Очерки об истерии - Фрейд Зигмунд

16 мая. Пациентка хорошо спала, хотя и продолжает жаловаться на боли в области лица, в руках, ногах. У неё прекрасное настроение. Ничего нового гипноз пока не приносит. Проводится фарадическое (с воздействием индуктивного тока) смазывание ноги, потерявшей чувствительность.

Вечер. Я застаю пациентку в большой тревоге. «Как хорошо, что Вы пришли. Я так сильно напугана». Заметны все признаки, испытываемой ею большой тревоги плюс появившееся заикание и тик. Вначале я прошу пациентку рассказать мне о том, что произошло, не вводя её в гипнотический транс. Удивительно живо, с переплетающимися пальцами и вытягивающимися руками она демонстрирует ситуацию, спровоцировавшую её тревогу. Какая-то чудовищных размеров мышь неожиданно пробежала по её руке и тут же мгновенно исчезла, это было на её прогулке по саду, да и, вообще, там постоянно что-то снуёт и шумит (из-за иллюзии передвигающихся теней?). На всех деревьях сидели исключительно только мыши. – Вы что, действительно, не слышите как топает в цирке лошадь? – А рядом с ней стонет какой-то господин, мне кажется, что он мучается из-за болей, сохраняющихся после тяжёлой операции. – Да не нахожусь ли я на острове Рюген, не тут ли стоит у меня печка? – Пациентка явно находится в полном замешательстве от переполняющих её мыслей и от неимоверных усилий, предпринимаемых ею, чтобы прийти в себя. На мои вопросы, касающиеся её реальной жизни в настоящее время, например, находятся ли здесь её дочери, она не может найти ответ.

Спутанность сознания пациентки я пытаюсь устранить в гипнозе.

Гипноз. Чего Вы так сильно испугались? – Она заново повторяет мне историю о мышах, сопровождая свой рассказ переживаниями явного ужаса; а когда она шла по лестнице, там лежал отвратительный зверь, который быстро исчез. Я успокаиваю пациентку, говоря ей, что это была всего-навсего иллюзия и что, вообще, не стоит бояться мышей, такие галлюцинации характерны только для пьяниц (приводя их в неописуемый ужас). Я рассказываю ей историю о епископе Хатто, которую она тоже хорошо знает, пациентка слушает, затаив дыхание. – «Но каким образом Вам в голову пришёл цирк?» – Пациентка говорит, что ясно слышит, как где-то поблизости в конюшне топочут лошади, они могут запутаться в упряжи и получить из-за этого увечья. У неё дома в таких случаях к ним всегда выходил Йоханн, чтобы их распутать. – Я высказываю свои сомнения относительно близости конюшни и стонов соседа. Знает ли она, где находится сейчас? – Она это хорошо знает, хотя минутой раньше почему-то думала, что это остров Рюген. – Каким образом она связала происходящее с островом? – В саду они разговаривали о том, какая там стояла жара, тогда ей и вспомнились чудесные террасы острова, вообще, не дающие никаких теней. – Какие печальные воспоминания, связанные с пребыванием там, продолжают Вас тревожить и сейчас? – Пациентка приводит целую серию относящихся сюда эпизодов. На острове она испытала одни из самых мучительных болей в руках и ногах, несколько раз, находясь на экскурсиях, попадала в такой туман, что даже сбивалась с пути, два раза на неё нападал бык и т. д. – Какова причина Ваших сегодняшних припадков? – Причина припадков? Она целых три часа писала письма, ужасно много писем, из-за этого она долго не могла успокоиться. – Итак, можно считать, что сегодняшний припадок делирия был вызван усталостью, а его содержание определялось такими отголосками воспоминаний как отсутствие теней в саду и т. д. – Я повторяю пациентке всё ценное и нужное для неё; покидаю я её крепко уснувшей.

17 мая. Пациентка великолепно выспалась. В лечебной ванне из отрубей, которую она принимала сегодня, пациентка несколько раз вскрикнула от испуга из-за того, что по ошибке приняла отруби за крохотных червячков. Это я узнал от служительницы; сама пациентка не хотела об этом ничего рассказывать, почти необузданно веселилась, хотя по временам это прерывалось её возгласами «ху», гримасами, говорящими о испытываемом ею ужасе, да и заикание стало проявляться в гораздо большей степени. Пациентка рассказывает о ночном сновидении, где она шла по настоящим живым пиявкам. А в предыдущую ночь ей, вообще, снился какой-то ужас, она должна была украшать огромную толпу мертвецов, затем укладывать их в гроб, но ни разу у неё не появилось желания закрыть крышку гроба (очевидно, это связано с воспоминаниями о муже, см. выше). Немного погодя пациентка рассказывает о разных историях из своей жизни, в которых фигурируют животные. Самая ужасная связана с летучей мышью, которая залетела в её туалетный шкафчик. Когда пациетка её там обнаружила, то в ужасе совершенно голой выбежала из комнаты. Пытаясь вылечить её от этого страха, брат подарил ей прекрасную брошку, сделанную в форме летучей мыши; естественно, легко было предвидеть, что пациентка не сможет её носить.

