Из России с любовью - Сергей Переслегин

[6] Это имеет не только позитивное содержание. Так, уменьшается связность между Республикой Армения и «старой диаспорой», в перспективе начинается расслоение диаспоры, что повышает информационное сопротивление каналов, по которым происходит инсталляция армянских смыслов в мировые элиты.

Сценарии для индустрии образования в Армении

Во всех развитых странах, относящихся к европейской культуре, школа представляет собой второй по консервативности социальный институт после господствующей церкви. Само по себе, это подразумевает величайшую устойчивость образовательных структур и, следовательно, их сценарную независимость

1. Особенности задачи

Если необходимость (и возможность) применения сценарного подхода к исследованию политической и экономической динамики Армении вызывает обоснованные сомнения[1], то с задачей сценирования развития индустрии образования дело обстоит значительно хуже.

Опыт показывает, что во всех развитых странах, относящихся к европейской культуре, школа представляет собой второй по консервативности социальный институт после господствующей церкви[2]. Само по себе, это подразумевает величайшую устойчивость образовательных структур и, следовательно, их сценарную независимость. Можно сколь угодно глубоко варьировать те или иные привходящие обстоятельства, менять самую структуру социальной системы, увеличивать или сокращать расходы на образование, модифицировать учебные программы или переформатировать учительский корпус, – все это практически не отразится на конечных результатах. Во всяком случае, к такому выводу приводит опыт США, Великобритании и Франции, и, наконец, история образования на постсоветском пространстве.

Далее, школа очень инерционна, что следует из длительности ее «рабочего цикла», превышающего десятилетие. Поскольку для того, чтобы обнаружить существенные изменения, необходимо, по крайней мере, два цикла, мы приходим к выводу, что расхождение сценариев в предложенных условиями задачи временных «рамках» (2003 – 2025 гг.) будет минимальным.

О реформе образования (хоть в Армении, хоть в России, хоть в США) не говорит только самый ленивый, но пространство образовательных проектов, в сущности, пусто. Тем самым, нет предпосылок для перехода на рефлективный уровень сценирования.

Наконец, отсутствуют как внятная цель сценирования, так и его субъекты. Идет ли речь об общем постиндустриальном кризисе образования и путях его преодоления? О косметических изменениях программ? О каких-то новых подходах к самому понятию школы? Рассматривается ли образование в масштабах Республики Армения, или же речь идет также об экспорте образования? Наконец, кто должен принять решения по этим (и целому ряду других вопросов), сформировав позицию «Заказчика»?

Укажем для полноты, что по образовательным сценариям невозможно провести ролевую игру, так как базовый процесс (обучение) не эмулируется Посредником. На сегодняшний день мы представляем себе основные закономерности, действующие в сфере экономики и политики, успешно моделируем войны и другие типы конфликтов. Однако, понимание законов, действующих в сфере производства и воспроизводства информации, ускользает от нас. Текущий постиндустриальный кризис образования заставляет усомниться в справедливости тех построений, которыми возрастная психология и практическая педагогика пользовалась последние десятилетия, новые же схемы не апробированы даже теоретически.

Таким образом, речь может идти только о создании некоего симулякра сценирования. Однако эта работа представляет определенный интерес в связи с анализом поля проблем, стоящих перед Республикой Армения, и генерируемого этим полем пространства выбора и может быть использована как основание для принятия решений в сфере стратегического развития национальной / постнациональной системы образования Республики Армения.

