Лучший из миров - Сергей Че

Они долго шли по белой пустыне, то и дело пытаясь догнать ускользающие миражи. У Паратова была какая-то странная идея, что их обязательно надо догнать. Это никогда не удавалось сделать, только однажды они подошли к странному дому, словно перенесенному сюда из древней сказки, с расписными ставнями, длинной кирпичной трубой и коньком на крыше. Но дом растворился, когда до его деревянной двери оставалось не более трех метров.

- Проклятье! - выругался Паратов и остановился. – Сдается, мы делаем что-то не то. Гурин, ты может лучше меня помнишь тот долбанный процессор. Напряги мозги, подумай.

Влад пожал плечами.

- Нечего думать. У нас же разные цели. Советнику нужен его крейсер. Тебе не пойми что, ты не рассказываешь. Мне вообще ничего не нужно, лишь бы отсюда выбраться. А без общей цели перехода не будет.

Паратов уставился на него, не мигая.

- Это что же получается, ты ничего не помнишь? Или нам китежская железяка разные программы показывала?

- Ты о чем?

- Там человек, - хрипло перебил их Вяземский, указывая рукой в сторону.

Паратов, не долго думая, рванулся туда. Влад с советником при всем желании не могли за ним поспеть.

Человек лежал невдалеке, полускрытый медленно натекающим бледным потоком.

- Он сперва стоял, а потом упал, - сказал Вяземский. – Еле успел заметить.

- Баба, - удивленно протянул Паратов, стоя над телом.

Это была женщина.

Ее излишне откровенное одеяние, состоящее лишь из узкой полосы ткани на бедрах и полупрозрачной накидки, не оставляло никаких сомнений по поводу ее половой принадлежности. Она лежала ничком, раскинув в стороны руки и ноги. Влад заметил на щиколотках витые браслеты из зеленоватого металла. Длинные волосы странного фиолетового цвета мешались с белыми слоями ползущего дыма.

- Еще бабы нам не хватало, - пробормотал Паратов, оглядывая распростертое тело. – Давайте хоть перевернем ее что ли, посмотрим какова она спереди.

Влад нагнулся, протягивая руку и думая, что вот сейчас тело испариться, смешается с туманом как все миражи до этого. Но пальцы наткнулись на гладкую упругую кожу. Влад с трудом перевернул тело на спину. И отшатнулся, слыша, как охнул сзади Вяземский и ошалело выругался Паратов.

На них смотрели немигающие глаза такого же странного фиолетового цвета, что и волосы. Но дело было даже не в цвете. Разрез глаз, форма скул, линия бровей и подбородка, нос, губы, все лицо лежащей женщины было настолько странным и чужеродным, что у Влада все поплыло перед глазами.

- Да, не красавица, что и говорить, - хмыкнул Паратов, отходя от первого потрясения.

- Кто это?! – воскликнул Вяземский, непроизвольно шагнув назад.

И Влад вдруг вспомнил.

Историческая программа любой академии на пятом, высшем, уровне включала в себя курс древнейшей истории. С характеристиками различных исчезнувших рас, сравнением их внешнего вида и природных особенностей. Сейчас эти позабытые за ненадобностью сведения вдруг пригодились.

- Это японка, - сказал Влад, вставая. – Или китаянка. По крайней мере, очень на то похоже.

- Мать твою, - сказал Паратов. – И что это значит?

А Вяземский ничего не сказал.

Он перекрестился.

3. Син Араи, чистильщик клана Такаси. СВЕРКАЮЩАЯ БЕЗДНА

В этот раз мясо оказалось сложным.

Проблемы начались еще на подходе, когда Син, успешно обойдя первые слои обороны, оказалась лицом к лицу с куратором.

Это был старый антивир. Его защитные слои тускло светились красным, переходя по краям программных сшивок в бордовые сполохи. Он двинулся вперед, раздуваясь и на ходу перестраивая свою конструкцию.

- Доступ. Уровень.

Впереди требовательно замигал курсор ввода. Сперва медленно, потом все быстрее. Син хмыкнула, припомнив, что сегодняшнее чудаковатое мясо было поклонником древних аксессуаров. Из-за чего и оболочку пришлось подбирать в старых архивах. Десятки мемо-секунд, потраченных на фильтрацию полузасыпанных данных, терабайты плоских фотографий, примитивных трехмерок и километры движущихся картинок, нарисованных почти вручную, наверное, тысячи лет назад. Теперь Син Араи выглядела как двуногое существо с излишним объемом выпуклостей спереди и сзади, одетое в какие-то цветастые тряпки, которые к счастью совсем не мешали передвижению, потому как снизу их было намного меньше чем сверху.

Син плавно опустилась на колени, склонив голову.

- Из города цветов. Из мира ив. Женщина искусства. Для Дзедо Сиракавы, владетеля пяти дорог, постигшему реальность боя.

Куратор остановился, нависнув над головой как раздувшийся мыльный пузырь. Сканирующие лучи медленно проползли по ее телу. В них тоже не было никакого смысла. Син всеми рецепторами чувствовала, что куратор не настолько стар. Его программы ловко и почти незаметно прошили наружную структуру ее оболочки, а сканер с цветастыми лучами был всего-навсего ширмой, таким же антиквариатом, как и все вокруг. Как и она сама.

Больше всего место обитания Дзедо Сиракавы напоминало внутренний двор какой-то древней постройки. Низкие металлические стены с мерцающими поясами двухмерных экранов, аккуратно подстриженная растительность и серое однообразное небо над головой. Вымощенная грязно-желтым камнем дорожка вела к открытой веранде, за которой начинались мутные стеклянные стены двухэтажного дома. В таких домах селились обычно небогатые отшельники или маленькие сухонькие старички, доживающие свой инфовек на государственную пенсию.

В таком доме жил сейчас Дзедо Сиракава. Владетель дорог, постигший реальность и прочая, прочая. Мясо. Цель. Он сидел сейчас где-то там, за стеклянными стенами и ждал удовольствий.

- Цель. – Вопрос куратора возник словно эхо.

Син непроизвольно дернулась и повторила:

- Искусство.

Бордовые сполохи куратора поблекли, и тут же вымуштрованные рецепторы доложили Син, что план не сработал.

- Доступа нет, - сказал куратор.

Серое небо приобрело свинцовый оттенок, по стене экранов пробежала рябь, а куратор ушел в оборону. Ему это не помогло.

Сперва Син блокировала ползающие по ее оболочке программы.

Потом переделала их ядра в соответствии с заданием, направив потоки данных из заранее приготовленных архивов. Куратор