Сумасшедшая деревня - Андрей Васильевич Саломатов

нам не надо будет ездить в автобусе. И к нам больше не будут приставать разные рыжие бандиты. А когда у нас станет совсем много денег, мы с тетушкой совершим кругосветное путешествие.

— Это все хорошо, Фуго, — перебил его Алеша. — Но что мы будем делать с этими фруктами? Может, часть отдадим назад?

— Ни в коем случае! — испугался мимикр. — Я понимаю, почему ты так легко можешь расстаться с этими замечательными фруктами. Ты же только набрасывал на меня тряпку, а работал я. Я не позволю разбазаривать результаты моего труда!

— Я вижу, у вас трудности, — вдруг услышали они знакомый голос. — Позвольте вам помочь донести сумки? Вам до автобуса?

Алеша с друзьями обернулись и увидели уже знакомого ботаника.

— Вот спасибо так спасибо! — обрадовался Фуго. — Нам не только к автобусу, но и там, в деревне, от автобуса еще топать с пол километра.

— Меня зовут Артур Игоревич, — подняв одну из сумок, представился коротышка. Алеша с мимикром взялись за ручки второй сумки и последовали за профессором. — Я видел ваше выступление. Оно заинтересовало меня. Скажите, — обратился ботаник к Фуго, — почему в начале выступления вас звали Аристархом Поликарповичем, а в конце — Никанором Захаровичем?

— Да? — растерялся Фуго. Он посмотрел на Алешу, а тот вдруг понес такую чепуху, что у Артура Игоревича глаза полезли на лоб.

— Понимаете, — торопливо начал Алеша, — вообще-то у прадедушки два имени: Аристарх и Никанор. Одно ему дала мама, а другое — папа.

— Тогда почему два отчества? — спросил ботаник. — Отец-то у него был один.

— Нет, — возразил Алеша. — Вначале он носил отчество родного папы, но тот скоропостижно скончался, а мама еще раз вышла замуж, и отчим его усыновил. Вот и называют его по родному отцу Аристархом Поликарповичем, а по отчиму — Никанором Захаровичем.

— Очень странная история, мальчик, — сказал профессор и пристально посмотрел на Фуго. — Я живу здесь совсем рядом. Пойдемте ко мне в гости. Я напою вас чаем с очень вкусным вареньем. Сдается мне, что я тоже могу рассказать историю, которая вас заинтересует. А потом я на машине отвезу вас домой.

— Что же вы раньше не предложили отвезти нас на машине? — расстроился Фуго. — Мы бы и арбуз забрали.

— Простите, Аристарх Поликарпович, не подумал, — извинился профессор ботаники. — А вообще-то арбуз можно купить и сейчас.

— Ну да, — проворчал Фуго. — За деньги-то купить каждый сможет. А вот заработать собственным горбом…

И все же Алеша с Фуго согласились сходить в гости к новому знакомому. И только тетушка Даринда, что-то заподозрив, разволновалась.

Внутри дом Артура Игоревича представлял собой нечто среднее между ботаническим музеем и живописной пещерой. Развешенные по стенам засушенные диковинные плоды и ветви соседствовали с живыми экспонатами, которые росли в банках, кастрюлях, ящиках и бочках. В огромной гостиной можно было вполне заблудиться в рукотворных джунглях, и лишь в некоторых местах здесь попадались островки цивилизованной жизни: то вдруг из-за густого куста покажется книжный шкаф, то напоминающий маковую полянку ярко-красный диван. А посреди комнаты стоял овальный обеденный стол, за который хозяин и усадил своих гостей.

После того как стол был накрыт и все заняли места, Артур Игоревич налил всем чай.

— Ну вот, теперь мы можем поговорить, — начал странный профессор. — Дело в том, что земляне не способны принимать любую форму.

— Откуда вы знаете, вы же ботаник? — забеспокоился Фуго, который почувствовал, что его вот-вот разоблачат.

— Я не только ботаник, — таинственно произнес Артур Игоревич. — Но об этом позже. Вначале признайтесь, Аристарх Поликарпович, он же Никанор Захарович, вы — мимикр?

— Я?! — испуганно вскрикнул Фуго. — Нет! Я Алешин прадедушка из Саратовской области, а это моя прабабушка — тетушка Даринда. — Фуго вскочил со стула и громким шепотом обратился к Алеше: — Пойдем отсюда. Нас, кажется, предали.

— Никто вас не предавал, — добродушно сказал Артур Игоревич. — Просто я знаю только одно разумное существо во Вселенной, которое запросто может изменять свою внешность. Это мимикры.

— Ну что ж, разоблачили так разоблачили, — вернувшись на свое место, спокойно проговорил Фуго. — Да, мы с тетушкой — мимикры.

На глазах у Артура Игоревича вдруг выступили крупные слезы, он протянул к гостям руки и торжественно воскликнул:

— Ну здравствуйте, дорогие соотечественники!

Глава VII

Встреча трех мимикров на планете Земля выглядела очень трогательно. Артур Игоревич долго тискал Фуго и лобызал Даринде руку. При этом он не переставал повторять:

— У меня прямо внутри все перевернулось. Я сразу почувствовал. Сразу понял, что вы не земляне.

— Почему? — выдавил из себя Фуго, пытаясь ослабить удушающие объятия соотечественника.

— У нас, у мимикров, нет скелета, — ответил профессор ботаники. — Поэтому походка не такая твердая, а движения более плавные.

— Я тоже что-то почувствовала, — вставила тетушка.

— А я почувствовал, что вы почувствовали, — переключился на Даринду Артур Игоревич и смахнул слезу умиления.

— Вот видишь, Алеша, — сказал Фуго. — Наши везде пробьются. Я не удивлюсь, если половина жителей Тучкова окажутся мимикрами. А может, даже и пол-Москвы.

— К сожалению, это не так, мой юный друг, — печально проговорил Артур Игоревич. — На Землю нас прилетело трое, но мы расстались лет пятнадцать назад. Один мой товарищ уехал в Америку и сейчас преподает физику в Калифорнийском университете.

— Это где? — спросил Фуго.

— В Калифорнии, — пояснил профессор. — Второй уехал в Индию и стал…

— Президентом? — перебил его Фуго.

— Нет, йогом, — ответил Артур Игоревич. — Его там называют «человеком без костей», и никто не догадывается, что это мимикр и у него действительно нет костей. Его посещают до ста тысяч паломников[17] в год. Приезжают даже из Гренландии. А я вот здесь, на природе, пишу научный труд о наличии разума у высокоорганизованных растений.

— Да ну? — удивился Фуго. — Что, и они тоже могут мыслить? Хотя почему бы и нет? У арбуза вон какая голова.

— Нет, мой юный земляк, — ответил профессор ботаники. — Они, конечно, не мыслят, но чувствуют и, возможно,