Оковы и плети (СИ) - "StilleWasser"

– Прости, – шепнул он, ласково проводя теплыми пальцами по её побледневшей щеке. – В Хогвартсе везде глаза и уши, нужно было убраться оттуда как можно скорее. Ты в порядке?

– Да, спасибо… сэр, – в руках Драко было тепло и уютно, а от его черного пальто исходил знакомый аромат лимона и имбиря, и Гермиона не спешила отстраняться, наслаждаясь его близостью.

– Обращение «сэр» будет обязательным, когда мы войдем в клуб, – улыбнулся Малфой, также не торопясь выпускать её из объятий. – Кстати об этом. В «Трискелионе» существует свой внутренний этикет общения между Верхними и нижними. И если нарушение одних правил будет просто расценено как невежливость, что неприятно, но не смертельно, то несоблюдение других может привести к серьезному непониманию с другими членами клуба и проблемам с администрацией.

– Я постараюсь хорошо себя вести.

– Не сомневаюсь. Ведь за нарушение части правил я, как твой Верхний, буду вынужден наказать тебя публично. Не думаю, что тебе это понравится, – Драко наконец отстранился и достал из кармана тонкий, шириной в два пальца, черный кожаный ошейник с небольшим колечком спереди. – Это одно из основных правил клуба – нижние, которые принадлежат какому-либо Верхнему, носят его ошейник. Те же, кто пока находится в поиске, ошейника не имеют. Поэтому, если ты не хочешь, чтобы тебя засыпали предложениями разной степени пристойности, лучше не снимай его, пока ты в клубе, а особенно, если тебе доведется пойти туда одной.

Он замолчал и внимательно смотрел на Гермиону, держа в руках ошейник и не предпринимая никаких действий в ожидании реакции. На её лице явственно читалась борьба.

– Хорошо, – наконец вздохнула она. – Если таковы правила клуба, и ошейник является всего лишь символом наших с тобой отношений… почти как обручальное кольцо в браке… то я согласна.

Она опустила воротник пальто, давая ему доступ к своей шее.

– Хорошая девочка, – с едва заметным облегчением выдохнул Малфой, застегивая на ней ошейник. Он до последнего не знал, сможет ли героиня войны, убежденный борец против рабства в магическом мире, принять такой символ своей принадлежности кому-то. Но Грейнджер не зря слыла самой умной ведьмой своего выпуска: она всё правильно поняла и не стала искать двойной смысл там, где его нет.

– А вот этому теперь место здесь, – прокомментировал Драко, перемещая серебряный медальон «Трискелиона» на кольцо в ошейнике. – Он зачарован, и теперь на нем помимо твоего имени и членского номера в клубе стоит мое имя, как твоего…

– Владельца, – спокойно закончила Гермиона, с любопытством ощупывая свой новый аксессуар. – Протеевы чары. Очень предусмотрительно. Что еще мне нужно знать о правилах клуба?

Малфой помедлил, возвращая на место воротник её пальто, чтобы защитить от пронизывающего январского ветра. Стоящая перед ним красивая и умная девушка, одаренная волшебница, только что согласилась публично признать себя его нижней, надев ошейник с его именем и доверив ему свою жизнь и здоровье. А ведь когда-то он чуть было добровольно не принял сторону того, кто жаждал истребить таких, как она, либо превратить в жалких рабов. Нет, Кристоф был прав, уж лучше свободная и независимая ведьма, отдающая себя по доброй воле, чем запуганная и забитая рабыня, ненавидящая своего господина.

– Находясь в клубе, ты должна молчать и не заговаривать с другими Верхними, пока к тебе не обратятся либо не разрешу я, – Драко увлек её за собой вдоль высокого забора, огораживающего здание, у которого они стояли. – Если тебе всё же необходимо будет к кому-то обратиться, а меня не будет рядом, сначала ты должна будешь спросить у этого человека разрешения. Пристально смотреть в глаза другому Верхнему не запрещается, но считается моветоном, поэтому только короткие взгляды. Общаться с чужими нижними можно свободно, но Верхний имеет право в любой момент прервать ваш разговор.

– Будет тяжело, но я буду послушной, – улыбнулась Гермиона.

