Звездная Кровь. Изгой VI - Алексей Юрьевич Елисеев

от напряжения. Увы, его органы чувств были остры, но подобраться ближе я ему не разрешал, чтобы ненароком не потревожить спящего хищника. Всё, что я понял, основываясь на скудных мыслеобразах — тварь в логове крупная и пережидает непогоду, бессовестно завалившись спать. Я стиснул зубы в раздражении. Стало ясно, почему эта хижина — вернее, грибная пещера — оказалась заброшенной. Прежний хозяин, наверняка был не в восторге от такого соседства и покинул хижину сам, или что ещё более вероятно, хищник его сожрал.

Я сидел в глубине сухой пещеры и слушал, как дождевая вода шумит снаружи и стекает с крыши, и думал о том, как это глупо — свалиться прямо в лапы гигантскому зверю, и самому же этого не заметить. Как я в пещеру к нему не залез только? А если бы не додумался выпустить из Руны маблана?

Прежде я считал себя опытным бойцом, космическим пехотинцем, который умеет просчитать последствия любого шага. Но Кровавая Пустошь, будь она неладна, то и дело выставляла меня на посмешище — будто сообщая: «Не зазнавайся, космопех, здесь своя атмосфера».

Но и никаких коварных планов я разработать не смог. Отступать было поздно. Зверь может почуять присутствие чужака и даже скорей всего обнаружит меня. Тауро уже навалил приличную кучу. Как такое замаскировать? Да никак… Стоит непогоде утихнуть, хищная тварь обнаружит нас по ароматам, обеспеченным Старичком.

Надо было действовать осторожно. Поразмыслив, вызвал из Руны своего помощника Большого Уха, чтобы всё разведать лучше. Если Колчак не мог подобраться ближе, так, может, миниатюрный зверёк сумеет? Тем более, никаких героических вылазок сейчас мне не требовалось. Просто понять, что это за тварь и понаблюдать за ней. Большой Ух — появился в вихре Звёздной Крови и сразу же чихнул, начав мотать огромными ушами. Длинная слепая мордочка смотрела на меня с укоризной. Он весь дрожал от сырости, поджимал уши и, судя по его недовольному повизгиванию, недолюбливал проливной дождь куда сильнее, чем даже мог это показать.

— Ты как, малыш? — спросил я тихо, поглаживая его за ухом, которое было размером чуть ли не с его туловище.

Большой Ух жалобно пискнул, потом ещё раз чихнул и принялся судорожно тереть передними лапками мордочку, словно говоря: «Ты серьёзно, Кир? Опять гонишь меня в холод, грязь и воду?».

— Ну, прости, — пробормотал я. — Без твоей помощи никак. Нужно разобраться, что за зверюга дрыхнет у нас под боком.

Ух прижал уши, поёжился, но всё же принялся за дело — запрыгал, принюхиваясь и втягивая запахи. Он пробрался к самому входу в логово, где, по информации Колчака, и находилось опасное существо. Шум дождя снаружи заглушал все другие звуки, я только и мог догадываться, что творится там. Но уже минут через пятнадцать зверёк начал делиться со мной своими «картинками» посредством ментальной связи. Не сказать, что Колчак был менее чутким, просто назначение его было иным. Маблан мог идти по следу, загонять добычу и поддерживать в бою. А пустынный попрыгун неплохо подходил для таких вот операций по скрытному проникновению куда-либо. Из-за мелких размеров его или не замечали, или не считали опасным.

По его «запахотеке» выходило, что эта зверюга — не просто какой-то там хищник. А существо размером с тягач, мохнатое, когтистое и невероятно агрессивное по природе. Когда же пришли изображения, чем-то напоминавшие ультразвуковой снимок, я совсем загрустил. Медведь. Это был медведь.

Что-то внутри меня шептало: это — одна из крупнейших тварей в этих краях. Медведь, только ещё более зверский и огромный.

Я почесал подбородок, ощущая щетину под пальцами. Как же так вышло, что я, сам того не заметив, расположился практически рядом с этой гигантской машиной убийства, которая могла бы одним ударом лапы расколоть мне череп? Да что там череп? Мокрое место только и останется, если попаду под удар лапы медведя, превосходящего ростом в холке меня самого.

Ко мне вернулся Большой Ух, весь облепленный тёмно-серой жижей, но весьма удовлетворённый своими похождениями. Посмотрев на него, провёл рукой по его промокшей шёрстке. Он визгливо фыркнул, попискивая и всем своим видом показывая, что такой «поход» ему категорически не по вкусу. Но я ценил его помощь. Без этой наглой пушистой мордашки и Колчака я бы рисковал угодить прямо под медвежьи когти, даже не догадавшись о его существовании.

— Спасибо, дружок, — благодарно сказал я.

Ух сложил уши и забрался ко мне на плечо, где и отряхнулся, чтобы хоть чуть-чуть обсушиться. Забрызгал, конечно, но я не расстроился, только погладив свернувшегося маленького разведчика.

Уже размышляя над тем, что делать дальше, решил, что продолжать сидеть здесь и дальше опасно. Погода в этих местах непредсказуема. Дождь мог прекратиться так же стремительно, как и начался, а кроме того, мало ли что придёт в голову зверю — если он проснётся и выйдет на шум или запах выдаст нас. Что тогда будет? Правильно. Я окажусь в ловушке.

Я переоделся в непромокаемые вещи и достал из криптора лазерный сварочный аппарат. Без спешки начал вырезать на гладкой и мокрой поверхности каменного гриба ступени.

Я стоял под проливным дождём, который тотчас хлестал по капюшону и плечам плащ-палатки. Ветер завывал, оглушал раскатами грома, и время от времени сквозь чёрные тучи с неба хлёстко били ветвистые молнии. Лазерный луч тихо шипел, прожигая плотную грибную структуру, из-под сопла валил мокрый пар. Камнегриб оказалась чертовски твёрдым, но всё же поддался сварочному аппарату. Я медлил, чтобы не нашуметь. Пот лился под непромокаемым комбинезоном.

Наконец, я высек грубую лестницу. Шаг за шагом я забрался на залитую водой вершину камнегриба.

Следующим этапом стало обустройство подобия лёжки: срезав самые неустойчивые наросты, расширил место, чтобы можно было залечь, укрывшись непромокаемым плащом. Я понимал, что комфортом здесь и не пахнет, но зато здесь был неплохой обзор на окрестности. Но главным было то, что я мог держать под прицелом вход в логово.

274

Подстелив себе матрас-пенку, я, наконец, улёгся на холодный, весь покрытый дождевой влагой камнегриб, время будто слилось в серую непрерывную полосу. Что я собирался применить? Конечно, самый мощный аргумент в своём арсенале. В вихре Звёздной Крови материализовалась плазменная винтовка «Копьё».

Энергетическое оружие, которое мы использовали, когда я ещё служил в космической пехоте. Навыки ментальной связи, пси и языка животных помогали мне удерживать ментальный контакт со своими Рунами-Существами и немного со Старичком, но его мыслишки сейчас мне были неинтересны. Колчак выбрал себе лёжку на отдалении