Если жизнь мне крылья перебьет... - Виктория Песоцкая

Прошло больше полугода пьянящих, ярких, насыщенных до предела чувств. Но если честно... если совсем честно... Только одно тяготило Марию с каждым разом все сильнее и сильнее. Ей, как, впрочем, и любой другой влюбленной женщине, хотелось быть единственной для любимого человека. В какой-то момент она вдруг стала изводить себя мыслями о невозможности их совместной жизни. Маша, как прагматичный человек, пыталась все обстоятельно раскладывать по полочкам, совершенно искренне убеждая себя в том, что они с Павлом не могут быть вместе: ему нужна покладистая, хозяйственная жена, способная терпимо относиться к его стилю жизни и работе. Но чем сильнее Мария думала об этом, тем больше находила в себе эти черты, совершенно неведомые ей доселе. Она практически убедила себя в том, что сможет дать Павлу все, что тот пожелает. Она сможет полностью изменить свой скверный характер, она будет очень стараться, ведь ради любимого мужчины женщина готова пойти на многое, наступив даже на горло собственной песне. Мария, конечно же, не могла сказать Павлу о своих мыслях, втайне надеясь, что в конце концов тот все поймет и решится на разрыв с женой. Но время летело, а ее любимый мужчина не спешил что-либо менять в своей жизни. И тогда Мария стала ждать и безумно бояться того дня, когда их отношения сойдут на нет или еще хуже того – Павел первый разлюбит ее и бросит. Она не сомневалась, что именно так все и произойдет. По ночам Мария изводила себя, рисуя в воспаленном воображении картины, одна страшнее другой. Ей регулярно стал сниться их неминуемый разрыв. Машу не покидало ощущение, будто бы она обладает не своим, а каким-то чужим, ворованным счастьем, за которое рано или поздно придется заплатить – сполна, и, возможно, с большими процентами. Но решиться откровенно поговорить с Павлом или резко попытаться изменить что-либо в их отношениях у Марии не хватало духу. Каждый новый день она продолжала отщипывать от ворованного куска частичку счастья, молясь о том, чтобы такое состояние продлилось как можно дольше.

– Маша, нам наконец-то удастся вырваться на недельку в Польшу!

– У тебя получилось все уладить? – Мария, забыв о приличиях, радостно бросилась Павлу на шею.

– Да, надеюсь, ты сможешь утрясти все на работе?

– Конечно, только... – Она на секунду запнулась. – Только как мне сообщить своим, куда я исчезну?

По лицу Павла пробежала тень.

– Может, наговорить что-нибудь о командировке?

– Ай, ладно, я обязательно выкручусь, главное – мы целую неделю будем вместе, да?

– Ты представить себе не можешь, как сильно я этого хочу, – хрипло проговорил Павел, с нежностью глядя на нее. – Только нам придется поехать с Егором и Асей, ты же знаешь... ну, понимаешь...

– Конечно, – слегка разочарованно произнесла Мария. – Но я надеюсь, у нас будут раздельные номера?

– Малыш, мы можем поселиться даже в разных отелях, главное – вместе выехать, прости, а?

Маша постепенно стала привыкать к постоянному присутствию Саши в своей жизни. Ее бойфренд не был навязчив, но всегда оказывался под рукой в нужном месте и в нужное время. Он безотказно сопровождал ее на всевозможные студенческие вечеринки и прочие выходы в свет. При всем при этом Саша, в отличие от многих других ребят ее знакомых подруг, никогда не ограничивал Марию в свободе, бесконечно доверяя девушке и не докучая глупой ревностью. За ней, конечно, пытались ухаживать и другие парни, но все они после пары встреч начинали диктовать свои условия или бесцеремонно тащили в постель, почему-то считая безусловной нормой переспать с девушкой на втором-третьем свидании. Мажорные столичные ребята не особо утруждали себя искусным процессом ухаживания, справедливо рассуждая, что на их длинный век девушек хватит. Таких мальчиков-мажоров Мария посылала куда подальше и возвращалась к стабильному Саше. Как само собой разумеющееся, ее первый сексуальный опыт случился именно с ним. У парня хватило ума и терпения не форсировать события и вначале приручить девушку к себе. Тот факт, что Мария оказалась девственницей, только еще больше добавил ей очков. После первой близости Саша стал буквально носить ее на руках, настойчиво уговаривая стать его женой. А Маша вдруг словно открыла для себя новую планету – планету секса. Она и представить себе раньше не могла, насколько это может быть приятным и увлекательным занятием. Ее молодое тело просто кипело от страсти, требуя от партнера все новых и новых ласк. Расставшись с девственностью достаточно поздно даже по тем меркам – в восемнадцать с лишним лет, она спешила наверстать упущенное, при этом, как и раньше, вовсе не помышляла о раннем замужестве, даже побаивалась его: на ее глазах несколько однокурсниц рано выскочили замуж и мигом превратились в этаких куриц-наседок с озабоченными, гордыми лицами и с большими животами. Почему-то именно эта непонятная гордость делала их лица несколько глуповатыми, и Марию просто выворачивало наизнанку от такого вот добровольного «бабства». Девушка очень боялась превратиться после замужества в подобную «тетку» без возраста.

Как-то, сидя на паре по русской литературе, Мария почувствовала легкое головокружение. «Наверное, нужно побольше спать, мне явно недостаточно четырех часов в сутки», – подумалось ей. После того как она переехала от Екатерины Адамовны на другую квартиру, к тихой старушке, образ жизни Маши качественно изменился. Ее хозяйке было совершенно все равно, с кем и когда приходила девушка в свою комнату, главное – чтобы в квартире соблюдалась чистота и вовремя была квартплата. Эти условия полностью устраивали Машу. Своим родителям она придумала историю о болезни ее бывшей хозяйки и, чтобы предки окончательно успокоились, пригласила их в гости на новое жилище. Увидев аккуратную комнату и тихую скромную старушку, родители угомонились и перестали приставать к дочери с разговорами о нравственности. На самом же деле дверь в Машину квартиру была открыта круглосуточно. Здесь до глубокой ночи обсуждались под чаек все проблемы, начиная от великой перестройки и заканчивая сексуальной революцией. В эту комнату приходили толпы старшекурсников, молодых журналистов и студенты других вузов, иногда разговор продолжался всю ночь. И конечно же, частым гостем у девушки был Саша. После первого сексуального опыта Мария стала какой-то одержимой и готова была заниматься любовью круглые сутки.

– Машка, что с тобой? – Соседка слева смотрела на нее округлив глаза.

– Что?

– Ты такая белая, прям как мел! Заболела, что ли?

– Да нет, просто немного кружится голова. – Сказав это, Маша почувствовала приступ тошноты и, закрыв рот рукой, пулей вылетела из аудитории.