Отель искупления грехов - Владимир Григорьевич Колычев

— Только ничего не подумайте, — усаживаясь, сказала Агата. — Артурыч сам нам дал.

— А он что, уже умер? — спросила Дуся.

— Почему это умер?

— Ему что, ружье не нужно?

— Да за себя он не боится. Сказал, врагов у него нет.

— А если это он Щукина убил? — тихо спросила Алиса.

— Зачем? — пристально посмотрела на нее Агата.

— Не знаю. Может, классовая ненависть!

— Не говори глупости… Хотя нет, говори!.. Если вдруг кто-то кого-то подозревает, давайте выкладывайте, обсудим! — Агата настраивалась на серьезный разговор.

— Может, лучше вина выпьем? — засмеялся Федор.

— Вина хоть залейся! — подхватил Яша. — Артурыч сказал, сколько нужно, столько и берите. Только считать честно! Вино небесплатное.

— Да мы это поняли.

— И оплатить можем. Причем легко! — с намеком глянув на Федора, уточнила Алиса.

— Да, деньги есть… — кивнула Дуся. — Может, и нам грозит классовая ненависть?

— Ну, тачка у вас крутая, не вопрос. Второе место после Щукина, — кивнул Федор.

— Если не первое, — сказала Алиса.

— Он имеет в виду другую очередность, — вздохнула Агата. — Щукина нет, кто следующий?

— Очень смешно! — Дуся возмущенно уставилась на нее.

— Ну ты же любишь истории у костра.

— Нет костра!

— И ничего не подгорает?

Дуся ничего не сказала и, глянув на Костю, подняла свой стакан. Он кивнул, соглашаясь чокнуться с ней, его поддержали все, но выпили молча.

Вроде и чокнулись, но вышло, как будто за упокой.

Небо затянуло тучами, поднялся ветер, зашумел виноградник, но дождь не хлынул. Алиса никак не реагировала на Костю. Она подсела поближе к Славику, разговорилась с ним, возможно, назло ему, своему бывшему жениху из прошлой жизни.

Вино закончилось, Федор предложил свои услуги, Яша отдал ему ключи от подвала, но вместе с ним отправил и Славика. Видимо, не доверял. Вдруг Федор сольет всю бочку, а вино загрузит в свою машину. С него станется.

Федор со Славиком вернулись, принесли кувшин и банку вина, банкет продолжился. Но скоро ушли Агата с Яшей, сказали, что очень устали за день, но взяли с собой полкувшина белого вина.

— Уставать так уставать — до самого конца! — усмехнулся Федор, глядя им вслед.

Язык у него заплетался, взгляд осоловел.

— Ну да, послушать музыку, покурить и спать, — сказала Алиса, вдруг загадочно глянув на Костю.

— Покурит, обязательно покурит! — пообещала Дуся, стрельнув в нее глазами. — И музыку послушаем!

— Опять уйдете, нас оставите?

— А вот не уйдем!

Костя уходить не хотел, вино ударило в голову, потянуло на глупости, но Алиса, слегка перебрав, отправилась спать. Вслед за ней ушел и Федор.

— И я пойду! — будто оправдываясь, сказал Славик.

Он почему-то боялся смотреть Косте в глаза, во всяком случае, ему так показалось.

— И пусть наша тайна уйдет с тобой… в сон! — скривил губы Костя.

Без Алисы стало неинтересно, в сон клонило все сильней, и тем не менее он не торопился уходить. Вслед за Славиком.

— А мы остались охранять, — в раздумье проговорил он.

Он видел, как уходил Яша. Но не видел, как он уносил ружье. Никто не уносил. Может, лежит себе на скамейке, бери кто хочет.

— Что-то здесь не так. — Дуся тяжело ворочала языком.

Костя обошел стол, ружье действительно лежало на скамейке. Он взял его, преломил стволы.

— Что здесь не так?

Яша мог застрелить Артурыча и подложить ружье в расчете, что Костя или кто-то возьмет его, оставив на нем отпечатки пальцев. Но это не малошумный мелкий калибр, а полноценное охотничье ружье, кто-нибудь да услышал бы, как убивали Дербенова. Но не было выстрела.

— Сначала Федя ушел, потом Алиса.

— И что?

— И Славик вслед за ними. Как будто они ему местечко рядом с собой приготовили.

— В постели?

— А вдруг!

— Алиса такая шлюха, клейма ставить негде, да? Ты это хотела сказать? — завелся вдруг Костя.

Алиса, конечно, не ангел, и со Щукиным она могла переспать из-за денег, но Дусе совсем необязательно и дальше втаптывать ее в грязь.

— Я хотела сказать, что Федя ею торгует… Может ею торговать, — немного подумав, поправилась Дуся. — Вчера он мог продать ее Щукину, а сегодня Славику.

— Хочешь сказать, что Алиса проститутка, а Федя — сутенер?

— Ну, может, не профессиональная проститутка. Может, просто деньги нужны.

— И Славик ей заплатил?

— Феде заплатил. Они за вином ходили, могли договориться. Федя видел, как Славик смотрел на Алису. Все видели. А Федя ничего, не возражал. Ему все равно!

— Это Славик сейчас к Алисе торопился?

— Ну да.

Костя решил начать обход с номера Славика, дверь оказалась незапертой. Он дернул за ручку, дверь открылась.

На полу в темноте лежал человек. Костя включил свет, ожидая увидеть Славика, но перед ним лежал Федор. На боку, в неестественной позе. Глаза открыты, на лице гримаса предсмертного ужаса, губы и подбородок в блевотине, и на полу еще не высохшее рвотное пятно.

Костя приложил пальцы к шее, он знал, где проходит сонная артерия, куда нужно давить, но пульс не нащупал. А тело еще теплое, не окоченевшее.

Рядом с телом на полу лежала опрокинутая бутылка с минералкой. Вода еще не впиталась в бетон, не высохла. Видно, бутылка стояла на тумбочке. Федору стало плохо, рвотные массы перекрыли горло, задыхаясь, в панике он задел рукой бутылку. Об этом Костя подумал невольно, вскользь.

— Что это такое? — через силу выдавила Дуся.

Костя был потрясен не меньше жены.

— Это не маньяк! — качнул он головой.

— А если его отравили?

— Чем?

— А что там в бутылке?

Костя кивнул. Возможно, Федору стало плохо, едва он сделал глоток. Сильное отравляющее вещество вызвало рвоту, заблокировало дыхание, на пол он упал вместе с бутылкой.

— И кто мог его отравить?

— А если Славик?… Может, ему платить за Алису нечем?

Конечно же, Дуся несла чушь, но Костя все же развернулся на сто восемьдесят градусов. Он собирался постучать в номер к Алисе, но и в этом случае дверь оказалась незапертой. Костя решительно распахнул ее: все равно, если у них там со Славиком интим. Повод, чтобы обломать им кайф, у Кости железобетонный.

Выключатель искать не пришлось, Алиса и Славик занимались друг другом при свете. Он лежал на кровати со счастливой улыбкой на лице, она полусидела, подложив под спину подушку, в руке бокал вина. Ее наготу скрывал прозрачный пеньюар. Скрывал только от посторонних взглядов. От Славика не защитил. Славик явно уже получил свое и балдел, пытаясь поверить в свое счастье.

Увидев Костю, Славик вскочил, Алиса же даже позу не изменила. Всего лишь возмущенно повела бровью, на губах выступила ехидная улыбка. А в ней намек.