Крик совы - Патриция Хайсмит

Роберт не хотел, чтобы Дженни оставалась на ночь, но знал: ей это кажется не подлежащим обсуждению, и не решился сказать: «Дженни, учитывая то, о чем мы говорили сегодня вечером…»

И что еще хуже, он чувствовал, что сегодня готов спать с ней, готов без особых терзаний позвать ее к себе наверх. Это было так легко, так естественно, она так ждала! И, пожалуй, это было бы бесчестным. Случись это сегодня, она, скорее всего, в нем разочаруется — кто знает, какие фантазии бродят у нее в голове, о каких несбыточных идеалах она мечтает? А может, она станет ждать, что это будет повторяться «каждую, каждую ночь» — так она сказала в субботу, когда она говорила о встречах с ним. Роберт не хотел, чтобы это начиналось. Завтра Дженни здесь не будет, и таким образом постепенно сойдет на нет то, чего не следовало затевать.

Роберт стоял, стиснув кулаки в карманах халата, и смотрел, как Дженни лежит на красной тахте; точно так же он стоял перед ней в ту первую ночь, когда она осталась у него. Прежде чем лечь Дженни напоминала послушного ребенка, примерно приняла душ, но сейчас ее глаза смотрели на Роберта вопрошающе и с тревогой.

— Спокойной ночи, Дженни.

Она слабо улыбнулась, как будто он ее насмешил.

— А кто поцелует меня в лоб? А в щечку?

Он засмеялся и отвернулся в поисках сигареты.

— Никто.

Роберт нашел сигарету, зажег ее и стал подниматься по лестнице в спальню, помедлил, повернулся, чтобы в последний раз пожелать ей спокойной ночи, но прежде, чем он произнес эти слова, она окликнула его по имени:

— Роберт! Я хочу… — начала она и замолчала, наступила долгая пауза

Дженни лежала закинув руки за голову, закрыв глаза, и вздрагивала словно от боли. Потом открыла глаза и сказала:

— Я так счастлива Роберт. Что бы мне для тебя сделать?

— Спасибо. Даже и не придумаю.

— Так-таки ничего? Даже свитер связать нельзя?

Роберт покачал головой

— Хотя нет, кое-что мне нужно. Если у тебя есть здесь свой врач, не могла бы ты достать мне снотворное? Я предпочитаю секонал.

— О, это я смогу. С легкостью.

— Я слишком ленив, чтобы ходить по врачам. Спасибо, Дженни, а теперь спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Роберт поднялся по лестнице, лег в постель и сразу потушил свет. У Дженни свет горел еще с полчаса. Роберт принял две таблетки слабого успокоительного, которое купил в аптеке без рецепта, но разве от него будет прок? В такую ночь, как сегодня, нужно что-нибудь посильнее.

11

Вечером во вторник Роберт корпел над чертежами цилиндрической детали, пока еще безымянной, производство которой собиралась наладить фирма «Лэнгли Аэронотикс». На заводе уже был штамп для аналогичной детали, входившей в стандартное оборудование вертолетов. Поскольку штампы стоили дорого, непосредственный начальник Роберта мистер Джаффе и глава фирмы мистер Джерард поручили Роберту разработать такую конструкцию, чтобы деталь можно было выпускать с помощью имеющегося штампа, хотя эти две цилиндрические детали выполняли совершенно разные функции. Идея Роберта, если бы ее удалось осуществить, заключалась в том, чтобы соединить три детали в одну, тогда можно отказаться от двух старых штампов и обойтись одним новым. Это сулило значительную экономию. Однако на Джерарда его идея большого впечатления не произвела. Фирма не собиралась выкладывать деньги на новый штамп, чтобы проверять замыслы Роберта на практике. А может быть, думал Роберт, они просто его испытывают — хотят посмотреть, на что он способен. Такая позиция начальства несколько раздражала Роберта. Но сама задача его увлекала как увлекает игра или загадка и он чувствовал, что может ее решить, надо только как следует поломать голову. Он снова и снова сравнивал свои чертежи с чертежами старого штампа и снова упирался в какие-то несоответствия в размерах. Впрочем, не все ли ему равно? Он что, действительно так уж печется об усовершенствовании вертолетов фирмы «Лэнгли Аэронотикс»? Или о том, чтобы получить прибавку к жалованью? Нет. Просто идея насчет этой детали пришла ему в голову, когда на днях он рассматривал какую-то часть вертолетного оборудования «У тебя нет ни капли честолюбия» — прозвучал у него в ушах голос Никки. И она, конечно, была права. Им двигала любовь к дизайну, которым он увлекся на последнем курсе колледжа. До этого он занимался техникой и мог бы специализироваться в любой области, не обязательно в промышленном конструировании. Но его не привлекала ни одна. Роберт считал это своим недостатком. Каким-то изъяном. Может быть, придет время и он страстно чем-нибудь увлечется но тогда ему нужно будет много лет работать, чтобы овладеть этим делом в совершенстве. Что ж, не он первый — многие находят свое признание или хотя бы специализируются в определенной области лишь годам к тридцати, а то и позже.

