Цитадель - Вячеслав Грацкий

Когда пыль стала оседать, Логан пристально вгляделся в демона. Алан превратился в инсектоида — огромное тяжелое брюхо на шести мохнатых членистых лапах, человеческий торс и мощные клешни вместо рук. Между ними зияла огромная пасть, вооруженная острыми, как иглы, зубами, а выше клешней торс переходил в длинную червеобразную шею, увенчанную головой Алана. Позади в воздухе болтался раздвоенный скорпионий хвост. Все тело демона покрывал мощный хитиновый панцирь, и только спереди, в области рта и шеи плоть была защищена длинной жесткой шерстью.

Впрочем, на Логана все это не произвело особого впечатления. Конечно, достать до человеческой головы демона, качавшейся на гибкой и вертлявой шее, да еще на высоте десяти футов от пола, было весьма затруднительно. Но Логан, не один раз имевший дело с инсектоидами, хорошо знал — ни панцирь, ни шерсть демона не спасут его от хорошего удара фламберга.

— Как я тебе, Логан? — Голова Алана довольно ощерилась. — Правда, красавчик?

— Ты, как всегда, неотразим.

Логан медленно отвел назад меч. Его смущало только одно. Две клешни были слишком скромным прикрытием для мягкой плоти шеи и рта. Очень может быть, что Алан скрывал какой-то козырь. Возможно, вот эти странные хитиновые наросты по обе стороны от пасти?..

— Чего ты ждешь? — спросил Логан, — Скоро светает. А десять или двадцать доспешных кнехтов могут устроить кровавую баню даже тебе. Конечно, с моей помощью.

— Может, ты и прав, Логан, — согласился Алан. — Ты всегда был умненьким мальчиком. Но неужели ты и впрямь будешь сражаться этим жалким ножиком?

Он прыгнул вперед с огромной скоростью, отличавшей инсектоидов. Но опередить Охотника не удалось. Клешня сухо щелкнула, разрезав воздух, и полетела на пол, срубленная точным ударом. Логан тотчас отступил, лавируя между стульями. Попятился и демон.

Логан усмехнулся. Они обменялись ударами, не показав и половины своей настоящей силы и ловкости. Алан, похоже, даже в обличье демона сохранил кое-какие навыки боя.

Несколько минут они стояли друг напротив друга. Алан ждал, пока заново отрастет клешня, а Логан размышлял над возможными сюрпризами.

— Ты сохранил неплохую форму, — заметил альбинос.- Часто упражняешься?

— Два-три Охотника в месяц, — усмехнулся Алан. — Как, по-твоему?

Он сорвался с места и нанес серию ударов клешнями и хвостом, но Логан уклонился, и снес фламбергом обе клешни. И вновь отпрянул, пожалуй, даже с большей скоростью, чем сражался.

Из отрубленных конечностей демона упругими толчками стала выплескиваться кровь. Повалил вонючий дым, зашипело, и дорогой туранийский ковер стал расползаться на куски.

Логан удовлетворенно хмыкнул. Он ожидал чего-то похожего. Яд или кислота, инсектоиды частенько прибегали к таким фокусам. Иной раз даже умышленно подставляясь под удары.

— Неплохо придумано, — заметил Логан. — Но все это уже было. Ты не оригинален, Алан.

Демон глухо зарычал. Он по-прежнему не двигался с места, ожидая, пока закончится регенерация.

— Ты мнишь себя умным и всезнающим, Логан? Не так ли? Ты был таким и раньше. Изнеженный, избалованный, но такой умненький папенькин сыночек! Я помню. Ты ведь всегда презирал меня, Логан? Разве нет?

Логан удивленно вскинул брови.

— Не делай такого невинного лица, меня не обманешь. Кто я был для тебя? Прислуга, лакей, грязь! Я всегда вытаскивал тебя из всех передряг. Я брал на себя вину за твои глупые выходки. А ты… Ты всегда мечтал лишь об одном. Когда-нибудь победить меня, так ведь? И однажды я решил осчастливить тебя, в тот день я поддался тебе, и ты тотчас вознес свой аристократический нос выше неба!

— Это ложь, Алан. И ты знаешь это.

— Это правда!

Демон метнулся вперед. Логан увернулся и Алан врезался в стену. Здание содрогнулось, загрохотали падающие камни, взметнулась пыль. Расчихавшись, Логан отступил подальше и вновь застыл рядом со стеной. Он знал, что происходит. Знал и рассчитывал на это.

Выворачивая кирпичи, Алан вылез из пролома и развернулся.

— Я перестал быть нужным тебе. Тебе и этому напыщенному индюку — твоему отцу!

Демон вновь ринулся в атаку. Логан кувыркнулся в сторону, за его спиной загромыхали камни. Алан с рычанием выбрался из завала.

— Поэтому вы оставили нас. Поэтому вы пожертвовали нами, чтобы спасти свои жалкие никчемные жизни!

Рухнул еще один участок стены, и Логан довольно осклабился. Демон постепенно терял над собой контроль. Каким бы волевым и хитрым он ни был человеком, демон есть демон. И его звериная натура всегда берет вверх.

Очередной рухнувший кусок стены накрыл демона, но он не спешил выбираться наружу. Не шевелился и Логан — уловка была стара, как мир.

Наконец груда камней шевельнулась, и Алан медленно выбрался из завала.

— Ты, Логан, виноват во всем! Ты и твой отец! Это вы обрекли нас на смерть!

— Ты полный идиот, Алан, — решил раззадорить его Логан. — Разве не ты пожертвовал своим отцом, чтобы выжить?

— У меня не было другого выхода!

Мощными ударами хвоста Алан принялся забрасывать Логана стульями, скамьями, столиками. Охотник уворачивался, иногда рубил дерево на части. Расшвыряв всю мебель, демон взревел и бросился в атаку.

С невероятной скоростью защелкали клешни, замельтешил хвост, пытаясь застать Логана врасплох. Но Охотник всякий раз оказывался быстрее. А затем, улучив момент, в воздухе три раза тускло блеснул фламберг, и на пол полетели клешни, а с ними и кончик хвоста.

От чудовищного рева демона содрогнулась ратуша. Логан поспешно отскочил в сторону и, как оказалось, весьма своевременно. Из обрубков хлестнуло столько крови, что пошел пузырями каменный пол.

Рыча и корчась от боли, демон попятился, а Логан пристально глядел ему вслед. Без клешней и хвоста его грудь и шея выглядели соблазнительно беззащитными…

Логан перехватил меч, дождался, когда толчки крови прекратились, и, перепрыгивая кислотные лужи и дырки в полу, ринулся к демону. Тот как будто в страхе попятился, его огромная зубастая пасть грозно залязгала, но, конечно, это не могло напугать Охотника.

Добравшись до чудовища, Логан взмахнул фламбергом, намереваясь раскроить демона от пасти до головы, но…

Странные наросты возле рта неожиданно раскрылись, превратившись в еще одну пару конечностей, напоминающих хитиновые лезвия с острыми зубьями. Они ударили перед собой точно гигантские ножницы.

Логан тотчас повернул меч, прикрываясь справа, а предплечье левой руки остановило удар слева. Демон взвыл от боли — лезвие фламберга перерубило одну его конечность, а вторая скрежетнула по стальному наручу, сдирая зубья.

Демон с ревом крутнулся на месте и отшвырнул Логана ударом туловища. Охотник ушел в кувырок, через пару секунд вскочил на ноги и едва успел уйти с дороги несущегося во весь опор демона.