2. Постановка задачи. Выделение уровня исследования

Будем понимать под Национальной Системой Образования Республики Армении (НСО РА) следующую систему образовательных институтов, развернутых в географическом и семантическом пространстве страны Армении армянского народа:

Государственное дошкольное образование;

Государственная начальная школа;

Государственная средняя школа;

Государственная высшая школа;

Государственная внешкольная система образования («кружки», «детские центры» и т.п.);

Негосударственное школьное образование (при наличии механизма государственной сертификации);

Альтернативная высшая школа, в том числе, частная, в том числе – обучение в заграничных высших учебных заведениях (при наличии механизма государственной сертификации);

Система переподготовки кадров и повышения квалификации (при наличии механизма государственной сертификации);

Система научных центров (в том числе, заграничных) для осуществления пост-высшего образования;

Государственная система заграничных стажировок для старших школьников, студентов и выпускников ВУЗов;

Система стажировок в предпринимательских и административных структурах – крупных потребителях «продукции» НСО.

Надсистемой для НСО РА является двойное полагание метрополии и армянской диаспоры: пространство исследования ограничено с одной стороны «рамкой» армянского языка, а с другой – форматом армянской государственности.

Задачами исследования являются выявление альтернативных систем приоритетов армянского народа в сфере воспроизводства информации, и, как следствие, построение матрицы сценариев, показывающей варианты развития ситуации для системы образования Республики Армения в сложившихся геоэкономических, геополитических и геокультурных координатах.

3. Особенности пространства исследования

Выделяются следующие факторы, влияющие на аксиологию и методологию НСО РА:

Наличие у армянского народа непрерывного исторического опыта, превышающего 4.000 лет, причем, по большей части этот опыт негативен;

Уникальное положение Республики Армении в цивилизационном пространстве[3];

«Инверсное» демографическое распределение населения Метрополии и диаспоры (порядка 1:3);

Сложные отношения между Республикой Арменией и армянскими диаспорами во внешнем геоэкономическом пространстве;

Блокада Метрополии, усугубляющаяся острой «инфраструктурной недостаточностью» территории Республики Армения[4];

Наличие проблемных зон во взаимоотношениях Армении с государствами, составляющими ее ближайшее окружение;

Сложный характер геопланетарного взаимодействия между Республикой Армения и Нагорно-карабахской республикой;

Интенсификация этно-генетических процессов в Нагорном Карабахе;

Высокий культурный уровень Метрополии при низком уровне экономического развития (то есть, высокое качество жизни при низком уровне жизни);

Высокий (во всяком случае, по отношению к ближайшему окружению) уровень образования в Республике Армения;

Историческое тяготение системы образования Республики Армения на единые стандарты советского культурного и экономического пространства.

Как следствие, диагностируются следующие разрывы, вызовы, структурообразующие противоречия, ассоциированные с пространством сценирования:

Во-первых, это разрыв между формой существования армянского народа (двойное полагание метрополии и диаспоры) и скалярным характером армянской идентичности. В известном смысле, можно говорить о противоречии между уникальностью и идентичностью, то есть между геокультурными и геополитическими координатами сценирования.

Во-вторых, разрыв между геополитической реальностью, подразумевающей транспортную и инфраструктурную блокаду Республики Армения, и геоэкономическим трендом регионализации мира, что, в данном случае, предполагает тесную кооперацию экономических механизмов закавказских стран. Другими словами, геополитическая компонента системы «Армения» не согласуется с геоэкономической[5].

В третьих, перманентная угроза Закавказской войны в той или иной версии[6].

В четвертых, вызов со стороны мировой глобализированной экономики, что проявляется в дефицитности торгового баланса Метрополии и, следовательно, в асимметрии ее геоэкономического баланса и восстановлении этого баланса за счет облигатной эмиграции.

В пятых, вызов со стороны исламского мира, прежде всего, со стороны Турции, к которой у Армении есть существенные исторические претензии. Эта ситуация неизбежно усугубиться, когда (и если) Турция вступит в ЕС.

В шестых, противоречие между тремя «векторами развития», взаимодействующими в Закавказье. Речь идет о проамериканской логике развития, которой подчинена Азербайджан и Грузия (символом этой оси является нефтепровод Баку – Джейхан), логике вызова «исламской модернизации», представленной Ираном, и традиционно «особыми интересами» России и православия в Закавказье.