должен был найти другой выход. Но, как это не прискорбно, я его не нашел. Мне жаль Федора Кулаева, искренне жаль.

— Значит, — спросил несколько смущенный Юсуф, — вы не отрицаете его убийство?

— Нет.

— А убийство брата?! — воскликнул Александр, вновь вставая из-за стола. На это раз он вышел на центральную площадку.

— А вы убийство сына? Или вы хотите сказать, что тот куст роз остался для меня незамеченным? Да, возможно, я поступил не слишком красиво, и не призвал вас к ответу сразу, тем более, что все улики на лицо…

— Мерзавец! Это ты убил его! — Александр решительно направился в сторону Яромира, но по знаку Юсуфа несколько стражей преградили ему дорогу. — Ах, так?! И вы и ты!..

Король обернулся к Юсуфу, посмотрев на своего недавнего помощника обиженно и укоризненно.

— Вы тоже не оставили мне выбора, ваше величество. Приказ убить сына…

— Я приказал убить чудовище, чудовище, которое теперь смеет нагло выдавать это хорошо спланированное действие за правду! Но я бы никогда не приказал убить слабоумного юношу!

Однако этим король, скорее, усугубил свое положение, чем улучшил. Он сказал слишком много: он, действительно, приказал убить своего сына, он назвал второго: слабоумным юношей, то есть указал на его главный недостаток, а не это ли побудило его к действиям в первый раз? Никто более не смотрел на короля трепетно и восторженно, но гневно и возмущенно, недоуменно и вопросительно, да. В воцарившемся молчании он читал свой приговор. Холодно и безучастно смотрел на него Яромир, тот, кого он отверг, и кто теперь смог, определенно, отомстить ему.

Его увели в сопровождении четырех стражников в башню северной части дворца. Она предназначалась для именитых заключенных, мог ли когда-нибудь подумать Александр, что он сам окажется там!

6 глава. Изменения неизбежны

Слухи о произошедшем на экстренном заседании распространились с небывалой до того быстротой, уже к вечеру об этом знали в довольно отдаленных участках страны, и, естественно, об этом говорили на всех улицах, во всех домах столицы. Эльфы, потрясенные известиями о ранее и ныне свершенных делах короля, не знали, как реагировать на такое: одни просто не верили, другие обвиняли и проклинали, третьи выступали за проведение дополнительного расследования, которое, на их взгляд, было совершено не совсем по правилам. Действительно, все обвинение против короля строилось практически на одних показаниях Яромира, личности весьма сомнительной по определению. И вместе с тем, Александр не отрицал попытку убийства сына, пусть и не того, которого знали эльфы эти последние 19 (Э) лет. А это порядком возмущало их, ему и так слишком многое простили в свое время…

— Сегодня будет назначена дата коронации, ваше величество, — докладывал Яромиру в его новом кабинете (бывшем королевском) Артамон.

— Коронация? — юноша изобразил на лице неподдельное изумление. — Как? Почему никто не сказал мне?

— Но… я думал…

— Думали: я только этого и добиваюсь?! Что ж, разочарую вас, это не так, точнее, не совсем так. Я, безусловно, был заинтересован в восстановлении своих прав как принца, но чтоб требовать коронации при живом короле!

— Тогда что вы прикажите?

— Уж точно не убить его! Иди вы думали, что я пойду по стопам моего отца? А вот и нет, вы ошиблись!

— Но… как нам поступить?

— Вам? Не знаю! Но лично я последую примеру Амедео Антвелле Ти-Ириса. Только не подумайте, что это пример заносчивости, просто, я оказался в ситуации, сходной с той, в которой оказался он. Если меня и коронуют, то не раньше того, чем это потребуют правила!

— Я доложу об этом господин.

— Доложите? Кому? Тем, кто реально стоит у власти?

Артамон смутился и не сразу нашелся, что ответить, зато Яромир не преминул продолжить свою речь.

— Насколько мне известно, в Западной стране эльфов верховной властью обладает король. Что при Александре VI, если и соблюдалось, то в самом начале правления! Но при мне этого не будет! Насколько я успел понять: основная власть сосредоточена в руках председательства правительства, остальные министры, нечто вроде его верных слуг, ну а король… — важный атрибут традиционной символики. "Пришла пора сменить расцветки у трона знамени царя?" — помните? Так поют драконы в одах в честь своего великого короля. Конечно, у нас все проще, но… — по странному выражению лица Артамона, Яромир понял, что эльф не понял слов, сказанных им на языке Каримэны. Юноша открыто рассмеялся. — Высок же уровень образованности элиты Западной страны эльфов! — но затем Яромир резко сменил тон, с насмешливого на резкий и требовательный. — Пригласите в тронный зал все ваше правительство. Я лично хочу поговорить с ними.