Двое из ларца… для бывшего - Мила Гейбатова

– Он ведь нас бросил, – реакция Костика более резкая, – иначе почему он не с нами. Зачем с таким видеться?

Тяжело вздыхаю. Зря я думала, что в этой ситуации со стороны детей мне будет легче. А как я хотела? Еще бы до подросткового возраста дотянула со своим предложением познакомиться. И совсем не уверена, что меня бы простили.

– Все сложно, милый, он о вас не знал, – первый шаг сделан.

Света делает круглые глаза, она не до конца понимает, о чем речь. Зато Костик все осознает даже слишком хорошо. Старше всего на две минуты, но уже мужчина.

– Уверен, мама, у тебя были серьезные причины так поступить, – произносит мой слишком взрослый сын. И тут у меня присутствует пресловутое «слишком». – В любом случае, мы за тебя, ты с нами всегда.

– Мы любим тебя, мама, – всхлипывает Света.

– О, идите ко мне, мои дорогие, – прижимаю обоих к себе.

Довела детей до слез в автобусе. Мать года!

Как бы там ни было, после этого разговора мое настроение улучшается. Мы никуда не бежим, правда на нашей стороне, все будет хорошо.

Поздно вечером, когда дети уже спят, вдруг звонит мой телефон. Незнакомый номер. Несколько секунд думаю – брать или нет. И все же решаю взять. Может, и здесь мне повезет.

– Алло.

– Ну здравствуй, Марина, – произносит мужчина на том конце, а мое сердце тут же начинает биться, как заполошное.

Глава 27

– Ну здравствуй, Марина, – произносит мужчина на том конце, а мое сердце тут же начинает биться, как заполошное. – Как ты?

– К–как я? – нервно сглатываю. – Это шутка? – из меня вырывается нервный смешок.

– Нет, – на том конце искренне удивляются, – не шутка. Ты убежала из кафе, я готов был убить Влада с его чертовым телефоном.

И тут я понимаю, что что–то не так, что–то не сходится.

– Марк, ты?

– Я, – отвечает он с заминкой. – А кого ты ожидала услышать?

– Неважно, – говорю с облегчением, – абсолютно неважно. Какими судьбами? Как узнал мой телефон? Помнится, ты не звонил раньше, – закидываю Марка вопросами, чтобы самой не стать объектом допросов.

– Да, – произносит он после короткой паузы, – не звонил. Но обстоятельства изменились.

– Неужели? – усмехаюсь. – А Кира как? Ревновать не будет?

– Это ее проблемы, Марина. На данный момент я хочу разрешить наши с тобой, – говорит решительно Марк.

– Вот как! И что же ты будешь делать? Как решать? – в моем голосе откровенный сарказм.

Я начинаю злиться на Золотарева. Второй раз за день испытываю панику по его вине.

– Слушай, мы плохо расстались, но у меня другая версия событий, не такая, как у тебя! – горячится Марк.

– То есть не беременная от тебя Жанна, да? – спрашиваю невинным голосом. – А кто тогда беременный?

– Марин, не передергивай, мне и без этого сложно. Подобные разговоры никогда не давались мне, а тут еще все так запутано. Никто от меня не беременный. Я считал, что у тебя другой. Твой одногруппник, Дима, кажется.

Сильно напрягаюсь, чтобы понять, о ком речь.

– Н–но с чего? – все еще не могу найти связь. – Я видела тебя с Жанной в кабинете, а потом на фотографиях при вашем походе к врачу. Но я и какой–то Дима, не пойму. Откуда?

– Значит, фотографии похода к врачу, ясно, – произносит Марк, будто делает себе пометку в голове. – Я тоже видел фотографии. Ты, наш сквер у дома, сладкая вата, лавочка и Дима.

И тут меня словно молния пронзает.

– Так это была подстава! Я–то думала, с чего ему меня целовать, если никогда и взглядом не пересекались. Ясно, – киваю самой себе, Марк–то меня не видит. – Теперь все стало на свои места, – добавляю с улыбкой. – Не то чтобы важно прошлое, но все же приятно расставить точки над и. Я считала тебя изменником, ты меня. Классика!

– Да, классика, – Золотарев не разделяет моего энтузиазма. – А кто нас обоих подставил, ты знаешь?

– Конечно, – пожимаю плечами, – твой отец. Он не хотел меня в невестки, да и самостоятельного сына тоже не хотел. Они тебя до сих пор не отпускают далеко от себя.

– Все нормально у меня с ними, родители просто одиноки и хотят участвовать в моей жизни.

– Ну хорошо, ваше дело. Мне не понять, проехали, – не спорю. – Ладно, разобрались вроде, это все, что ты хотел сказать? Тебе еще к барбекю готовиться, Кира, по всей видимости, прошла проверку качеством от твоего отца. Совесть облегчил, тайну прошлого разгадал, можно и в новые отношения прыгать с головой.

– Мар–рина! – рычит Марк. – Давай не будем ерничать! Кира – никто для меня.

– Больно, Марк, так говорить про девушку. Она–то, возможно, ждет чего–то, надеется. Я, вон, тоже хотела поговорить, а ты предпочел закрыться в обиде и гневе. Не повторяй ошибок прошлого, – произношу назидательно, откровенно издеваясь. – Кира нравится твоим родителям, ее травить не станут. Если, конечно, не захочет тебя с ними разлучить.

– Ты не хотела разлучать, – произносит устало Марк, – ты хотела мира для всех нас.

– Да, верно, хотела, – вторю ему, впадая вдруг в уныние, но тут в моей голове всплывает до этого ускользавшая деталь. – Так поэтому Дима воскликнул, что ему не сказали про мою беременность, иначе бы он не стал подписываться!

В телефоне тишина. И я понимаю, что ляпнула лишнего.

– Т–ты была беременной?! От меня?

Глава 28

Делаю глубокий вдох. Раз сказала «а», надо и с «б» разобраться, чего уж теперь. По телефону оно даже лучше, не так страшно. И всегда смогу уехать до того, как он сюда приедет отбирать собственных детей.

– Нет, надуло, форточку забыла закрыть, – не могу удержаться от колкости. – Естественно, от тебя! Кажется, мы уже решили, что измены ни с твоей стороны, ни с моей не было. По крайней мере с Димой и Жанной.

– А был еще кто–то? – следует глупый вопрос.

– Золотарев, я сейчас брошу трубку и снова потеряюсь. Ты вроде старше меня, умнее должен быть. С возрастом проблемы с мозгом появились? – спрашиваю раздраженно.

– Нет, прости, – следует поспешный ответ, – просто у меня в голове не укладывается. Я папа, – в трубке наступает провисание. – Это те двое забавных деток, что я видел в парке, да?

– Естественно, это они. Я не держу подпольного производства по разведению детей в массовом количестве.

– Здорово, – говорит Марк.

И я слышу по его голосу, что он улыбается. Почему–то у самой теплеет на душе. Он явно рад, а я рада, что он рад.

Конечно, реакция не совсем