Курсант: Назад в СССР 13 - Рафаэль Дамиров

— На то оно и секретное, — подмигнул Гоша.

Я будто попал в добротную зажиточную квартиру, разве что без окон. Ровные стены оклеены дорогими заграничными обоями. Солидная люстра из стекла, а не из пластмассы. Мебель вся тоже ненашенская. Есть буфет, кухонный стол и письменный. Шикарный диван, пара шкафов — и дверь куда-то еще.

— Это душ и туалет, — уловив мой немой вопрос по поводу неизвестной двери, Гоша поспешил ее отворить, с гордостью показывая мозаику на стенах из голубого и белого кафеля, сияющий «трон» со сливным бачком, подобие стационарной душевой кабинки, также выложенной кафелем.

— А неплохо… Сам бы жил.

— Да, это гнездо я для себя любимого делал.

— Знал, что Сухой придет по твою душу? — усмехнулся я.

— Сам знаешь… Работа у меня тревожная, а порой и опасная. То менты, то бандиты нагрянуть могут. А тут Гоша Индия всегда отсидеться может, с силами собраться, поразмыслить. Захотел такое заиметь после того случая, как меня подстрелили. Сафонов, бывший начальник местного УВД, помнишь же эту гниду? Он куда-то, вроде, перевелся потом.

— Конечно, говорят, его на пенсию уже спровадили давно, — я вспомнил, что рассказывал мне Осинкин. — Но это не точно.

— Да мне на него наплевать, а вот на себя нет. Вот после того случая и я задумался. Тело у Гоши не казенное, терпеть ненавижу, когда в нем дырки. Вот и забабахал себе тайное убежище. Комната, правда, единственная, но мне одному много не надо… а машина у меня в соседнем гараже стоит.

— Отличное место, вот только кто знает о нем? Кто его строил?

— Те, кто строил, их нет, — хмыкнул Гоша.

Я уставился на него.

— Убил, что ли?

— Вот ты, вроде, знаешь меня давно, Курсант, а такую чушь иногда говоришь, — беззлобно высказался Гоша. — Я из Узбекистана специально людей привозил, чтобы построили. Местных не брал. Они город-то не запомнили наш, даже название, уж тем более им по фиг на этот «погреб». Я сказал, квартиры у меня нет, а хочется. Вот в гараже и буду жить. Быстро они мне построили. И ты знаешь, мне они показались очень работящими. Не пьют, варят плов и работают. Нам бы, русским, так…

— Когда-нибудь и мы научимся, — улыбнулся я.

— Работать?

— Плов варить.

Снаружи раздался стук. Глухой. Как в подземелье, хотя ведь мы и были в этом самом подземелье…

— Кого там черт принес? — прошипел совсем другим голосом Гоша и, задрав полу пиджака, вытащил из-за пояса пистолет. Это был не привычный ему «ТТ», а немецкий «Вальтер».

— Ты никого не ждешь? — нахмурился я и тоже потянулся за Макарычем.

Глава 8

Стук был не условный. Обычная дробь. Это-то и настораживало.

— Ты куда? — уставился я на Гошу, а он уже карабкался по лестнице наверх. — Сиди…

— Да я открывать не собираюсь, поглядеть надо, — заверил Индия. — Там у меня смотровое окошко есть, замаскированное.

Он тихо, почти бесшумно открыл люк. Густо смазанные солидолом петли даже не пискнули, а резиновые вставки, проклеенные по периметру крышки, гасили все ненужные бряканья.

Я последовал за другом. Мы вышли на наземный уровень, когда стук в ворота настойчиво повторился, а следом раздался молодой и немного гнусавый мужской голос:

— Откройте, милиция!

Вот так номер… Что они здесь забыли? Коллеги? Маловероятно…

Гоша вскарабкался по какой-то сомнительной лесенке под самый потолок. Отодвинул лоскут мешковины, приляпанный небрежно к воротине, и глянул в открывшуюся щелку, что открывала вид прямо на визитеров. Затем снова завесил щелку тряпкой и скоренько спустился.

Наклонился и прошептал мне на ухо:

— Прикинь! Там и вправду менты! В форме, все дела…

— Давай я открою, а ты вниз полезай… Если что, ксива у меня с собой. С коллегами всегда разберемся.

— А может, не открывать все-таки? — наморщил нос Индия.

— Нужно же узнать, что им надо… Почему-то мне кажется, что твое убежище — не совсем безопасное. Если уж сюда милиционеры нагрянули, то скоро и бандиты смогут. Тему пробьем, узнаем, как они вообще этот гараж нашли.

— А вдруг эти менты — не менты, а ряженые?

— Не знаю. Проверю…

— Или они заодно с киллером. Тот, кто прислал Сухого, ментов подкупил, например. А?

— Полезай вниз, а то фантазия у тебя слишком бурная, — зашипел я.

Гоша подчинился. Крышка над его головой беззвучно опустилась, и я сверху на мешковину люка еще поставил для пущей надежности старое облезлое кресло. Теперь точно никаких следов присутствия хода в подземелье.

— Эй! Гражданин! Мы знаем, что вы внутри! — долбился все тот же, с гнусавым голосом. — Мы видели, как вы входили. Открывайте!

Похоже, настоящий милиционер, не поддельный. Я прильнул к щелке между створками ворот. Слишком узкая, чтобы что-то разглядеть, но метрах в пяти от гаража стоял желтый с синими полосами автомобиль, похожий на УАЗик. Точнее не рассмотреть, бока, вроде, его. Ментовская раскраска авто успокоила. Не похожи эти на ряженых. Милицейский УАЗик не так просто достать — по крайней мере, пока.

Я сдвинул засов и открыл дверь, передо мной стоял молодой прыщавый сержант. Поверх кителя портупея с планшеткой, кобура с ПМ-мом. В общем, наряд патрульного. В машине я разглядел его старшего. Лица не видно, но по силуэту — широк в плечах и морде. Вылезать из машины он не захотел, не по чину, видать.

— Сержант милиции Метелкин, — представился постовой. — Это ваш гараж?

— Конечно, — кивнул я, но светить ксивой пока не спешил, нужно узнать, что привело канареечный УАЗик в столь безлюдное место и что им понадобилось от Гошиного гаража.

— Андрюха! — из машины, сверкая майорскими звездами, веселым и могучим колобком вывалился старший участковый Осинкин собственной персоной.

— Ого! Дядя Петя! — оставив сержанта с раскрытым ртом, я двинулся навстречу старому приятелю и коллеге. — Ты что это? Целый майор, а на патрульке раскатываешь? Тебя разжаловали из участковых? Теперь в наряды ходишь?

— Да если бы… — отмахнулся Осинкин. — С удовольствием бы поменял лямку «урядника» на ППС. У нас рейд… Наркоманов, Андрюш, ловим.

— Каких наркоманов? — улыбался я. — Нет же у нас наркомании.

— Это в газетах, новостях и телепередачах