Цитадель - Вячеслав Грацкий

Логан тотчас повернул меч, прикрываясь справа, а предплечье левой руки остановило удар слева. Демон взвыл от боли — лезвие фламберга перерубило одну его конечность, а вторая скрежетнула по стальному наручу, сдирая зубья.

Демон с ревом крутнулся на месте и отшвырнул Логана ударом туловища. Охотник ушел в кувырок, через пару секунд вскочил на ноги и едва успел уйти с дороги несущегося во весь опор демона.

Отскочив к камину, Логан довольно осклабился. Бой, похоже, перешел в финальную стадию. Рычащий от ярости и боли демон уже мало что понимал и замечал. Набирая скорость, он вновь кинулся на Охотника.

За миг до столкновения Логан подпрыгнул и очутился на каминной полке. Демон с разгона врезался в камин и дико зарычал, обжегшись пламенем. Не медля Логан вонзил фламберг в его шею, а затем, удерживая рукоять, прыгнул ему на спину и вцепился второй рукой в край хитинового панциря.

Шея демона скрутилась, и Логан оказался лицом к лицу с Аланом.

Из пасти вырывался дикий вой. Объятые огнем обрубки передних конечностей дергались не переставая, разнося в дребезги камин. Из глаз Алана, носа, рта и ушей текла кровь. Самая обычная, уже без кислоты или яда.

Логан скосил глаза назад. Нависшее над ним жало хвоста почти закончило регенерацию. Еще чуть-чуть и…

— Ну Логан, давай! — вдруг бросил Алан, скривив губы. — Чего же ты ждешь? Или ты до сих пор еще не мужчина?!

Он захохотал.

— Прощай, Алан.

Логан изо всех сил рванул фламберг вверх, и голова Алана разлетелась на куски.

Охотник сделал обратное сальто и мягко опустился на пол. Оставшееся без головы тело закачалось, сделало несколько неуверенных шагов, а затем вывалилось на улицу через один из проломов.

Кенор выбрался из погреба под утро. Когда наверху наконец затихли грохот падающих балок и рушащихся стен и мощный рев, от которого вибрировали стены и сыпалась труха с потолка.

Какое-то время бургомистр сидел под дверью, пытаясь уловить малейший звук, но в конце концов решил положиться на репутацию Логана и повернул в замке ключ.

Занимался рассвет, и первые лучи солнца скользили по руинам дома вместе с взглядом Кенора. Бургомистр еще не знал — радоваться ему или рвать на себе волосы. Ратуша уцелела, что было хорошей новостью. Однако разрушенные участки несущих стен грозили в любой момент новыми обвалами. И это было плохо. Ну а на проломленные во многих местах перекрытия второго этажа Кенор уже внимания не обращал — это были мелочи.

Осторожно ступая, он выбрался из развалин и сразу увидел Логана. Тот стоял над телом лежащего ничком обнаженного мужчины. Одежда Охотника была серой от каменной пыли и разорвана во многих местах. Каких-либо иных повреждений или ран заметно не было.

Кенор поспешил к нему.

— Логан! Ну как? Ты его убил?

Логан молча кивнул на мужчину:

— Этот? Это и есть демон? Ах да, да-да, как же я забыл, они же после смерти возвращаются к своему первоначальному человеческому облику. Так, давай-ка посмотрим…

Бургомистр перевернул тело, да так и застыл с открытым ртом.

— Боже! Это же Алан, мой начальник стражи… Так это он?

Логан бросил на грудь мертвеца перстень, на котором Кенор разглядел изображение змеи, кусающей себя за хвост.

— Когда-то он был хорошим человеком, — тихо сказал Логан. — Кенор, похорони его вместе с этим перстнем. Надеюсь, в следующей жизни он больше не будет кусать себя за хвост.

Логан развернулся и двинулся прочь. Бургомистр посмотрел ему вслед, намереваясь попрощаться, но не смог вымолвить ни слова. Альбинос шагал на восток, и восходящее солнце окутало его светящейся аурой, так что Кенору на миг показалось, что перед ним ангел.

Глава 6

Хаген быстро и решительно навел порядок в Южной Армании. Первым делом он изничтожил большую часть бродячих банд, а затем взялся за демонов. Земля Демонов была оцеплена сетью небольших крепостей, где могли укрыться крестьяне и где всегда находились опытные Охотники. Еще несколько нанятых Хагеном Охотников постоянно бродили по приграничным землям…

— Зачем ты увязалась за мной?

— А зачем они называли тебя Проклятым, Аксель? Никакой ты не Проклятый. Что я, о Проклятом не слышала? Он ненавидит людей, особенно маленьких детей, и еще он страшный, как демон. Наши говорили, что он и есть демон. Только ненормальный. Сумасшедший демон.

— Ты все сказала?

— Ну в общем, да.

— Тогда ответь на мой вопрос.

Вечерело. У лесного костра напротив друг друга сидели Дина и тот, кого она упорно называла Акселем. На имя это он не откликался, но девочку это не смущало. Она знала — любому существу, неважно, щенок он, корова или лошадь, требуется время, чтобы запомнить и привыкнуть к своему имени. Поэтому она старалась называть своего спасителя по имени как можно чаще.

— Но как я могла остаться там, Аксель? Они едва не набросились на тебя с вилами. Разве это хорошо, Аксель?

— Я тебе говорил, что рядом со мной опасно?

— Да, Аксель, говорил, — кивала девочка. — Но в той деревне тоже опасно. Ты же видел, они там словно с цепи сорвались. И с этими людьми ты хотел меня оставить, Аксель?

Была еще одна причина, по которой Дина не желала с ним расстаться. Она хорошо помнила, что именно Аксель уничтожил демонов, напавших на ее родную деревню. Из чего следовало, что безопаснее всего ей будет за спиной этого человека. Но об этой причине Дина благоразумно умолчала.

— Ты глупая девочка. Ты погибнешь в первую же ночь.

— Ничего я не погибну, — уверенно возразила она. — И хватит меня пугать. И вообще, давай-ка поедим, я тут кое-что сварила. Тебе понравится.

Аксель тряхнул головой:

— Ты не понимаешь. Я действительно тот, кого вы называете Проклятым.

— Ты шутишь?

Он пожал плечами, а Дина вдруг остолбенела. Только сейчас в памяти всплыли многочисленные истории, в которых фигурировал Проклятый. И во всех этих рассказах прямо говорилось, что Проклятый одет в черное, что у него нет глаза, а одна рука железная.

«Боже, — подумала Дина, — как же я сразу не вспомнила!»

— Поняла?

Дина не ответила, лихорадочно соображая, что же теперь делать. Выходит, она сама, по собственной воле сунулась в лапы к этому монстру! Да еще сварила ему суп!

— Но… Как же… Что же мне?.. — забормотала она.

Дина никогда не была так растерянна. Исходя из того, что она знала о Проклятом, она должна была немедленно бежать отсюда. Бежать изо всех сил и куда угодно. Лишь бы подальше от него.

Однако ее здравый смысл подсказывал, что бежать в лес ночью — это верный путь угодить в лапы к демонам. Причем, что сделают с ней те демоны, она знала совершенно точно — картины разрушенной деревни всплывали в памяти постоянно. А вот насчет этого парня…