Теплый мир - Наталья Свиридова

Вернувшись к своим, он рассказал всем, что за четверть оборота тени до заката, Чужие будут ждать их на Большой Поляне, чтобы что-то рассказать. Все молча выслушали и разошлись. Каждый что-то бубнил себе под нос, но кричать и возмущаться как утром, никто не стал.

Рокот сидел на свежесрубленном пеньке, наблюдая за заканчивающимися работами у Храма, когда к нему подошел Стел.

— Кхм-кхм… Прости… — начал Стел.

— Да? — лицо Рокота было на удивление дружелюбным.

— Скажи, зачем ты так нагружаешь Рани? Девушка и так выбивается из последних сил, все же она девушка.

— Ты про сестренку свою? Так я ее предупреждал, когда она с нами увязалась, что ей тут будет несладко? Она ж, небось, из капризов своих девичьих побежала? Или за парнем каким статным? А? — Рокот явно был в дружелюбном настроении и расположен поболтать.

— Не от хорошей жизни она поехала с нами. Да и выбора у нее особенного не было! — видно было, как лицо Стела погрубело, скулы напряглись.

— Знаешь, милый друг, мне абсолютно неважно, зачем уж эта девица поехала с нами. Не место ей здесь. Хотя, может, и не девица она вовсе, а? — он засмеялся, довольный своей шутке.

Стел понял его правильно: Рокот намекал на грубоватую внешность и норов Рани.

— Рокот!

— Ты тут мне голос не повышай, — все еще улыбаясь, предупредил он. — Мрачная она у тебя. Мои солдаты ее недолюбливают, побаиваются. Еще она грубая и злая. Не знаю, какая от нее может польза — мне так только одни убытки. Кстати, да. Тебе через пару часов придется побеседовать с этими дикарями. Так что можешь морально готовиться! Удачи!

Всем своим видом Рокот показал, что разговор окончен. Стел, ушел. На сердце у него осталось тяжелое чувство недосказанности. Рани на самом деле не была ему родной сестрой. За несколько дней до отъезда, он увидел очень грустную, да и к тому же пьяную девушку, которая собиралась спрыгнуть с моста. Он остановил ее, они долго и упорно говорили. К концу разговора девушка почти протрезвела. Сейчас, он даже не вспомнил бы, что именно она тогда ему наговорила. Но смысл был один: Рани считала себя абсолютно ненужной в Теплом мире. Не так давно в ее жизни произошло что-то, из-за чего она лишилась всех близких людей. Хотя, Стел так и не понял, были ли они у нее когда-то. Ее грубый, замкнутый, упрямый нрав, затаенная сила, сквозившая в больших грустных глазах, резкая, почти мужицкая речь, привычка постоянно курить табак — все говорило о сложности и необычности этой девушки. В чем-то она была виновата сама. А что-то стало следствием жизни в городах, где большинству людей было все равно, что происходит вокруг. Из всех, проходивших мимо Рани, почему-то остановился только Стел. И он решил позвать ее с собой. Она поехала, сказав, что здесь ей терять нечего. Первое время Стел присматривал за ней, боясь, что она все же решит закончить начатое. Но Рани вела себя хорошо. Разве что замыкалась с каждым днем все глубже и глубже. Особенно после пожара, что они учинили в первой деревне. Тогда Рани обронила фразу, что ей очень надоело убивать. Из этого Стел сделал для себя ужасающий и печальный вывод, что прошлое девушки еще темнее, чем ему казалось вначале. Тем не менее, ему очень хотелось ей помочь. И то, что Рокот сознательно над ней издевается, явно противоречило этому его устремлению.

Рокот же тем временем думал совсем о другом. Он считал, что жители этой Деревни слишком уж сильно верят в своего Стрелка, который к тому же оказался не так глуп, как Отцы прошлых деревень. Почему-то он не кинулся сразу на него с кулаками, прогоняя. Ему казалось, что здесь не будет все так просто, как раньше. Если только… но опять же, тогда Деревня возненавидит Рокота и будет для него просто напросто потеряна. В этот момент ему почему-то пришла в голову мысль о Рани. Он улыбнулся.

Вечерело. На Большой Поляне собрались почти все. Они ждали. Ждали, что хотят им сказать Чужие. Терпение было на пределе. Все понимали, что долго это продолжаться не может.

Стел начал свою речь с того, что когда-то все жители Теплого мира вышли из Леса. По рядам его слушателей прокатилось волна довольного гула. Конечно, эту балладу Дождь пел им каждые праздники. Они ее знали и любили. Далее события разворачивались не так, как бы им хотелось. Стел рассказывал:

— Когда первые выходцы из Леса пришли в Степи, им было трудно. Очень трудно. Там жизнь была совсем другой. Но они очень хотели выжить. И выжили. На помощь им приходила магия. Там не было Леса, который бы давал им все, как раньше. И им пришлось учиться самим. Постепенно, они начали познавать этот мир, его суть, его природу. Кто-то проникся духом Степей и остался там. Остальные же построили Города к востоку от Леса. С тех пор прошло много-много лет. Сколько точно, сейчас никто уже и не сосчитает. Люди шагнули далеко вперед по сравнению с теми, кто остался в Лесах. Их они стали называть Маленьким Народом. Прошло время, и люди решили отдать дань тем, кто их породил, точнее, их потомкам, оставшимся в Лесу. Да и самому Лесу.

— Да, спалив тут все дотла! А что не спалили, то порубить решили! — донесся чей-то выкрик.

— Ну, почему же, — немного растерялся Стел. — Думаю, здесь было всего лишь совпадение. Я про пожар.

— Про Лесной Пожар, — спокойно поправила Горлица, вложив в эти слова весь тот страх, трепет и почитание, которые Маленький Народ испытывал к этому страшному извечному врагу.

— Хорошо, — видимо, Стел не понял, в чем его поправили, и продолжил.

Он рассказал про науки, про то, как они строят дома, как учат детей, как лечат больных. Рассказывал про мир и про магию, про изобретения и книги. Эти чужие даже умели записывать слова! Многие слушали его с удовольствием, кто-то недоверчиво шептался с соседом, но всем без исключения было интересно.

— Вы пришли, чтобы нас учить? — спросил Дождь со смешанным чувством любопытства и страха.

— Конечно! — запальчиво ответил Стел.

Белянка заметила, как по лицам некоторых Чужих проскользнула странная улыбка. Нет, не только за этим они пришли. Девушка с коротко стриженными черными волосам сплюнула на землю и что-то пробормотала. Белка на нее пристально посмотрела и не почувствовала ничего. Странно, обычно хотя бы настроение ей угадать получалось. А эта была совсем закрыта. Ей не понравилась эта девушка. Просто не понравилась. Без каких бы то ни было причин.

Стел тем временем продолжал свою запальчивую речь. В толпе началось какое-то волнение, и Белянка прислушалась:

— Мы не можем позволить Хранителям Леса, Маленькому Народу, уходить в Вечные Сумерки! Мы должны рассказать им Истину, показать Единого Бога. Тем, кто ему верен, он дарует вечную жизнь и свободу от пут Теплого мира, остальные же становятся пленниками Предрассветного Часа. Мы…