Долг воина - Джульет Маккенна

— Вспомни, сколько времени прошло, — перебил его Казуел. — Этот архив содержит документы двадцати пяти поколений, по двадцать пять лет в каждом.

— Я признаю, что во многом несведущ, маг Девуар, но я знаю, сколько лет в поколении, — язвительно процедил юноша.

Казуел побледнел. Я прикрыл улыбку ладонью. Бессознательная аристократическая интонация Темара запоздало напомнила магу о разнице в их положении.

— Я только имел в виду… — торопливо начал оправдываться Казуел, — впрочем, не важно. После Хаоса документы приобрели особое значение. В Старой Империи все знали, какой Дом какими землями владеет, кто кому должен служить. В конце концов, тогда мало что менялось. Но когда восстановилась власть закона, появилось множество претендентов на землю и имущество, и письменные доказательства титула оказались бесценны. — Казуел постучал пальцем по налоговому свитку. — Пожалуйста, перепиши хотя бы первые два-три листа. Дома перечисляются в порядке уменьшения налога, поэтому вначале идут самые богатые. Первые пятьдесят Имен ты или посетишь, или встретишь на приемах, но не мешало бы ознакомиться со всем списком. По крайней мере прочитать первые несколько сотен.

Темар провел большим пальцем по непрошитому краю пергаментов.

— Во времена моего деда сьеры всех Домов, собравшись вместе, свободно поместились бы за этими столами.

— Я бы посоветовал тебе принимать Тормейл таким, каков он есть, а не сокрушаться о прошлом. — Маг вызывающе поднял подбородок, когда я бросил на него ледяной взгляд.

Темар склонился над убористо написанным реестром.

— Не понимаю, почему сюда нельзя принести чернила, — пробормотал он, испачкав свои записи углем. 

— Потому что архивариусы запрещают ими пользоваться и совершенно правильно делают. Кто-то может повредить бумаги, случайно или нарочно. — Говоря это, Казуел глянул на пол у своих ног. Он делал это уже не первый раз. — А правильный документ может обогатить или разорить семью.

— Половина Домов, которых я знал, исчезли, а многие из этих ничего для меня не значат, — изрек наконец Темар, потирая шею. — Где Тор Коррел, Ден Паризот? Что слышно насчет Ден Мюре? Кто такие, во имя Сэдрина, Д'Эстабель, Ден Хориснт или Ден Виорель?

— Многие Дома сгинули во время Хаоса. — Не удержавшись, Казуел снова взглянул на пол, и я подвинулся — посмотреть, что у него там такое. — Невероятно, чтобы современное Имя не имело наследника по мужской линии, но во время войны Империя несла много потерь. Позже дворянство было пожаловано новым Домам, а кое-кем просто присвоено.

— Немит за многое должен ответить, — вспылил Темар. — Дай бог, чтобы демоны все еще топили его в реках скорби.

— Конечно… ты ведь знал его, — заморгал Казуел. — Прости, для нас это только история.

Он подался вперед, и кожаная сумка, стоявшая возле его стула, упала на пол, но лебезящий маг этого не заметил.

— Я знал его, насколько младший сын ничтожного Дома мог иметь что-то общее с императором, — мрачно подтвердил Темар. — Но достаточно, чтобы утверждать: он был пьяницей и развратником, тратящим золото Домов, собранное для войск, для защиты Империи, на свои оргии и обогащение своих фаворитов.

— По правде сказать, глупость Немита была не единственным злом, сгубившим Империю, — возразил Казуел.

— Верно, да простит меня Рэпонин. — Юноша вздохнул и потянулся через стол за другой книгой Казуела. — Твой Минринель в этом так называемом «Вестнике» даже не упоминает про Черную оспу. — Губы Темара скривились в горестной гримасе. — Трое других сыновей Дома Немитов могли бы стать императорами, если бы не были пеплом в урнах еще до того, как их дед Мореплаватель испустил последний вздох.

Я поднял голову, прерывая свои попытки дотянуться носком сапога до ремня сумки Казуела, пока маг что-то усердно строчил на полях своих бумаг.

— Ты знаешь, что происходило на Собрании принцев, когда императорский трон освободился? Почему они сделали такой гибельный выбор?

— Понятия не имею. — Темар совсем приуныл от скорбных воспоминаний. — Я был несовершеннолетним, а мой дед там не присутствовал, слишком занятый делами Дома и арендаторов. Черная оспа убила всех мужчин нашего рода из поколения моего отца — его самого, всех его братьев, а также моих собственных братьев и сестер в придачу.

Темар склонился над налоговым свитком и принялся яростно писать. Я закрыл глаза, вспомнив собственное горе — смерть моей единственной сестры.

— О да. — Казуел неуверенно сплел пальцы. — Прости, я не хотел тебя огорчать. Но все слезы в мире не склеят разбитого яйца, как говорит моя мама. — Он слегка покраснел.

— Насколько могущественны Д'Олбриоты? — внезапно спросил меня Темар, его отрывистые слова эхом прокатились в тишине.

— Пожалуйста, тише, — шепотом взмолился Казуел.

Я кивнул на список, лежавший перед юношей.

— Согласно последнему налогообложению, мессир Д'Олбриот контролирует двадцатую часть тормалинских доходов и торговли.

— Получается, что восемь-девять Имен несут ответственность за почти половину всего народа Империи? — Темар поджал губы.

— Вот почему ты должен учиться вежливости, — строго наставлял его Казуел.

— Жизнь до вашего Хаоса была совсем другой, маг Д'Эвуар, но нас обучали манерам, — холодно молвил юноша.

Я тоже не собирался спускать Казуелу этот покровительственный тон.

— Насколько мне помнится, ученые, работающие с Верховным магом, считают, что последние дни Старой Империи имеют больше сходства с нашим временем, чем с любой из прошедших эпох.

— Почему ты так образован в этих вопросах, Казуел? — неожиданно спросил Темар. — Маги, которые приезжают в Кель Ар'Айен, с трудом перечислили бы провинции Империи, не говоря уж об императорских Именах. Они тратят все силы на изучение своей стихии и думают, что Хадрумал — центр мира.

— Моя семья имеет частный интерес. — Казуел запнулся от необычной нервозности. Он посмотрел на свою сумку, но я уже подцепил ее и потянул к себе.

Ухмыляясь магу, я открыл клапан и вытащил пачку пергаментов, перевязанных выцветшей лентой.

— Что это?

— Д'Алсеннены — не единственный Дом, исчезнувший в Хаосе. — Казуел выхватил у меня документы. — Ты называешь меня Д'Эвуаром, эсквайр, но в действительности я не имею права на эту честь, во всяком случае — пока. — Бросив на меня негодующий взгляд, он развязал ленточки и расстелил перед Темаром верхний пергамент. — Последний Д'Эвуар, упомянутый в исторических летописях, был губернатором Лескара. Его убили в последний год правления Немита Безрассудного, но, кроме этого, я ничего не могу найти о нем, не знаю даже, имел ли он семью или сыновей. Мне удалось проследить родословную моей собственной семьи на девятнадцать поколений назад, но свидетельства до того времени редки и противоречивы. Если бы я мог найти какого-нибудь Д'Эвуара из Старой Империи, я бы смог отыскать какие-то нити, связывающие мою семью с этим Именем. — Маг закрыл рот, но мы успели расслышать в его голосе нотку мольбы.