Бессердечный - Сандра Мартон

Плач стал громче.

— Вот черт.

Карим поставил графин на место, покинул кабинет, поднялся по лестнице и направился в ту часть квартиры, где спали Рейчел и малыш.

Дверь в гостиную была закрыта. Он постучал в нее и тихонько позвал:

— Рейчел?

Никакого ответа. Отлично. Похоже, она крепко спит, в то время как он не может глаз сомкнуть, думая о ней.

Он постучал снова и позвал ее громче. Снова никакой реакции.

— Проклятье, — пробормотал он, открыл дверь и вошел в гостиную. Должно быть, Рейчел находится в одной из двух смежных с ней спален.

Шум прекратился, но Карим знал, что это ненадолго. Он должен разбудить Рейчел и велеть ей успокоить ребенка.

Он быстро пересек гостиную. Дверь одной из спален была приоткрыта. Немного помедлив, он толкнул ее. Внутри не было ни детской кроватки, ни других вещей, предназначенных для ребенка. Там стояла большая кровать со смятыми простынями. Она была пуста. Очевидно, это была комната Рейчел. В воздухе витал аромат лимона. Это был чистый свежий запах, так подходящий честной искренней женщине. Такой, как Рейчел. Только честная женщина могла, глядя ему в глаза, признаться, что ненавидела своего любовника. Но разве честная женщина стала бы спать с мужчиной, которого не любила? Карим снова выругался себе под нос. Он здесь только для того, чтобы успокоить плачущего ребенка. Его разбредающиеся мысли указывают на то, что ему необходимо отдохнуть, если он хочет, чтобы завтра, точнее, уже сегодня его мозг нормально функционировал.

Вернувшись в гостиную, он открыл дверь второй спальни, вошел внутрь и увидел кроватку и детские вещи. Лампа в виде карусели наполняла комнату приглушенным светом. «Нужно поблагодарить секретаршу за творческий подход», — подумал он и в следующую секунду заметил Рейчел. Она спала в кресле-качалке, поджав под себя ноги. На руках у нее лежал ребенок. Распущенные волосы струились по ее плечам мерцающим водопадом. На ней была ночная рубашка из белой хлопчатобумажной ткани, такая длинная, что наверняка закроет ей щиколотки, когда она выпрямится.

У Карима сдавило горло. Он видел эту женщину в откровенном наряде. Видел ее в узких джинсах и обнаженную. Всякий раз она была хороша, но сейчас она была так женственна, ранима и прекрасна, что его сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Для него вдруг перестало иметь значение, почему она была с Рами. Он понял, что хочет ее так, как никогда еще не хотел ни одну женщину.

Карим сделал глубокий вдох.

Желать и обладать — две разные вещи. Он не может сделать ее своей. Это только усложнило бы и без того слишком сложную ситуацию. Ему нужно выполнить свой долг перед отцом, народом Алькантара и памятью покойного брата. Его мать думала только о себе, Рами тоже, но он не такой и никогда таким не будет. Он…

— Ба-ба-ба, — пролепетал малыш, глядя на Карима большими голубыми глазами, такими же, как у Рами.

Карим покачал головой и прижал палец к губам:

— Тс-с…

Губы мальчика задрожали. Он издал тихий жалобный звук, словно собирался заплакать. Карим снова покачал головой.

— Не надо, — прошептал он. — Дай Рейчел поспать.

Личико малыша сморщилось. Тогда Карим, не теряя времени, осторожно забрал его у Рейчел и вышел из комнаты.

Что дальше? Что нужно делать с плачущим ребенком?

— Ба! — выкрикнул Итан, задергав ручками и ножками.

Что это означает? Ему нужен переводчик с языка младенцев.

— Как ты смотришь на то, чтобы ненадолго спуститься? — спросил Карим.

Пока он шел по лестнице, ребенок захныкал.

— Я не знаю, чего ты хочешь, — пробормотал Карим.

При мысли о том, что ему придется кормить малыша либо менять ему подгузник, он пришел в отчаяние.

— Наа… Наа… Наа…

— Тс-с, — не подумав, произнес Карим.

Хныканье превратилось в громкий плач. По пухлым щекам малыша покатились слезы. Ища, чем их вытереть, Карим пожалел, что не надел футболку.

— Не плачь, — сказал он мальчику и осторожно провел пальцем по его мокрым щекам.

Вдруг крошечная ладошка обхватила его палец и потянула его в ротик, похожий на розовый бутон. Плач тут же прекратился.

Поняв, что Итан использовал его палец как прорезыватель, Карим улыбнулся, сел на один из диванов в гостиной и положил ноги на стеклянный кофейный столик.

Малыш, чмокая, сосал его палец. Звуки, которые он при этом издавал, указывали на то, что он доволен.

— Вкусно, правда? — спросил Карим с улыбкой.

Итан улыбнулся в ответ. Человек, любящий детей, нашел бы этого малыша славным. Он не любит детей. Впрочем, нет, так нельзя сказать. У него просто нет опыта общения с ними.

Мальчик загукал. Карим улыбнулся ему и зевнул. Итан тоже зевнул. Затем густые темные ресницы начали опускаться.

— Вот и хорошо, малыш, — мягко произнес Карим. — Тебе пора спать. Когда ты заснешь, я отнесу тебя назад к Рейчел.

Глаза Итана закрылись. Карим решил подождать, когда мальчик заснет крепче, чтобы отнести его наверх, но мгновение спустя сам погрузился в сон.

Проснувшись, Карим обнаружил Итана, спящего у него на груди. Почему бы ему не последовать примеру малыша и не поспать еще пару часов? Потом он позвонит своему помощнику и отменит все встречи, запланированные на сегодняшний день. Банкир из Токио и чиновник из Индии могут подождать, пока он не решит вопрос с любовницей Рами. Танцовщицей, стриптизершей, или кто она там.

Но чем бы ни зарабатывала себе на жизнь Рейчел Доннелли, нельзя отрицать, что она хорошая мать. Заботливая. Ответственная. Любящая. Удивительно, что его покойный брат заинтересовался такой женщиной. Рами всегда предпочитал легкомысленных красоток с большой грудью и полным отсутствием интеллекта. Рейчел неглупа. Грудь у нее не очень большая, но красивая.

Сколько раз он приказывал себе перестать думать о подобных вещах? Ему должно быть безразлично, что собой представляет Рейчел Доннелли, потому что это никак не должно повлиять на его отношение к ней и его дальнейшие действия.

Поднявшись, он отнес Итана наверх. Рейчел все еще спала в кресле. Она выглядела такой красивой и невинной. Удивительно, какой обманчивой может быть внешность.

Удивительно, как сильно он желает эту женщину.

Подойдя к кроватке, Карим осторожно положил в нее малыша и укрыл его одеялом. Он сделал несколько шагов к двери, затем вернулся к кроватке, наклонился и погладил Итана по мягким кудряшкам.

— Спи крепко, малыш, — прошептал он, затем, прежде чем смог поддаться безумному желанию и прикоснуться к Рейчел, покинул комнату.

Пройдя в кабинет, он позвонил своему личному помощнику, но не для того, чтобы отменить встречи. Напротив, чтобы запланировать новые. Он слишком долго не занимался делами. Кроме того, работа поможет ему прояснить мысли. Затем он позвонил своему адвокату и в лабораторию и отменил обе встречи, после чего пошел в душ.