День цветения - Ярослава Кузнецова

Агавра рядом со мной воркует со старшим сыном Стесса. Молодой человек собирается весной поступать в гвардию. Но в гвардию его не возьмут. Мы попробуем пристроить юношу в полусотню Весельчака Ирвена. Там он будет полезнее. Молод, недалек, хорош собой, знатного рода — что еще нужно? О службе в личной охране королевы и мечтать не смеет. Ничего, Агавра подогреет его. И будет у нее еще один "мальчик". Уже сейчас из шкуры вон готов выпрыгнуть. Еще бы — сама леди Агавра… Я ей немного завидую. Официально, конечно, считается, что Ведущий — я, но мы-то с ней знаем, как обстоит дело в действительности. Она похожа на белого леопарда, или снежную кошку, как называют на севере этого зверя — такая же вкрадчивая плавность движений, обманчивая легкость, такое же нежное мурлыканье… И — стальные когти.

Сейчас начинать работать Гравена рано, еще дня два-три… Между прочим, сам Гравен, скорее всего, прекрасно понимает, зачем приглашен в Треверргар, и, если бы не хотел идти на сотрудничество, вряд ли приехал бы. Хотя — Агавра. Агавра любого может уговорить.

— Пойдемте танцевать! — это, конечно, Иверена.

Маленькая неугомонная Иверена. С Гелиодором ей трудно приходится. Но девочка всегда умела находить для себя развлечения.

Альсарена меня беспокоит больше. Что-то изменилось, и серьезно изменилось в ней за те почти три года, что она провела в этом Бессмараге. Правда, возвратилась она даже раньше, чем выиграла у меня. Казалось бы, надо радоваться. Послушная дочь, поспешила закончить все дела свои, чтобы не волновать любимого папочку… Зато переселилась в эту злосчастную башню, завела "медицинскую практику". "Медицинская практика", гм… Посещения крестьян, изготовление для них разнообразных зелий… Конечно, во всем можно найти свои хорошие стороны, и, вероятней всего, она просто нарабатывает себе положение этакой безобидной полумонашки, но… А что, интересно, означают эти бесконечные блуждания по лесам в обществе одних только собак? Летом еще туда-сюда, травы там лекарственные, корешки. А сейчас-то что? Дракон, объясняет, то есть, дракониха. Отговорки? Да нет вроде, вон какую лекцию на пиру зачитала. Значит, действительно, дело в драконе. Ей всегда нравились необычные звери. Но все же, все же… Что-то с девочкой происходит, а я не знаю. Мне кажется, я стал хуже понимать ее. И нельзя сказать, чтобы это меня радовало.

И Имори мне в последнее время не нравится. У него явно что-то случилось, причем где-то тогда же, в мае. То есть, из Бессмарага приехали странный Имори и странная Альсарена. Сейчас я не буду забивать себе этим голову, но после праздников обязательно займусь. Прокачать Имори не составит труда.

Молодежь отправилась танцевать. Гравен — с ними. Он, конечно, не стар, ровесник Ульганару… Жаль, что Агавра не танцует, она могла бы приняться за него уже сейчас…

— Аманден, будь добр, налей мне вина, — холеные пальцы осторожно касаются моего запястья.

Я читаю — спокойно. Рано. Спокойно. Да я спокоен, Агавра. Просто хочется хотя бы подступиться… А что рано, я и сам знаю.

— А вы почему не танцуете? Идемте же! — Иверена пытается вытащить из-за стола Ульганарову игрушку, гирота.

Вообще-то я немного нервно отношусь к гиротам. Особенно — к незнакомым гиротам, так сказать, свежим людям. И, поверьте, причины у меня для этого достаточно веские. Хорошо, что Герен привез его сюда. Турнир прошел просто отлично.

— Я лираэнские танцы не танцую.

— Может, покажете нам что-нибудь найларское?

Гирот, сверкая выигранным сегодня ожерельем, решил не пользоваться лестницей и полез на балкон к музыкантам прямо по центральной колонне. Элджмир Гравен смеется. Действительно, на редкость забавная игрушка.

А если кому-то не нравится, и оный кто-то кривится и морщит нос, то этому кому-то пора бы вспомнить, что он — не у себя дома. А в гостях. У старшего брата. Я поймал взгляд Ладалена. Ладален меня понял. Насупился и уткнулся в тарелку. Молчит. И слава Богу.

С "непринужденной домашней обстановкой" я, кажется, немного переборщил.

Эрвел Треверр

Все ясно. До турнира наш Адван просто чувствовал себя не в своей тарелке. А теперь, показав на поле, чего он стоит, решил продолжать в том же духе. Можете надо мной смеяться, но я завидую этой нахальной рыжей бестии. Завидую его легкости — во всем. Летит человек по жизни. И на все-то у него времени хватает, и сил, и желания.

По сравнению с ним мы все, и Герен, и Элджмир Гравен, записной танцор — тюфяки.

— Танец называется — "круговая". Показываю. Вот так, так и так. А теперь — всем взяться за руки! И-и-и, хог!

И мы поскакали за ним, отчаянно пытаясь на бегу выполнять продемонстрированные им движения, и, конечно, дамы наши запутались в юбках, а Майберт и младший Стесс — в собственных ногах.

— Ладно! Тогда — в круг! Все — в круг. Отбивайте ритм. Вот так. Раз, раз. Раз-раз-два. Раз-раз-раз, и-и два. Делай! — и машет музыкантам.

Странная у них все-таки музыка, у этих найларов. Варварская, прямо скажем.

А Адван выскочил, так сказать, в круг и делает какие-то жесты Майберту. Майберт глупо улыбается и неуверенно переступает с ноги на ногу. А-а! Каоренский плащ и длинные волосы! Адван, бедняга, подумал, наверное, что Майберт имеет какое-то отношение к Каорену. Да уж.

Адван Каоренец

А вперед наука — не всяк из Каорена, кто в каоренской одежке шляется да патлы отрастил. Для красы щеголь этот плащ нацепил, в фигурах "круговой" ни черта не смыслит. И такое меня зло взяло, просто не знаю. Так бы и двинул в рожу.

— Погоди, гвардеец. Сейчас все устроим, — влез один из гостей, кажется, Гравен его зовут, — Майберт, давай сюда плащ.

Накинул на плечи, закрепил и "вызов в круг" мне делает. Не совсем правильно, видать, просто мое движение повторяет, как запомнил.

Ну, я вышел. Каоренские танцевалки, на самом-то деле — переходы из стойки в стойку. Изобразил "кошку", "аиста", "разворот левый", "полмаятника" и подряд три "козы", добавил "белку" и "полукаскад". И зову его в круг.

Он все это с грехом пополам повторяет, вызвал Гера моего. Стойки-то мы с Гером работали до тихого писка, так что не пришлось краснеть за ученичка.

Остальные вокруг стоят, ритм отбивают. Гер меня позвал, я малость попрыгал — "каракатицу", "птаху", "белку прыгучую", правый "волчок", Гера прихватил и на пару с ним — "леопардов" засобачили. С "кобылячьим перестуком".

— Не кажется ли вам, уважаемые господа, что пора и о партнершах подумать!

Это возмутилась старшая дочь хозяина, по-моему, госпожа Иверена Нуррана.

— Так нам же нужны ритмоотбиватели… — пробую оправдываться, а она фыркнула, как кошка и кинулась к столу: