Товарищи в борьбе - Станислав Поплавский

Это был пожилой человек с тусклым взглядом припухших глаз и блеклым, морщинистым лицом. Подавленный катастрофой, он утратил былую, столь свойственную кадровым пруссакам надменность и рассказал все, о чем знал. Потом вдруг спросил, сколько мне лет.

- Сорок два года.

- И вы уже командир корпуса!

- Командующему нашим фронтом всего 38 лет, - ответил я, имея в виду генерала армии И. Д. Черняховского.

- Мне тоже обещали дать корпус... если удержим Витебск, - вздохнул Хиттер. - Но устоять против вашей армии невозможно. Война проиграна! Это понимают большинство наших солдат, поэтому во избежание напрасных жертв я и предложил им сдаться в плен.

Генерал кривил душой: в плену он и его солдаты оказались отнюдь не по доброй воле. А вот то, что выдержать натиск советских воинов гитлеровцам и на этот раз оказалось не под силу, было верно.

В последующие дни продолжалось сражение за освобождение Минска. Наши соседи - конно-механизированные группы генерал-лейтенанта Н. С. Осликовского и генерал-лейтенанта И. А. Плиева преградили пути отхода противника в северо-западном и юго-западном направлениях от Минска, а партизанские силы, в свою очередь, взяли под контроль дороги, ведущие к западу от столицы Белоруссии. 3 июля войска нашего и 1-го Белорусского фронтов после ожесточенных уличных боев овладели Минском. Восточнее города была окружена и вскоре разгромлена группировка противника численностью более 100000 человек. Пленных, в том числе тех, что были взяты бойцами нашего корпуса, под конвоем провели потом по улицам Москвы - в назидание всем захватчикам: только таким вот путем они и могут войти в столицу Советского государства.

Войска 3-го Белорусского фронта получили новую задачу - повести наступление на Вильнюс, овладеть столицей Литвы, после чего форсировать реку Неман и захватить плацдармы на его западном берегу. В решении этой задачи участвовал и наш 45-й стрелковый.

Немецко-фашистское командование превратило Вильнюс в мощный узел обороны, прикрывавший подступы к Восточной Пруссии. Как было видно из показаний пленных и захваченных документов, оборону города держали части и подразделения десяти пехотных, трех охранных и одной танковой дивизий, а также пять отдельных полков, восемь батальонов и некоторые другие специальные подразделения. Гарнизон был обеспечен боеприпасами и продовольствием на длительный срок. 7 июля в город прилетел из ставки фюрера генерал-лейтенант Штахель со специальным приказом Гитлера: "Вильно ни в коем случае не сдавать!"

...45-й стрелковый корпус, взаимодействовавший с другими войсками армий фронта, к утру 8 июля сосредоточился километрах в шестидесяти юго-восточнее Вильнюса. Предполагалось дать в этот день небольшой отдых личному составу и подтянуть тылы. Однако в середине дня из штаба армии поступило распоряжение: без промедления двигаться к Вильнюсу.

Бойцы восприняли это известие с воодушевлением: "Идем освобождать столицу Литвы!"

Страшные злодеяния совершили гитлеровцы на литовской земле. Они уничтожили более 700000 местных жителей - около четверти всего населения республики. Только в одном из фортов Каунасской цитадели фашисты замучили более 80000 советских людей. За слезы и муки своего народа оккупантам беспощадно мстили партизаны. В дни, о которых я веду рассказ, на территории Литвы сражалось против гитлеровцев 67 партизанских отрядов.

Понятно, что и бойцы нашего корпуса были полны решимости вызволить литовскую землю из-под фашистского ига. Политорганы, партийные и комсомольские организации очень много сделали, чтобы поддержать у личного состава высокий наступательный порыв, стремление как можно быстрее освободить от захватчиков всю советскую землю. Скажу откровенно, что я сам был взволнован в этот момент до крайности, ощущая величие духа нашего солдата, которому дороги счастье и свобода не только своих соплеменников, но и всех советских людей - сынов и дочерей одной великой Отчизны!

Для переброски войск к Вильнюсу мы использовали не только свой штатный транспорт и трофейные автомашины, но и конные повозки, которые охотно предоставляли в наше распоряжение литовские крестьяне.

Еще в пути я получил приказ: с ходу нанести удар по силам противника, прикрывавшим подступы к городу с юго-востока, и с утра 9 июля принять участие в штурме города.

Здесь уже вовсю шли бои. Части 3-го гвардейского механизированного корпуса ворвались на северо-восточные окраины, а наступавший с фронта 65-й стрелковый корпус приступил к штурму восточных окраин города. 72-й стрелковый корпус, завершив охват Вильнюса, отрезал пути отхода противнику в западном и северо-западном направлениях.

Головная наша 159-я стрелковая дивизия поздно вечером 8-го вошла в соприкосновение с противником и завязала бой южнее Вильнюса. На рассвете подошли части 338-й и 184-й дивизий. К этому времени обстановка усложнилась. Гитлеровцы, сколотив крупную группу пехоты и танков, бросили ее в контрнаступление с севера с целью деблокировать вильнюсский гарнизон. В этой ситуации командарм Н. И. Крылов принял решение повернуть на север две стрелковые дивизии, чтобы отразить удар врага. Для усиления 72-го стрелкового корпуса мне было приказано передать в его состав 338-ю стрелковую дивизию. Теперь эта дивизия, продолжая одним полком вести бой за юго-западную окраину Вильнюса, остальными своими силами ночью переправилась через реку Вилия и вышла на рубеж Варна, Ровы.

Чуть позже авиационная разведка обнаружила колонны пехоты и танков противника, двигавшиеся с северо-запада по дороге от станции Кошедары (Кайшядорис). Они спешили на выручку вильнюсскому гарнизону. Против них была брошена наша 184-я стрелковая дивизия, усиленная противотанковой артиллерией. В районе населенных пунктов Бухта и Долна части дивизии преградили путь врагу и нанесли ему тяжелые потери в живой силе и танках. Не удалось фашистам прорваться к Вильнюсу и с севера.

Тем временем в городе продолжались ожесточенные уличные бои, в которых принимала активное участие и наша корпусная артиллерия. Орудия, в том числе и крупных калибров, били по врагу прямой наводкой: гитлеровцы оборонялись отчаянно.

10 июля во избежание больших разрушений и жертв советское командование предложило вражескому гарнизону прекратить сопротивление. Но гитлеровцы не сложили оружия, хотя наши части уже пробились к центру города. Фашистская авиация выбросила на подмогу окруженным десант южнее Погрундаса численностью до 600 человек. Однако десантники были уничтожены в воздухе или захвачены в плен.

К 11 июля фашистская группировка в Вильнюсе оказалась рассеченной надвое, с центрами сопротивления в районах тюрьмы и обсерватории. Атаки наших штурмовых групп, усиленных артиллерией и огнеметами, не давали желаемых результатов. Помогли авиаторы: только на район тюрьмы было сброшено 90 тонн авиабомб. В ночь на 1-3 июля деморализованный противник тут капитулировал. Гитлеровцы покинули и район обсерватории, пытаясь прорваться. Но уйти им не удалось...