Сладкий дикий рай - Хизер Грэм

У бедняжки все поплыло перед глазами. Взгляд помутился. Она ни минуты не сомневалась, что и Джейми, и Роберт давно бросили ее здесь одну на растерзание. Вон как они пожирают ее глазами: и мужчина, и обе блондинки, и та, что с темными волосами.

— Джейми! Роберт! Как чудесно снова видеть вас вдвоем! Генри, да что с тобой такое? Ленор, Элизабет? — С радостной улыбкой темноволосая женщина подошла к гостям и горячо обняла Джейми, а Роберта чмокнула в щеку. — А кто эта юная леди? — вежливо осведомилась она.

— Джейн, это Джасмин Дюпре.

— Дюпре! Это короткое слово подействовало на присутствующих как выстрел. Джейн обернулась и сердито промолвила:

— Ленор, куда подевались твои манеры? Мисс Дюпре, не стесняйтесь, будьте как дома. Не желаете выпить вина? Или вы предпочитаете эль?

Ничего она не предпочитала. Она остолбенела, лишилась дара речи и еще сильнее возненавидела Джейми Камерона.

Генри Сомерфилд приблизился к ним. Приподнял лицо Джесси за подбородок и принялся внимательно разглядывать его в свете канделябра. На сей раз девушке удалось сбросить оцепенение. Она отшатнулась и оттолкнула его руку.

— Как вы смеете!

— Как прикажешь это понимать? — сердито осведомился Генри у Джейми, повернувшись к гостье спиной. — Я требую объяснений.

— Спокойнее, Генри, — мягко предупредил Джейми. — Ты ведь знаешь, я не люблю, когда от меня чего-то требуют. А вот если ты потрудишься пригласить меня в кабинет, возможно, мы все обсудим.

— С какой стати вам прятаться в кабинете? — спросила Джейн Сомерфилд. — Джасмин знает, кто она такая, и мы тоже. Почему не поговорить об этом откровенно?

— Она незаконнорожденная! — прошипела одна из блондинок.

— Ленор, я этого не потерплю! — одернула ее Джейн.

— Ты мне не мать…

— Но я герцогиня, супруга твоего брата, и я хозяйка в этом доме. Ты обязана меня слушаться.

— Генри…

— Ты должна слушаться Джейн! — рявкнул Генри. Он все еще не сводил глаз с Джейми, но тот и не подумал смутиться. Наконец герцог кисло улыбнулся: — И где же ты раскопал эту маленькую, алчную до чужих денег потаскуху? Или это один из твоих миленьких розыгрышей, Джейми? Что здесь происходит?

— Я наткнулся на нее не далее как прошлым вечером. Она ведь и правда тебе сестра, Генри? Как я смог догадаться? Ну, сначала я заметил кольцо твоего отца, но теперь, увидев вас рядом, больше не сомневаюсь, что вы родственники. И ей не нужны деньги, Генри. Она просто покинутое всеми дитя.

— Я не дитя…

— Молчи, Джесси, и не вмешивайся. Я обнаружил ее при чрезвычайно плачевных обстоятельствах…

— Вы сами — плачевное обстоятельство!

— Молчи, Джесси. Генри, твой отец признал ее. И у нее больше нет матери. Не осталось никого, кто должен расплачиваться за грехи, кроме этой девочки…

— Этой… незаконнорожденной! — снова с ненавистью прошипела та блондинка, что повыше.

— Ленор! — На сей раз окрик Джейн был довольно резким.

— Ленор, пожалуйста!.. — подхватил Роберт.

— Черт побери! — взорвалась Джесси. — Может, хватит болтать обо мне так, словно меня здесь нет? Ленор, я впервые вижу такие ужасные манеры!

— Несчастная проныра, не надейся, я не уступлю тебе и ломаного гроша из своей доли наследства!

— А мне от вас ничего и не надо! — выкрикнула Джесси.

— Зато я поделюсь с великой радостью, — неожиданно заявила вторая блондинка — поменьше. Она подошла и несмело погладила Джесси по руке, раскрасневшись от смущения. — Хотя, конечно, мое наследство небольшое — ведь самая младшая. Но я рада видеть вас, мы давно знали эту тайну. Бедная мама не могла спокойно слышать о вашем существование, но тем не менее я уверена , что папа очень вас любил и рада, что вы пришли.

Эта удивительная доброта оказалась Джесси не по силам. Она приготовилась вытерпеть град оскорблений, приготовилась, что ее сейчас вытолкают в шею с ненавистью и презрением.

Глаза ее моментально заволокли слезы. Джесси отчаянно заморгала, не желая давать им волю.

— Спасибо, — сдавленно прошептала она. Постепенно овладела собой и решительно повернулась к двери. — Мне вообще не следовало сюда являться. — При этом она наградила Джейми ядовитым взглядом. — Да вот лорд Камерон настоял.

Генри ошалело уставился на Джейми, который лукаво рассмеялся;

— Ну не тащить же мне ее к себе домой!

— По-моему, я приказала подать вино, — вмешалась Джейн. — Может, хватит горланить на пороге, как простолюдины? Ох, извините. Я не хотела… впрочем, не важно. Лайдон, будь добр, налей мне вина. Ну, девочки? Генри, Роберт? Джейми, а ты не желаешь выпить?

— Я бы выпил шотландского виски — ровно на пять пальцев, пожалуйста, — заявил Генри. Он по-прежнему разглядывал Джесси. Девушка неохотно прошла следом за остальными в гостиную, но не садилась: ее так и подмывало пуститься наутек, и приходилось держать себя в руках. Ни за что в Жизни она не предоставит такого развлечения своему надутому братцу Генри и расфуфыренной сестрице Ленор.

— Она может занять мою старую девичью комнату, — предложила Элизабет.

— Займет, никуда не денется. Черт побери, Джейми, я не могу впустить в дом незаконнорожденную и признать ее открыто! Конечно, я прослежу, чтобы она была накормлена и умыта… Гмэ

— О, она и так достаточно чиста, — многозначительно перебил Джейми.

У Джесси чесались руки влепить ему пощечину. Всего одну, но так, чтобы пришлась как раз на эту гадкую загорелую щеку.

— Но ты не можешь выкинуть ее на улицу, Генри, — мягко укорила Джейн. — Вы с ней одной крови.

— От которой она с радостью бы отказалась, — холодно вставила Джесси.

Генри удивленно взглянул на нее и разразился хохотом;

— А она явно многое переняла от отца, верно?

— Совершенно верно, — процедила Джесси. — Вы только взгляните, какие у нее отличные зубы и звонкие копыта!

— И правда, мы обсуждаем ее, как лошадь, — сказала Элизабет.

— Лайдон, будь добр, налей нам вина, — напомнила Джейн.

— Приданого она не получит. Это недопустимо. Но я позволю ей занять девичью комнату Элизабет, если она согласится помогать по хозяйству. А когда в доме не будет посторонних, пусть обедает вместе с нами.

И они продолжили обсуждение — так, как будто Джесси рядом не было. Ей хотелось кричать от возмущения и плакать от унижения, но больше всего девушке хотелось убраться как можно дальше. Тем более что Роберт Максвелл сидел среди них и откровенно развлекался — Правда, он пытался подбодрить Джесси ласковой улыбкой, однако при одной мысли о том, что он сейчас слышит, у бедняжки падало сердце. Ведь он по-прежнему воплощал мечты, взлелеянные в самом потаенном уголке ее души.