Очаровать дракона - Аманда Мило

Это заставляет меня чувствовать жалость к Калосу, потому что он не наслаждается отношениями со своими братьями, как я со своими сестрами.

— Что случилось? — прошептал Калос мне на ухо, прежде чем уткнулся мордой в мою макушку, растирая мой запах по всей своей чешуе.

Вот в чем он признался мне однажды, когда я заметила, что ему, должно быть, нравится чувствовать прикосновение моих волос. «Да, это так», — подтвердил он, но на самом деле он охотится за моим запахом.

Когда я немного озадачилась этой мыслью, то поняла, что являюсь обреченной этого дракона.

— Ничего, — отвечаю я ему. — Просто… мне немного грустно за тебя, что ты не испытал такого рода родственных отношений, которым я так рада. Я бы хотела этого для тебя, если бы могла это сделать, — говорю я ему.

Калос, который вел меня дальше в логово своих родителей, останавливается, и его родители и его любопытный брат смотрят на нас, но они продолжают двигаться дальше в пещеру, позволяя нам немного уединиться. Хвост Калоса обвивается вокруг моих ног.

— Аделла, ты это сделала. Ты подарила мне семь сумасшедших сестер.

— Сумасшедших! — я начинаю задыхаться, но, глядя на его не единственное дерьмовое выражение, я киваю ему примирительно. — Ладно, они все немного психи. Я нормальная.

— Ты исключение, — покорно и преданно соглашается Калос, согревая мой лоб своим горячим дыханием и шершавым языком — поцелуем дракона.

Он вытаскивает мои волосы изо рта и завязывает свободную прядь вокруг своего когтя для сохранности. Это наверняка будет добавлено к его клубку волос позже.

— Готова познакомиться с моей сумасшедшей семьей?

— Мы тебя слышим, — кричит Корфу.

— Готова познакомиться с моим сумасшедшим братом, драконом и моей чудесной дракайной? — громче спрашивает Калос.

— Так-то лучше, — отзывается его мама.

— Подлиза, — тоже отвечает его брат.

— Я ухожу, — устало объявляет его отец. — Или я начну пить медовый мед.

— И как же ты его получишь? — спрашивает Корфу. — Тебе придется продать целое тело драконьей крови, чтобы заполучить хоть один из этих напитков.

— Конечно, мы можем пожертвовать одним из детей. Только один из них оказался спаренным. У нас есть целая куча запасных частей, ради Виверна.

— Ну ладно, — соглашается Корфу. — Принеси мне немного меда, дорогой.

Их игриво-дисфункциональное подшучивание так сильно напоминает мне моих любимых сестер, что я ухмыляюсь и сжимаю лицо Калоса в ладонях.

— Мне не терпится поближе познакомиться с твоей семьей, любовь моя.

У Калоса глаза самого глубокого лугово-зеленого цвета.

— Хорошо.

Он прикусывает губу, выглядя мило и нерешительно, его острые зубы идеально ложатся на сексуальную нижнюю губу.

— И… если моя семья спросит меня, каковы сырые тритоны на вкус, не могла бы ты оказать мне услугу и заткнуть уши?

Я стону в ладони, ужасаясь тому, что все мои подозрения подтвердились.

— Ш-ш-ш, — успокаивает меня Калос, слегка неистово прижимаясь ко мне носом. — Я возместил употребление в пищу этих самцов, одарив бухту оборотнями и троллями! Все счастливы!

Он слегка морщится, и его большие глаза умоляюще смотрят на меня.

— За исключением пары тритонов.

Я вздыхаю и обхватываю руками его морду.

— Тебе повезло, что мои сестры приняли твои мужские дары.

Он выдыхает огромный клуб дыма и начинает глубже прижиматься к моим рукам. Но потом все его тело напрягается.

И со страхом я чувствую, что кто-то… нет, что-то стоит позади меня. Что-то огромное.

— Калос, — шепчу я. — Это кто-то из твоих хороших братьев стоит позади меня?

— У меня нет хороших братьев, — предупреждает Калос угрожающе низким голосом, прежде чем схватить меня когтями и прижать к своей груди.

Я оглядываюсь через плечо, чтобы увидеть еще одного Хохлатого Мерлина, еще более пугающего, чем Калос в его драконьей форме, если это возможно.

Он заполняет весь вход в пещеру, блокируя наш выход. Оборка Калоса начинает дребезжать по краям, хотя она не расширяется в угрозе… пока.

— Привет, — говорит дракон.

А потом он улыбается нам обоим и раскрывает ладони, чтобы показать человеческую женщину, одетую в звериные шкуры и костяные бусы.

— Ты связан с человеком? — удивленно говорит Калос.

— Не говори так потрясенно, — фыркает другой дракон, и из-под его губ вырывается пламя.

Он покровительственно кладет руку между своей женщиной и нами, как будто блокирует неверие Калоса, чтобы не обидеть ее.

— Очевидно, я не единственный, кто прикасался к людям.

— Это моя любимая дрема, Налле. Я — Халки. — говорит он мне.

Он нежно улыбается ей сверху вниз.

— Разве тебе не повезло? У тебя есть еще одна сестра, на которую ты можешь претендовать.

Сестра. Мое сердце подпрыгивает, когда я думаю, что у меня вдруг появилась совершенно новая сестра по браку. И она выглядит достаточно мило. Да, и она никогда не крала мои гребни и не терзала мой солнечный камень. Она мне уже больше всех нравится.

Я высвобождаюсь из цепких объятий Калоса настолько, чтобы помахать Налле рукой.

— Меня зовут Аделла. Я на самом деле русалка.

— Неужели? — восклицает Налле, выглядя изумленной и потрясенной.

И надо же, как приятно, когда кто-то реагирует на это чем-то другим, кроме ужаса. Мне уже очень нравится моя новая невестка.

Но затем ее глаза расширяются, и она резко поворачивается, ее рука летит к драконьей пасти, пытаясь прикрыть ее.

Однако Халки легко говорит, не обращая внимания на ее попытку. Он удивленно восклицает.

— Мы только что съели тритона!

Хвост моей пары хлопает по полу пещеры и обвивается вокруг меня.

Налле втягивает губы, ее взгляд устремляется на меня.

— Нам очень жаль, Аделла. Если бы мы знали, то никогда бы этого не сделали…

— Не говори за меня, женщина, — протестует Халки, глядя на меня по-новому. — Я ни о чем не жалею. Этот рыба-человек был восхитителен!

Я смотрю на него в каменном молчании.

Калос толкает меня носом и громко шепчет.

— Видишь?

Над книгой работали:

Перевод:

Сверка:

Редактор:

Вычитка: Галина

Русификация обложки: Оксана