– Очень на это надеюсь, потому что для Верхних существует ряд своих правил. Одно из которых обязывает меня наказать свою нижнюю в присутствии другого Верхнего или всех желающих членов клуба в случае, если её действия как-либо оскорбят этого Верхнего, и он потребует публичного наказания. Выбор способа и инструментов останется за мной, и я в таких случаях предпочитаю порку, тогда как другие Доминанты могут подвергнуть своих нижних, например, публичному анальному сексу или клизме…

– Клизме?!

– Да. Помнишь медфетиш? Клизма является одним из самых популярных его разновидностей.

– Да уж, на этом фоне порка кажется меньшим из зол, – задумчиво пробормотала Гермиона, и Драко лишь покрепче сжал её руку.

– Другие правила касаются здоровья и безопасности нижних и соблюдения их табу. Они довольно очевидны, так что не буду рассказывать подробно. Главное, что тебе нужно помнить – ты имеешь право отказаться от любой из практик, предложенных мной либо Верхним, с которым вы договорились о разовой сессии, даже если это не входит в список твоих табу. Ты также можешь в любой момент отказаться от самой сессии, даже если вы уже почти начали. Возможно, этот Верхний вдруг вызовет у тебя сомнения в своей адекватности или профессионализме. В этом случае правила клуба на твоей стороне, и тебя никто не сможет принудить.

– Звучит разумно.

– Это основные правила, о которых тебе стоит узнать прямо сейчас, – забор наконец кончился, и Драко остановился на пустыре, раскинувшемся прямо за ним. – Ты еще не передумала вступать в «Трискелион»?

– Для начала я бы хотела все-таки познакомиться с его владельцем, – Гермиона огляделась по сторонам, уже догадываясь, зачем Малфой привел её сюда. – Драко, а Кристоф, он ведь Верхний?

– Да.

– Значит, мне нужно будет дождаться разрешения, чтобы заговорить с ним?

Драко улыбнулся:

– Да, нужно. Если будешь сомневаться, как вести себя в той или иной ситуации в клубе, ты всегда можешь спросить у меня. Так будет правильнее, чем нарываться на недопонимание и наказание, – он ласково провел рукой по её щеке, спустившись к шее, где, скрытый воротом пальто, находился его ошейник. – Ты готова?

– Да, сэр, – помедлив, кивнула она, чувствуя, как от его прикосновения по её коже разбегаются мурашки, а руки слегка подрагивают от нервного возбуждения. Их тематические отношения вот-вот выйдут за рамки спальни Малфоя, и её, прилежную ученицу, на которую магическая Британия возлагает большие надежды (по словам «Ежедневного пророка»), увидят в ошейнике, который однозначно говорит о её нетрадиционных предпочтениях в постели. Такой тематический выход в свет был совсем не похож на милую беседу об её интересах в уютной гостиной Малфоя.

– Гермиона, посмотри на меня, – вдруг скомандовал Драко, и она почувствовала, что в нем включился Доминант. – Мы сейчас войдем туда и, пока ты носишь мой ошейник, тебе не нужно ничего решать самой. Не нужно беспокоиться, какое впечатление ты производишь на кого бы то ни было. Тебе даже не нужно вести светские беседы! Всё это буду делать я. Всё, что требуется от тебя, – соблюдать правила, о которых я тебе рассказал, и слушаться меня. Это обычная практика, когда Верхний подсказывает неопытной нижней, как себя вести и что делать. Отпусти ситуацию. Ты ничего здесь не контролируешь и не должна.

Гермиона с благодарностью взглянула на него, чувствуя, что ей и впрямь стало немного спокойнее.

– А теперь я спрошу еще раз: ты готова?

– Да, сэр, – уже уверенней отозвалась она.

________________________________________________________________

Платье от мадам Малкин https://vk.com/photo-187906046_457241037

========== 10. ==========

– А теперь я спрошу еще раз: ты готова?

– Да, сэр, – уже уверенней отозвалась Гермиона.

– Тогда прочитай и запомни, – Драко протянул ей записку с коротким адресом, написанным его рукой: «767 Southern Bridge Road, London». Гермиона внимательно всмотрелась в адрес, запоминая, и кивнула. Тут же записка в руке Малфоя вспыхнула от невербального Инсендио, а на пустыре из ниоткуда медленно вырос огромный трехэтажный особняк начала века, построенный в стиле модерн, с огромными арочными окнами, балконами в форме цветка лилии и декоративным каменным плющом, оплетающим фронтон.