В гипнозе: страх червячков имеет свои корни ещё в те времена, когда пациентка получила в качестве подарка чудесную подушечку для хранения иголок. Когда следующим утром пациентка решила применить подушечку в дело, из подарка поползли самые настоящие крохотные червячки. По-видимому, использованные для наполнения подушечки отруби не были достаточно хорошо просушены (Не была ли это галлюцинацией? Вполне возможно и так). Я прошу пациентку рассказать о других историях с животными. Как однажды она прогуливалась с мужем по одному из парков Петербурга, а весь путь до пруда был настолько оккупирован жабами, что супругам пришлось повернуть назад. Бывали времена, когда пациентка никому не могла протянуть руку из-за страха, что та превратится в отвратительное животное, как действительно часто и происходило. Я пытаюсь устранить её страх животных особым образом, по отдельности работая с каждым видом животных, спрашивая о том, продолжает ли она их бояться и дальше. Она отвечает то односложным «нет», то: «Я перестала их бояться».

Но изобретённый мною метод не оказался достаточно эффективным; необходимо было более полно прорабатывать все детали.

Я спрашиваю, почему и вчера, и сегодня она так сильно вздрагивает и заикается. Такое у неё наступает всегда, когда она бывает чем-то сильно напугана.

Заикание и прищёлкивание языком не исчезли полностью после нахождения первоначальных травмирующих ситуаций, хотя каждое из них довольно значительно уменьшилось. Объяснение причины незавершённости успеха дала сама больная. Пациентка прибегала к прищёлкиванию языком и заиканию всякий раз, как только сильно чего-то пугалась, так что теперь эти симптомы провоцировались не только условиями, схожими с обстоятельствами первоначальной травмирующей ситуации, но и длинной цепью эпизодов, имеющих отдалённое сходство с травмой, вот это-то я и упустил их виду. Это только один неудачный рабочий эпизод из многих, появляющихся довольно часто, причём каждый раз неудача наносит удар по элегантности и совершенству терапевтических результатов, достигаемых при правильном применении катартического метода.

Чем Вы были столь сильно вчера напуганы? – В саду ей стало совершенно понятно, что на самом деле её угнетает. Прежде всего она была озабочена тем, каким образом она сможет воспрепятствовать тому, чтобы у неё в будущем, когда она завершит лечение, перестали накапливаться тревожащие воспоминания. – Я повторяю три вселяющие в неё уверенность основания, о которых я говорил ей раньше, до гипнотического сеанса:

1                    Теперь она стала гораздо здоровее и выносливее

2                    Она привыкнет до конца выговариваться перед кем-либо из лиц своего ближайшего окружения

3                    Вскоре она научится совершенно безразлично относиться к огромному количеству угнетавших её ранее вещей.

А ещё её угнетает то, что она забыла поблагодарить меня за позднее посещение, что она боится, что из-за нового обострения болезни я потеряю терпение. Её очень сильно взволновало и напугало то, что она увидела в саду: домашний врач спрашивал у какого-то господина, согласится ли он на операцию. И тут же рядом сидела жена, которая должно быть была сильно встревожена тем, не последний ли это вечер несчастного страдальца. После этого сообщения о несчастном у пациентки резко изменяется настроение!

Здесь я впервые обратил внимание на то – и позднее не раз в этом убеждался – что при устранении в гипнозе истеричного делирия все сообщения пациента обратны по времени хронологической цепочке событий, то есть, вначале сообщаются новые, недавние эпизоды, только что полученные и не столь важные впечатления и мысли, а уже под конец появляются самые значимые, самые важные эпизоды, если рассматривать их со стороны побуждающих мотивов.

Вечером пациентка пребывает в радостном настроении, выглядит она полностью удовлетворённой. Никаких новых результатов гипноз не приносит. Много времени я уделяю лечению болей в мышцах, пытаюсь пробудить чувствительность правой ноги, чего очень легко удаётся добиться в гипнозе, но по выходу из него появившаяся было чувствительность вновь частично исчезает. До того как я покидаю пациентку, она успевает высказать своё восхищение тем, что в результате моей работы у неё уже долгое время отсутствуют судороги мышц затылка, ранее появляющиеся  всегда при любой плохой погоде.