Книга пяти колец. Том 6 - Константин Александрович Зайцев

кто пошел гораздо дальше и теперь использует этих тварей более тонко. Их разбивают на отряды, каждым из которых управляет погонщик. Обычно это колдун слабосилок или просто оскверненный с сильной волей, которые могут контролировать скверну внутри себя и через это командовать остальными измененными. В такой группе оскверненных обычно не меньше десятка и не больше тридцати особей. Во многом потому что колдун, который сможет контролировать больше тварей скорей всего уже прочно встал на один из демонических путей и теперь идет по нему превращаясь в очередную тварь. Мне сразу же вспомнился жабомордый сумоист бой с которым показал, что пока я еще слишком слаб, чтобы сражаться в высшей лиге.

Песок в моих внутренних часах сыпался все быстрее и быстрее. Именно поэтому я держал максимальный темп, который могли выдержать крысы. Еще немного и мы будем на месте, но вот песок окончился. Похоже сегодня был не наш день. Будь я на месте лидера этих повстанцев я бы меня патрули не реже чем раз в час и теперь возникает самый главный вопрос — как давно сменился патруль и насколько тщательно они подготовились к обороне. Если такая толпа навалится на нас разом, то мы покойники и отряд крыс тут мало чем сможет помочь. Именно поэтому все и хотелось сделать тихо, но похоже не судьба.

Чем ближе мы приближались к развалинам, тем яснее становилось, что о нас уже знают. Жуткие вопли оскверненных, множество горящих костров, постоянные переклички. Коротко выругавшись я приказал остановиться.

— Похоже мы в полном дерьме. Их в несколько раз больше, плюс не известно насколько опасны их лидеры. Давайте решать, что будем делать. Лобовая атака это верная смерть. — Я смотрел в глаза своим друзьям и матери крыс, за плечом которой стоял смотритель.

— Мы должны убить их всех. — Произнесла Лиан, совершенно спокойным тоном. В голосе феникса не было ни капли сомнения. Истинная дочь семьи Хуа. Прекрасная и безжалостная как и горы, в которых она выросла.

— Согласен, — По коротко кивнул, а акула усмехнувшись произнесла:

— Никто с этим не спорит, сейчас важнее понять как мы можем это сделать.

— Мои дети говорят, что там больше сотни бойцов. Вместе с вами нас всего пятнадцать. Разумнее всего было бы отступить, но мы дети великой матери и она завещала нам уничтожать скверну везде где мы ее сможем найти. — В голосе Хэ звучала фанатичная уверенность в своей правоте и это было действительно страшно. Эта красивая женщина была готова идти до конца и ее совершенно не волновала сумеет ли она выжить.

— Кроме самих развалин есть ли другие пути внутрь? — В моей голове возник крайне рискованный план, но если он удастся, то мы сможем победить.

— Есть, но он ведет в нижние залы. А что именно там сейчас, известно лишь Небу. — Я кивнул, понимая, что придется рисковать, но без этого такими силами мы не сможем ничего сделать.

— Тогда предлагаю разделиться. Выдели нам того кто сможет провести к этому входу, и через полчаса атакуйте этих выродков.

— Ты хоть понимаешь, что это самоубийство идти вниз? Может лучше использовать тактику тысячи порезов?

— Боюсь, что у нас просто нет времени, чтобы полноценно ей воспользоваться. Конечно мы можем отступить и призвать помощь, но с большой вероятностью они свернут тут свои операции и кто тогда отомстит за все зло, что они принесли на земли Нефритовой империи?

— Похоже ты сумасшедший, — Произнесла Хэ и тут же шагнула ко мне, чтобы впиться страстным поцелуем в мои губы. От жара ее поцелуя внутри меня разгорелось желание, но она уже отошла с довольной улыбкой. А по связывающим нас узам я почувствовал, что Лиан весело. — Но клянусь матерью я рада, что ты и твоя команда со мной на одной стороне. Дон будет вашим проводником, — Она указала на одного из самых молодых бойцов, который тут же сделал шаг вперед. — Так какой план?

— Думаю, Ян хочет, чтобы вы попробовали вырезать патрули и если это удастся устроили тут хаос, а потом отступили выбивая преследователей. Ваша задача выманить из крепости как можно больше бойцов, а мы займемся теми кто останется внутри. Я правильно говорю, брат?

— Абсолютно. Мы совместим твою тактику тысячи порезов и безумную атаку в самое сердце крепости.

— Тогда чего же мы ждем? Вперед!

Словно призраки мы скользили в предрассветном тумане, молясь Небу, чтобы на нем пути не было патрулей. Дон вел нас по одному ему понятным ориентирам, а мы следовали за ним. Каждый из нашей четверки был собран и готов к бою. Наши узы звенели от напряжения. Мы все понимали, что идем на смертельный риск, но если мы не сможем остановить колдунов сейчас, то они просто уйдут в другое место и продолжат проводить свои бесчеловечные эксперименты.

— Здесь. — Крыса остановил нас рядом с совершенно ничем не примечательным местом. Вокруг было лишь пара крупных камней и группа чахлых кустарников. Сделав несколько манипуляций он легко сдвинул меньший из камней и под ним обнаружилась дверь прямо в земле открывающая нам путь в подземный ход.

— Сколько занимает путь вниз?

— Не больше десяти минут. Этот проход очень узкий, когда вы дойдете до конца коридора, то на уровне глаз будет металлическое кольцо. Стоит его повернуть и откроется дверь. Удачи вам, а мне пора к своим.

Меня удивляли гладкие стены подземного хода и его извилистые повороты, на которых в изобилии рос мох, от которого исходило легкое зеленоватое свечение. Но Мэйлин объяснила, что проход сделала природа вымыв в толще камня слабые породы, а люди лишь немного помогли естественному пути стать куда более удобным. Медленно мы спускались все ниже, а меня не покидало ощущение, что я допустил ошибку. Не смертельную, но очень опасную.

Голоса голодных духов, в моей голове становились все сильнее и сильнее. Они пели мне о врагах, которых надо убить и пожрать их силу. О мерзких оскверненных и жутких слугах царство Дзигоку. Как бы я не старался загнать их обратно в глубины подсознания, но в этот раз у меня ничего не получалось. Гаки чувствовали всю злобу этого места, где множество людей отдали свои жизни.

Парень не обманул и где-то через десять минут мы очутились возле скалы, в которой торчало больше металлическое кольцо.

— Готовы? — Ответом на мой тихий вопрос была волна