Игры крови - Андрей Сергеевич Абабков

— Я позабочусь об этом, мессир.

— Также недавно около принцессы появился некий офицер гвардии. Девочка охотно принимает его ухаживания и по слухам уже не девочка. При этом офицерик худородный до нельзя. Мелкий дворянин из провинции непонятно каким чудом оказавшийся в гвардии. Если не возьмет деньги, то он должен исчезнуть, Шарль, но в постели принцессы ему надо найти замену.

— Найдем, мессир. Есть у меня парочка подходящих офицеров на примете. Не из гвардии, но зато родовитые и с боевыми наградами. Романтичным особам такое нравится.

— Хорошо. Тогда у нас остается императрица. Она же в скором будущем вдовствующая императрица. Эта баба могла бы стать нашим самым верным союзником, если бы не была такой властолюбивой дурой.

— Убить?

— Можно. Но ведь сразу станет понятно, что выгоду от этой смерти получили лишь мы. До Виктории эту мысль донесут обязательно, и как девочка отреагирует на убийство матери я предсказать не возьмусь. Так что думай как нам исключить императрицу Анну из политических раскладов, но при этом не убивать ее. Время у нас есть.

— Вино, наркотики, любовник, — Шарль задумался, — Я займусь этим вопросом, мессир.

— Займись. Главное не убивай. И веди себя с ней максимально почтительно. Побольше лести, пониже кланяйся и не забывай ей восторгаться. Бабенка такое любит.

— Я все понял, мессир.

— Хорошо, — кивнул Роз, — Значит мы с тобой окончательно решили поиграть в большую политику Шарль.

— Да, мессир. Но к сожалению, уверенности в победе у нас нет.

— Это как раз нормально Шарль. В политике редко когда бывает иначе. Пока что мы можем быть уверены лишь в том, что через пару дней император отправится на встречу со Всесветлым. Все остальное неопределенно и в наших руках. А потому собирайся. Едешь к министру безопасности и сообщаешь графу Премри, что императора отравил… как там его?

— Карл Снечка, мессир. Если я правильно помню это младший камергер главного императорского дворца. Видел его пару раз.

— Сообщаешь графу Премри об этом Снечке. При этом сразу обрадуй министра нашей позицией относительно принцессы Виктории на троне и наших отрицательных взглядом на регентство. Пусть думает, его решение нам и так известно, но оставим ему видимость выбора. Пусть считает, что он сам выбрал нашу сторону.

— Да, мессир.

— А я поеду, познакомлюсь с нашей будущей императрицей. Надо же заранее рассказать девочке о том, почему регент это плохо.

— Кхм… Об этом мы как-то не подумали, мессир. А что если принцесса Виктория будет против?

— Ха-ха-ха, Шарль, ты серьезно считаешь, что я не смогу убедить шестнадцатилетнюю девочку в том, что регент ей не нужен?

— Юным особам свойственно менять свое мнение, мессир.

— Именно так, Шарль, а потому после принцессы Виктории я поеду к его величеству. Думаю, завещание императора Марка, в котором будет прямо указано, что принцесса должна занять трон напрямую, не оставит Виктории выбора, даже если кто-то убедит ее в обратном. Против последней воли отца принцесса не пойдет.

— И вы можете это сделать, мессир?

— Могу, — кивнул Роз и улыбнулся чему-то своему, — А теперь беги и обрадуй министра безопасности новостью, что он раскрыл заговор против императора.

Одевая свой лучший наряд, архимаг Роз был хмур и сосредоточен, и лишь подойдя к ростовому зеркалу, чтобы убедиться в том, что все идеально, мужчина позволил себе сменить выражение лица на брезгливо-надменное.

— Все забыли про старика Роза. А старик Роз ничего не забыл. Все вспомните почему меня до усрачки боялись короли и императоры.

Глава 6

Глава 6

Дворец Лилий, что был построен, точнее, перестроен специально для принцессы Виктории в год ее рождения никогда не нравился архимагу Розу. Слишком много аляповатых украшений на фасаде, слишком огромные окна, слишком… Все слишком, кроме размера дворца, из-за чего, а еще уже упомянутых огромных окон, каждое нахождение внутри здания создавало впечатление пребывания в маленьком тесном аквариуме. Почему императрица Анна выбрала для своей единственной дочери именно такую архитектуру никто не знал. Наверное, менталисты смогли бы ответить на этот вопрос, но поводов для использования их навыков императрица не давала.

— Ваше высокопревосходительство! Ее императорское высочество никого не принимает! — стоило карете Роза остановится около парадного входа, как к вышедшему из нее мужчине бросился напыщенный лакей.

— Пшел прочь! — применять магию против слуги архимаг не стал.

Пусть Дворец Лилий и выглядит как умилительный кукольный домик, охрана здесь поставлена на совесть. Применение магии будет сочтено нападением и поднимется тревога, а ее пока стоит избегать. Не то чтобы охрана дворца могла что-то противопоставить одному из сильнейших архимагов империи, но и задавить их с легкостью у Роза тоже не выйдет. Артефакты, мур их подери! Вечный фактор нестабильности, дающий возможность даже слабым побеждать сильных.

— Ваше высокопревосходительство! — прямо в дверях дворца путь Розу загородил гвардейский офицер с парой солдат, — Велено никого не пускать.

— И кто отдал такой приказ? — архимаг остановился.

Очень хотелось снести гвардейцу его тупую голову, но сейчас лучше избегать конфликтов. В идеале не стоит даже смотреть на гвардейцев как на дерьмо, ведь консул гвардии обязательно ему это припомнит. Но с этим Роз ничего поделать не мог. Привык за столько столетий и уже не собирался ничего менять.

— Я не уполномочен обсуждать это с вами, ваше высокопревосходительство, — гвардеец бросил на архимага полный превосходства взгляд.

— Не будешь обсуждать со мной, будешь обсуждать с Демуром, — Роз показательно зажег в руке огненный шар.

Еще будучи архимагом Элура Роз, нет не восхищался, это неправильно слово, но очень ценил манеру управления людьми которую исповедовал тогда еще барон Блад. Притворявшийся магом вампир слабо ценил человеческую жизнь и уж тем более не имел никаких авторитетов. О том как лихо он сжигал провинившихся чиновников и дворян ходили легенды. Неугодные магу самоубийцы с легкостью теряли зубы, ломали себе руки и ноги и просто лишались жизни. Потрошителем барона Блада звали столько сколько Роз себя помнил. Став герцогом Касом, а затем и королем Элура, мужчина себе не изменял. Головы патриархов и герцогов слетали при нем так же легко как и головы мелких простолюдинов. Такая манера управления очень импонировала Розу и он сам не заметил как стал ей пользоваться. Сделай как я сказал или умри. Идеально. А