Цитадель - Вячеслав Грацкий

— Аксель, — благодарно прошептала она и на всякий случай повторила, словно повторяла слова молитвы: — Аксель, мой Аксель.

Гигантский меч взметнулся в воздух, и полетели обрубки «волков». Поляну огласили истошные вопли, получеловеческие, полузвериные. От пронзительного визга и воя заложило в ушах. Мерно затрепыхалось пламя костра, и также мерно падали на землю окровавленные куски плоти.

Отрубленная голова одного из «волков» подкатилась к Дине, и глаза ее округлились. Голова неистово щелкала зубами, конвульсивно дергалась, цеплялась языком за траву и мало-помалу продвигалась к Дине.

Девочка оцепенела. Ей привиделось совсем другое, недавнее. Ей привиделся тот мерзкий демон, что пытался добраться до нее под грудой досок. Она даже как будто услышала его. «Девочка… Маленькая, сладенькая девочка… Нежная плоть… Сладкая кровь…»

Кованый сапог Проклятого, раздавивший чересчур ретивый череп «волка», прервал оцепенение Дины. Девочка облегченно вздохнула и тотчас наткнулась на бешеный взгляд Акселя.

— Я же тебе сказал! — рявкнул он. — Не высовывайся!

Дина юркнула под плащ и сжалась в комок, пообещав себе больше никогда-никогда не высовываться. Ибо сильнее всех этих чудищ ее испугал взгляд Проклятого. Увидеть этот взгляд снова… Уж лучше увидеть демона!

Дина больше и не высовывалась, догадываясь о происходящем исключительно на слух. А услышала она еще много чего. Шуршание и шелест крыльев нетопырей, медвежий рев, искаженный наподобие волчьего, странные булькающие и чавкающие звуки, после которых на поляне стало сильно разить болотом…

Она не заметила, как заснула.

Проснувшись рано утром, Дина выскочила из-под плаща, схватилась за котелок и замерла. Она вспомнила.

Сейчас, в лучах рождающегося солнца, пережитый ночью кошмар казался нереальным. В ближайшем кустарнике весело чиликали синицы, деловито выстукивал дятел, размеренно считала чьи-то года кукушка. Просыпающийся лес, казалось, не имел ничего общего с той страшной ночной чащей, так напугавшей девочку. Словно это был другой лес, из другого мира.

Дина оглянулась и увидела крепко спящего Акселя. Он заснул в доспехах, рядом под рукой покоился его чудовищный меч. А вокруг…

Земля вокруг костра была изрыта вдоль и поперек, а поляна за счет срубленных ближайших деревьев заметно увеличилась в размерах.

— Значит, это был не сон?

Дина готовила завтрак, но думала о другом. Пожалуй, никогда раньше ей не приходилось так много и напряженно размышлять. Да и о чем ей было размышлять? Для этого у нее были родители, а потом старший брат. Ей оставалось только делать. Делать то, что обдумали и решили за нее старшие. Но сейчас решение ей предстояло принять самой.

Уйти в деревню или остаться с ним?

Мирная жизнь в деревне или он, чья жизнь зависит от его ручного чудища — меча?

Жизнь, которую в любой момент могут забрать демоны, или жизнь с тем, кто их убивает?

Жизнь никому не нужной приживалы или жизнь с человеком, который уже два раза ее спас и ни разу не обидел за целых два дня?

Сердце Дины уже знало ответ. Но ей хотелось порассуждать. Как взрослые. Подолгу взвешивая все «за» и «против». Однако терпение у нее быстро закончилось, и она махнула на это дело рукой.

Единственное, что ей хотелось знать — что за твари пугали ее ночью. Поэтому, закончив с завтраком, Дина решительно направилась к Проклятому и растормошила его.

— Аксель! — сердито сказала она, едва он открыл глаз. — Почему ты не предупредил меня про этих ужасных существ? Я чуть не умерла от страха!

— Живая? Странно, — буркнул он спросонья. — Одна морока с тобой.

— Аксель, что здесь было ночью?

Вцепившись в котелок с кашей, Дина выразительно посмотрела на Проклятого. Тот привстал, втянул запах, скривился как от зубной боли, но тут его желудок издал голодный рев, и Аксель тяжело вздохнул.

— Неупокоенные души мертвых, — неохотно сказал он. — Те, кто застрял на границе наших миров. Их всегда очень много вокруг. Но обычно они бесплотны и неопасны. Однако рядом со мной они облекаются в плоть. Где бы я ни был, они всегда знают, где меня найти. Они приходят каждую ночь.

— И что им нужно?

— То, что удерживает их здесь. Плотские желания. Для этого им нужно овладеть чужим телом. Моим или того, кто окажется рядом.

— Значица, поэтому люди боятся тебя? Если ты остановишься где-то заночевать, то…

— Я давно не ночую рядом с людьми. Если нет особой необходимости.

— А кто?.. Кто тебя проклял?

Он ответил не сразу. Долго молчал, разжевывая травинку.

— Это долгая история, — наконец сказал он, — и я не хочу ее рассказывать. Дай мне, пожалуйста, котелок. Или ты будешь обниматься с ним до вечера?

Она протянула ему котелок и ложку.

— Не обожгись.

Проклятый набросился на кашу, как будто не ел три дня.

— В следующей деревне, — пообещал он, закончив есть, — тебе придется остаться.

— Угу, — вежливо улыбнулась она.

Дина не собиралась с ним спорить. Как и рассказывать ему о том, что она уже все решила. Всему свое время.

Глава 7

Благодаря усилиям Хагена удалось не только прекратить расширение Земли Демонов, мало-помалу утерянные земли стали возвращать обратно. Крестьяне стали называть Хагена не только кормильцем, но и освободителем…

Открыв глаза, Рикерт разглядел уже знакомые ему трактирные потолочные балки. Вокруг витал такой мощный аромат духов, что Рик невольно чихнул.

— Проснулся?

Повернув голову, Рик наткнулся на огромные черные глаза Айрис. Она сидела на корточках возле постели и, положив под подбородок руки, пялилась на него. А еще она счастливо улыбалась.

— Как я сюда попал?

Его взгляд забегал по комнате, точно рассчитывал увидеть еще кого-то.

— Все хорошо, Рик. Не тревожься.

— Но как мы…

— Ерунда. Пока ты отвлекал собак, я пришла в себя, ну а когда ты вырубился, пришлось и мне немного посражаться.

— Но у тебя не было оружия!

— А твой посох?

Она показала глазами на бурый от засохшей крови посох, стоявший в углу. Рикерт машинально отметил, что надо бы его почистить.

— Теперь я понимаю, почему ты отказался от меча. Это же страшное оружие. Мозги так и летели!

— Ты что, перебила всех собак? — недоверчиво спросил он.

— Ага.

— А люди? Я видел, как от моста уже бежали воины.

— Они не успели. Я быстренько оттащила тебя в рощицу, а потом сюда.

— И они ничего не заметили?

— Ты что, глухой? Я же говорю — быстренько.

— Но тогда мы должны убираться отсюда. Пока не слишком поздно!

Рикерт привстал, встревоженно покосился в окно — солнце стояло в зените. Во дворе вовсю кипела трактирная жизнь. В кузне звенели молоты, из кухни тянулись возбуждающие аппетит запахи, фыркали и цокали копытами лошади, кто-то вяло переругивался неподалеку.