Невеста Короля Теней - Сильвия Мерседес

Я открываю рот, чтобы холодно отказаться, но Ларонгар прерывает меня:

– Не все хотят терять свои рубашки и ботинки за игровыми столами, как некоторые молодые бездельники. Имен называть не буду. – Он поворачивается ко мне, тяжело качая головой. – Этот мальчишка убивает меня. Ох уж эта дарованная богами красота! Но боги никогда не дарят подарков, не взяв что-нибудь взамен. Они отняли у этого мальчика мозги и сделали его самым симпатичным болваном в королевстве. Чего бы я только не отдал за настоящего сына рядом со мной в эти темные времена! Но сейчас, – добавляет он с многозначительным видом, – возможно, боги все-таки услышали мои молитвы. Скажи мне, Фор, ты любишь танцевать?

– Да, люблю. Хотя, боюсь, я знаю не так много человеческих танцев.

– Это не проблема. Мы найдем тебе симпатичную учительницу в кратчайшие сроки! И, возможно, ты сможешь научить нас каким-нибудь танцам троллей, а?

Я внутренне вздрагиваю от столь небрежно произнесенного оскорбления. Сул, стоящий рядом со мной, наклоняется ближе и шепчет на трольдском:

– Если кто-нибудь еще раз употребит это слово, да помогут мне боги, я начну крушить черепа, отрывать конечности и бить себя в грудь обоими кулаками.

– Успокойся, Сул, – шиплю я в ответ. – Они не понимают, что говорят.

– Ты в этом уверен? – мой брат многозначительно приподнимает бровь.

Прежде чем я успеваю ответить, голос герольда снова заполняет пространство:

– Королева Мерет и принцессы, Ильсевель и Аура Сайхорн.

У меня внутри все переворачивается. Боги небесные! Не думал, что буду сегодня так нервничать. Не то чтобы действительно имело значение, какое впечатление у меня сложится о принцессе, покажется ли она мне привлекательной, остроумной или хотя бы отдаленно интересной. Я пришел сюда, чтобы завоевать ее отца и его Мифатов, а не ее руку или сердце. И все же мне не удается избежать внезапных кульбитов в груди, когда, повернувшись ко входу, я готовлюсь впервые увидеть Ильсевель.

В дверном проеме стоят три фигуры. Первая и самая заметная – утонченная и деликатная дама, выделяющаяся на фоне других своим статным видом и возрастом. Я сразу понимаю, что она, должно быть, мать Фэрейн. Ее волосы с серебристыми прядями уложены в два пышных завитка, по одному над каждым ухом, а на голове покоятся изящная корона и вуаль. Глаза у нее очень серьезные, даже немного грустные.

Однако гораздо сильнее мое внимание привлекает вторая фигура, одетая в красное и белое и самая высокая из троих, – эта девушка поражает своей красотой. Она держит плечи, по которым рассыпаны ее густые темные кудри, расправленными, а спину очень прямой, как будто готовится ринуться в бой. Хотя я не могу представить себе, чтобы такое тонкокостное создание владело мечом, ее вид говорит мне, что она попыталась бы, если бы ей пришлось. Ее окружает едва уловимая аура свирепости.

Следующая девушка, стоящая прямо за ней, – хорошенькая малышка в голубом платье с огромными испуганными глазами, довольно юная и боязливая. Определенно не такое энергичное создание, как ее сестра. Я не могу представить, как можно договориться о ее руке; она похожа скорее на ребенка, нежели на девушку, достаточно взрослую для того, чтобы вступить в брак.

Они степенно входят в зал, опустив глаза и скромно сложив руки. За ними следует группа дам, некоторые помоложе, другие постарше. Но лица, которое я ищу, среди них нет. Где же Фэрейн? Неужели она слишком устала после вчерашнего путешествия, чтобы присутствовать на празднествах этим вечером?

Наконец я замечаю ее, стоящую в тени позади ее сестер и их фрейлин. Она одета в простое серое платье, на волосах белая вуаль, голова склонена.

Словно почувствовав на себе чужой пристальный взгляд, она поднимает глаза, встречаясь с моими. Мое сердце на секунду замирает.

И тут кто-то хватает меня за руку.

– Пойдем, Фор! – Ларонгар ревет мне почти в самое ухо. – Давно пора тебе познакомиться с моими женщинами.

С этими словами он тащит меня вперед, и толпа расступается перед ним.

– Вот она, – величественно объявляет он, взмахнув рукой, – хранительница моего сердца и мать моего наследника, королева Мерет. Мэрри, любовь моя, познакомься с королем Фором из Мифанара.

Маленький рот королевы, похожий на бутон розы, раскрывается в короткой улыбке.

– Приветствую вас, Ваше Величество, – мягко произносит она. – Добро пожаловать в Белдрот.

Я бормочу что-то, надеюсь, уместное, но едва успеваю договорить, как Ларонгар берет за руку высокую темноволосую девушку в алом платье и тянет ее вперед. Она пронзает меня улыбкой, как кинжалом.

– Это Ильсевель, мое третье дитя, – с нежностью говорит Ларонгар, когда девушка приседает в глубоком реверансе. – Я знаю, у отца не должно быть любимчиков. Но, скажем так, я сомневаюсь, что вы найдете более красивое лицо где-либо в мире! Но если кто-то и может составить ей конкуренцию, так это моя младшенькая, Аура.

При этом он выводит девушку в голубом вперед. Она тоже делает реверанс, очень грациозный и осторожный, у нее едва хватает смелости бросить в мою сторону мимолетный кроткий взгляд. Я пытаюсь по-доброму улыбнуться, но подозреваю, что это только пугает ее еще больше.

Затем я поворачиваюсь к Фэрейн, все еще стоящей позади толпы. Разве она не должна быть сейчас здесь, рядом со своими сестрами, когда их представляют? Я открываю рот, чтобы произнести какое-нибудь приветствие, но прежде, чем успеваю сказать хоть что-то, Ларонгар возвращает мое внимание к девушке в алом.

– Возможно, Ильсевель, – говорит он, – ты будешь так любезна провести этот вечер в компании короля Фора? Ему не помешал бы компаньон, который рассказал бы ему о наших обычаях и спас от студня из свиных ножек.

Придворные вокруг нас тихо хихикают. Неужели я стал объектом какой-то шутки?

Я смотрю на Сула и Хэйл, стоящих неподалеку. Выражение лица брата совершенно каменное, непроницаемое, но капитан, заметив мой взгляд, приподнимает бровь и ободряюще кивает, намекая, чтобы я продолжал изображать из себя очаровательного ухажера.

Расправив плечи, я обращаюсь к темноглазой принцессе:

– Для меня было бы честью насладиться обществом такой прекрасной спутницы за ужином.

Она удивленно моргает, глядя на меня, ее губы слегка приоткрываются.

– Ой! Я не… то есть… – румянец заливает ее щеки, и она бросает взгляд на своего отца.

– Продолжайте, – говорю я, надеясь, что мой голос звучит мягко. – Не бойтесь. Я сказал что-то не так?

– Нет, великий король, – девушка снова храбро встречает мой взгляд. – Просто… я не ожидала, что вы так хорошо говорите на нашем языке.

Я улыбаюсь.

– Да, я знаю, что большинство людей представляют трольдов большими неуклюжими каменными монстрами, которые общаются