Два князя - Кирилл Малышев

class="p1">Владимир остановился на полуслове и вместе с тысячниками, внимательно слушавшими его указания, посмотрел на мальчика.

– Да, Святослав, конечно, говори. Чего хотел?

– Погоди с осадой, – откашлявшись в кулак, сказал он. – Это успеется. Позволь мне поговорить с отцом. Он хороший человек, просто его сердце болит за город. Он поднял его из руин и боится увидеть, как тот вновь обратится в пепел. Потому и отказал тебе. Отпусти меня, я встречусь с ним. Уверен, он изменит решение!

Внимательно поглядев на рынду, будто пытаясь прочитать его мысли, Владимир кивнул:

– Хорошо. Если есть хоть малая возможность избежать кровопролития, мы должны попытать удачу. Но если он не прислушается к тебе – я буду вынужден взять город силой. Постарайся объяснить это отцу. Я буду ждать ответа до утра.

Глава 8. По обе стороны стен.

Змежд, самый северный город Радонского княжества, располагается у самой границы с каменецкими землями. С древних времён он славится как крупный торговый центр – богатый, густонаселённый, живущий шумной, полной движения жизнью.

Его процветание неразрывно связано с удачным расположением в излучине двух рек – Радони и впадающей в неё Зыти. Это давало городу множество преимуществ, ведь он стоял на перекрёстке важнейших водных путей: по Зыти можно было плыть с востока на запад, а по реке-княгине Радони – с севера на юг.

Основанный несколько веков назад при князе Станиславе Добром, Змежд постепенно накапливал силу и богатство. Его рынки, не уступавшие по размерам торговым площадям самого Радограда, ломились от мехов, железа, изделий из дерева, тканей и, конечно же, рыбы всех видов. Здесь можно было найти любой заморский диковинный товар, о котором лишь слышали в Радонии. Купцы со всех уголков света стекались в город, чтобы продавать и приобретать. Одни затем отправлялись в таинственную Степь или ещё дальше – в Ликай, другие – в Радоград, к Белому морю, или к северу, к Старову и предгорьям Каменецких гор.

Город рос и ширился. Его улицы были полны суеты, а многочисленные закоулки – густых, тягучих запахов пряностей и благовоний. На набережных и в речных гаванях можно было встретить людей из Степи, Ликая, с Торговых островов и даже из далёких земель, о местоположении которых было известно лишь самому Зарогу.

Змежд был не просто поселением – он соединял воедино части Радонии, словно мост, перекинувшийся с южных земель к северным.

Всё изменила пришедшая с востока буря, разразившаяся несколько десятков лет назад и навсегда изменившая судьбу процветающего купеческого центра.

После того как Слевск был сожжён пламенем ханской ярости, степные воины устремились на запад. Через несколько дней их передовые отряды достигли Змежда.

Подойдя к величественным стенам, ханские глашатаи возвестили, что город падёт, если его глава не откроет перед захватчиками ворота. Однако тот ошибочно решил, что перед ним лишь небольшая шайка кочевников, неспособная преодолеть мощные каменные укрепления.

Змежд был богат, и его знать не стала дожидаться подхода княжеской дружины. Используя средства городской казны, бояре поспешно собрали и вооружили ополчение.

Под покровом ночи подготовленный отряд выскользнул за стены и нанёс неожиданный удар по ханатам, обойдя их лагерь сзади. Сотни степняков пали той ночью, десятки телег с припасами были преданы огню.

В ответ хан, впавший в ярость, приказал разрушить город до основания. Говорят, в день приступа, на рассвете, тьма не рассеялась, а, напротив, сгустилась и, словно грозовая туча, нависла над Змеждом и его окрестностями. А затем из неё, будто из густого тумана, к стенам вышел демон.

Огромный и могучий, покрытый чёрной, как ночь, шерстью, он одновременно напоминал медведя и быка. Закрученные в кольца рога и пылающие багряным огнём глаза вселяли ужас в защитников города.

Зловещая дымка клубилась вокруг него так, словно солнечные лучи не смели коснуться богомерзкого тела. Отвратительное, чужое для всего подлунного мира существо медленно ступало на задних лапах, и каждый его шаг сотрясал землю под собой. Когда оно приблизилось к воротам, те выдержали лишь один сокрушительный удар его когтистой лапы.

Змежд пал.

В тот день почти все его жители – женщины, дети, старики – погибли. После недолгих уличных сражений лишь нескольким сотням горожан удалось спастись, но истерзанные, искалеченные тела остальных устилали улицы и площади. Оплакать убитых и совершить над ними обряд было некому.

Долгое время над превращённым в погост городом кружили тучи воронов, пронзительно каркая и предаваясь страшному пиру.

Однако, полностью уничтожить город всё же не удалось. Владыка смилостивился над ним. В тот же день с небес низвергся ливень, длившийся трое суток. Дождевая вода погасила пламя пожара и уберегла от превращения в пепел несколько зданий. Однако от прежней славы торгового центра, стоявшего в месте слиянии двух великих рек, не осталось и следа.

Прошли годы.

Змежд восстал из руин ценой неимоверных усилий своего талантливого посадника. Каменные стены были отстроены вновь – пусть не столь высокими и неприступными, как в былые времена, но всё же способными защитить город.

Он оправился, но память о пережитом бедствии навсегда осталась с его жителями – чёрные, опалённые, покрытые сажей остовы старых стен служили безмолвным напоминанием о постигшей город трагедии.

***

Морозная мгла опустилась на землю. Холодный, порывистый ветер, словно охотничий пёс зайца, гнал по небу тёмные, рваные облака, время от времени заслоняя тусклый лунный диск.

В лагере готовились ко сну.

Илья, подобно навье, носился на лошади из стороны в сторону, расставляя дозоры вдоль дорог и тропинок, ведущих к нему. Дружинники разводили костры и устанавливали серые походные шатры – единственное пристанище, доступное им в эту холодную ночь.

Накинув на плечи плащ, Святослав вышел из шатра. Быстро осмотревшись, он стремительным шагом направился к границе лагеря, в противоположную сторону от разгоравшихся на стоянке огней. Там, на фоне мрачного неба, виднелись очертания стен и башен Змежда.

Юный оруженосец знал, куда идти. Он родился и вырос в этих местах. Если кто и мог проникнуть в город незамеченным – так это он.

Обогнув крепостную стену и укрывшись в тени деревьев, мальчик вышел к широкой, спокойно несущей свои студёные воды Зыти. Он помнил, что в сотне шагов вниз по течению, там, где кладка вплотную подходила к речной глади, есть промыв – небольшой, узкий лаз под каменной защитой города, образованный многолетними весенними разливами.

Туда молодой рында и направился.

Крадучись, он двигался, прижимаясь к шершавым блокам, из которых были возведены укрепления. Иногда сверху доносились голоса – дозорные переговаривались между собой. Тогда мальчик вжимался в стену так