История запрещенных книг на Западе. Итальянское духовенство в одну из средневековых эпох - Алексей Петрович Лебедев

вошли в индекс следующие: Сильвестра Сиропула «История Флорентийского собора» — запрещение последовало в начале XVII в.; Нектария, патриарха Иерусалимского, «Опровержение власти папы в Церкви» — также в начале XVII в.; издание писем Кирилла Лукариса, патриарха Константинопольского; несколько сочинений греков-униатов, например, Петра Аркудия. Очень интересно запрещение одного протестантского сочинения, касающегося святынь Киева. О книге протестантского теолога Гербиния «Священные киевские пещеры, или Подземный Киев» папа Бенедикт XIV в 1677 г., по запрещении книги, писал: «Жители Киева верят, что их город есть древняя Троя (?) и что в здешних катакомбах лежат неистленными тела Приама, Нестора (едва ли какому-либо киевлянину могло прийти в голову, что кто-нибудь их летописца Нестора перемешает с Нестором «Илиады», как делает это папа!)… А Гербиний, — продолжает папа, — со слов какого-то русского архимандрита, напротив, считает эти тела за мощи святых, в продолжение 600 лет сохранившиеся нетленными, и старается доказать, что это дело чудесное. В Риме, — резонирует папа, — такое чудо не примут за чудо, принимая во внимание те основания, какие приводит Гербиний». Нечего сказать, папская критика киевских святынь есть мудрая критика… Из писателей Православно-Восточной Церкви новейшего времени в индексе почти никого не находится. Достойное внимания исключение составляет лишь граф Д. А. Толстой (теперешний министр внутренних дел). Его сочинение на французском языке под заглавием «Римский католицизм в России», появившееся в печати в 1864 г., через два года, в 1866 г., очутилось в индексе с редкой аттестацией: «opus praedamnatum» — с аттестацией, которая выдается в индексе лишь сочинениям самых страшных еретиков. Замечательно, что редактор индекса по невежеству принял имя автора, Димитрий, за его фамилию и поместил графа Толстого в алфавитном порядке индекса под буквой Д.

Что касается протестантских теологов XVIII и текущего столетия, то в индексе их очень немного. Очевидно, индекс-конгрегация махнула на них рукой. В индексе стоит Мосгейм, «Жизнь Иисуса» Штрауса, но нет ни имени, ни сочинений Фердинанда Баура. Зато указаны в числе запрещенных ничтожные протестантские теологические сочинения — таких несколько. К немалому удивлению знакомых с протестантской богословской литературой, почему-то в индекс внесена Реальная теологическая энциклопедия Герцога — Плитта, сравнительно неважное сочинение в ряду других протестантских сочинений. Впрочем, вообще нужно заметить, что случайность и непоследовательность составляют самую характерную черту индекса: одно здесь запрещено, другое нет, ничтожное подвергнуто каре, о важнейшем умолчано.

Еще больше случайности и меньше последовательности в индексе, когда дело касается небогословских сочинений. О небогословских сочинениях и отношении к ним индекса мы теперь и поведем речь, но по этому вопросу мы не намерены пускаться в подробности.

На философскую литературу прежнего времени индекс обращал еще довольно внимания, а на ту же литературу новейшего времени — мало. Из сочинений Декарта запрещены не все и притом с мягким добавлением: «пока автор не исправит их». Мальбранш безусловно запрещен. О Лейбнице и Вольфе в индексе ни слова. Кант запрещен только в переводе, а об оригинале индекс молчит. О Гегеле индекс ничего не знает. Но зато запрещено такое невинное сочинение, как «История философии» Швеглера, известная и в русском переводе. Конт запрещен, Литтре нет. Но во всяком случае, на философию в папских кругах смотрят очень подозрительно. Один сведущий человек во время правления папы Пия IX писал в письме из Рима: «Если здесь попадет на рассмотрение книга по метафизике, то она будет осуждена. Давно философская литература не находилась в такой опасности, как в настоящее время». Речь идет о второстепенных писателях-католиках по философии.

Историческая литература также довольно терпела со стороны индекс-конгрегации. Но запрещалось то или другое безо всякой определенной системы. Из новейших французских исторических сочинений вошли в индекс не только произведения Ренана (не говоря о богословских), но и сочинения Обэ, в которых исследуется история гонений на христиан в первые века. С одним из этих запрещенных сочинений русская публика знакома по переводу его на страницах «Православного Обозрения» (за 1880 г.). Из среды католических ученых нередко слышатся жалобы на строгое отношение папской цензуры к историческим сочинениям. В XVII в. французский писатель Арнольд писал: «Вот запретили исторические сочинения де Ту. Но очень обманываются, если полагают, что и в самом деле не будут читать их. Знание истории всегда составляло существенную принадлежность общего образования, и даже те, кто пишет в пользу Церкви, не могут обойтись без истории. Нравственно невозможно, чтобы столь основательные труды, как сочинения де Ту, перестали читать ввиду римского запрещения». Без сомнения, так же думают и католики настоящего времени.

Из естественных наук наибольшим нападкам со стороны индекса подвергалась астрономия. Когда появились воззрения Коперника на движение Земли и неподвижность Солнца, то многие сочинения, доказывающие и разъясняющие гелиоцентрическую систему, очутились в индексе, начиная с сочинений Коперника и Кеплера. Папы в своих декретах признали эту систему «опасной для веры» и весьма противной некоторым местам Св. Писания. Известен процесс Галилея. В сочинениях его римские теологи нашли частью места прямо еретические, частью по меньшей мере ложные в догматическом отношении. В индексе впоследствии не перечислялись, в частности, сочинения, защищавшие астрономическую систему Коперника, а замечалось вообще: запрещаются все сочинения, доказывающие движение Земли и неподвижность Солнца. Лишь в нынешнем столетии папская курия смиловалась над астрономией. В 1822 г. инквизиция формально объявила — в противоречии с прежними воззрениями, — что в Риме позволяется печатать книги, в которых, сообразно новейшему взгляду астрономов, рассуждается о движении Земли и неподвижности Солнца. Папа Пий VII утвердил это определение. И в ближайшем издании индекса, в 1835 г., вычеркнуты были из числа запрещенных авторов — Коперник, Кеплер, Галилей и пр. Из других отраслей естественных наук запрещению подвергалось очень немногое. По обыкновению, запрещено менее важное, а самое важное нет. В индексе, например, стоит «Зоономия» Эразма Дарвина, а сочинения его знаменитого внука Чарльза Дарвина, автора «Происхождения человека», в индексе совсем не упомянуты.

На беллетристику запрещения от индекс-конгрегации сыпались в достаточной мере, и то больше в прежние времена. Из более известных беллетристов запрещены сочинения: Дюма, отца и сына, Э. Сю, Жорж Санд, Бальзака, два романа Флобера, но произведения новейшей реальной школы — Золя и других — в индексе не обретаются. Из немецких беллетристов запрещено кое-что написанное Гейне. Новейшая английская беллетристика вся пощажена римской цензурой. Очень любопытны отношения папы Бенедикта XIV и некоторых кардиналов к знаменитому Вольтеру, как писателю-беллетристу, а не как философу. В 1745 г. Вольтер написал трагедию «Магомет», которая была запрещена в Париже, и послал экземпляр трагедии папе Бенедикту со следующим письмом: «Ваше святейшество, позвольте вам, как главе истинной религии, посвятить сочинение против основателя ложной и варварской религии. Кому, в самом деле,