Роберт поднял голову, когда зазвонил телефон, прищурился, взглянув на часы. Тридцать пять минут одиннадцатого. «Наверно, звонит Дженни пожелать спокойной ночи», — подумал он. Сегодня вечером они еще не разговаривали

— Алло, — сказал он

— Стараешься скрыть свой номер телефона да, дорогой? — прозвучал в трубке голос Никки.

— М-м. А у тебя он откуда?

— От Грега. Он заверил телефонистку, что у него срочное известие о твоей больной матери, вот она и дала ему твой номер. — Никки засмеялась — Глупо скрывать Все равно ты на это не способен! Кем ты себя, интересно, воображаешь? Особо важной персоной или чем-то вроде?

— Никки, я занят. Зачем ты звонишь?

— Звоню, чтобы дать тебе совет, — ответила она, прошипев последнее слово. — Мистер Уинкуп в ярости и можно ли его за это осуждать? Увел у него девушку, невесту. Правда, я слышала, она тебе в дочери годится, такая молодая.

— Прекрати, Никки.

— Я говорю это все для твоей же пользы, — произнесла Никки тоном благородного негодования. — Мистер Уинкуп — человек дела. Самое лучшее для тебя — оставить его девушку в покое, пока не поздно. Я так понимаю, ты с ней спишь. О боже! — в ее голосе прозвучала гадливость.

— Послушай, Никки. Мы ведь разошлись Ты забыла? То, что я делаю, касается только меня, и ничего…

— Я просто даю тебе совет. Брось эту девушку, пока не поздно.

— Что ты имеешь в виду?

Никки засмеялась

— Я имею в виду, что, когда ты поймешь, что я имею в виду, возможно, будет уже поздно. Понял? Я хочу сказать, побереги свое здоровье

Теперь рассмеялся Роберт.

— Интересно.

— Вот осел! Форменный кретин!

— Спокойной ночи, Никки. — Роберт немного подождал, однако она молчала и он повесил трубку.

Он вернулся к письменному столу, сел за чертеж, но все расплывалось у него перед глазами. Черта с два! Станет он из-за этого раскисать, подумал он. Будь на месте Дженни другая, заинтересуйся он любой другой девушкой было бы то же самое. Никки пронюхает и, не жалея времени и сил, повиснет на телефоне и замучает его вопросами. Роберт отшвырнул карандаш и встал.

Но даже в постели он продолжал думать о Никки. Конечно, она узнала его телефон от Грега и совершенно зря он спросил, как она его раздобыла. Можно только удивляться, что она давным-давно не разыскала его сама как разыскала когда он жил в Камелотских квартирах. Жаль, что новое замужество не занимает все ее время и не принесло ей спокойствия. Она вышла за Ральфа с месяц назад. В одно из воскресений Роберт наткнулся на объявление об этом в «Нью-Йорк Таймс». Насколько Роберт помнил, они обвенчались в семейной церкви Ральфа, где-то в штате Нью-Йорк, он тогда еще подумал, как странно, что Ральф Юрген — крупная фигура в рекламном бизнесе — так сентиментально выбрал себе место для женитьбы. Выходит, он плохо знает Ральфа. Когда он раза два-три сталкивался с ним у себя в их с Никки квартире или когда Ральф просил по телефону передать что-нибудь для Никки, оба были любезны и ничего больше.

Снова зазвонил телефон, и Роберт, нахмурившись, встал с постели и снял трубку.

— Привет, Роберт, — сказала Дженни. — Я вот думаю, ты не хотел бы встретиться в среду с моими друзьями Тессерами? Я собираюсь позвать их на обед. С ними очень легко. Придешь? — она сказала это мягко и без запинки, как будто выучила заранее.

Роберт прикрыл глаза

— Дженни, я не уверен, что смогу выбраться в среду. У меня никак не получается этот цилиндр. Лучше мне пока не вылезать из дома.

— Тогда, может быть, в пятницу? Им в пятницу даже удобней, я знаю, потому что…

— Ладно, в пятницу.

— Около семи? Ну хорошо, у тебя работа в разгаре, не буду тебе мешать. Спокойной ночи, Роберт.

В пятницу он познакомился с Тессерами. Дик Тессер был высокий, стройный мужчина лет тридцати с небольшим, черноволосый, с пышными черными усами. Он был подрядчиком. Его жена Наоми — маленькая блондинка — оказалась веселой и разговорчивой. Было похоже, что они по-отечески заботятся о благополучии Дженни. И Роберт почувствовал, что нравится им и они «одобряют» выбор Дженни; скорей всего, Дженни рассказывала им о нем, потому что сам Роберт в тот вечер держался довольно сдержанно. Они с Диком вежливо поинтересовались друг у друга, кто где работает, а все остальное время разговор шел о водопроводных трубах в доме Тессеров, которые лопались от холодов, и об их детях.