Если жизнь мне крылья перебьет... - Виктория Песоцкая

– Ой, слушай! Я, по-моему, опять опаздываю. – Спохватившись, Мария посмотрела на часы.

– Извини, это моя вина, у тебя могут быть проблемы?

– Надеюсь, смогу избежать. – Она порывисто встала из-за стола. – Знаешь, с тобой очень легко общаться, просто забываешь обо всем на свете.

Павел ласково улыбнулся, пропуская Машу к выходу.

– Ты тоже идеальная собеседница, а сейчас давай поторопимся!

Остановившись возле работы, Павел на минуту задержал руку Марии.

– Мы сможем сегодня пообедать? – Она, вздохнув, красноречиво посмотрела на часы. – Ну хорошо, хорошо, – опередил ее Павел, подкрепляя свои слова примиряющими жестами. – Но хотя бы на ужин я могу рассчитывать? – по-детски заискивающе произнес он. Маша, не сумев сдержать счастливой улыбки, тихонько щелкнула Павла по носу.

– Созвонимся, ладно?

– Хорошо, удачи! – Нежно коснувшись губами щеки Марии, он предупредительно помог ей выйти из машины.

На работе она продолжала думать о своем новом знакомом, честно пытаясь беспристрастно анализировать происходящее. Молодая женщина не могла понять, что так сильно притягивает ее к Павлу. Перебирая в памяти отрывки их разговора, она пробовала провести некие параллели со своими прошлыми отношениями, но отчего-то заходила в тупик. Оставив эту затею, Мария переключилась на работу, борясь с желанием набрать телефон Павла.

– Здравствуйте, а я могу услышать Александра? – вежливо произнесла Маша, стоя в будке таксофона.

– Здравствуйте, Мария, я так рад, что вы позвонили! Как у вас сегодня со временем? Может, увидимся?

– Если только во второй половине дня, ближе к вечеру.

– Отлично, куда бы вы хотели пойти?

– Честно говоря, я не знаю. – Мария немного стушевалась.

– Ну, тогда давайте у памятника Пушкину в восемь, а там решим, договорились?

– Договорились. – Повесив трубку, Мария еще какое-то время простояла у аппарата, осмысливая недавний разговор. Еще не отдавая себе отчета, она тем не менее вдруг совершенно ясно поняла, что встреча с этим человеком не станет для нее случайной. Интуиция редко ее подводила, и в этот раз она сработала безошибочно четко.

Погуляв какое-то время по старым аллеям, пара присела в летнем кафе.

– Маша, ты прости меня за излишнюю откровенность, но у меня относительно тебя очень серьезные намерения. – Саша смотрел ей прямо в глаза.

– Извини. – Мария запнулась. – Прости, но что ты имеешь в виду? – стараясь придать своему лицу максимальную невинность, спросила она.

– Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

– Женой?! – Несколько минут Маша молчала, собираясь с мыслями. Она, конечно, была готова услышать признание, но не могла предположить такого поворота событий. Кроме того, она не могла понять, что с ней происходит: то ли она радуется этому внезапному предложению, то ли, наоборот, ее коробят и раздражают благие намерения Александра. – Но, Саша, понимаешь, я совсем не хочу замуж, – мягко начала она. – Мне еще долго учиться, искать работу, я хочу сделать карьеру и, в конце концов, я очень люблю свободу...

– Подожди! – Он перебил Машу. – Подожди, почему ты решила, что после замужества не сможешь учиться, работать? И потом, разве я похож на тирана, который запрет тебя дома и не будет никуда выпускать?

– Да пойми ты, это выглядит нелепо и смешно: мы знакомы совсем немного, а ты уже предлагаешь мне замужество! – Маша с жадностью отпила сока.

– Согласен, может, со стороны и смешно, просто я хотел, чтобы ты с самого начала все знала, – серьезно ответил Александр.

– Спасибо, что предупредил! – Она задорно рассмеялась и принялась с усердием поедать успевшее изрядно подтаять мороженое.

Кто может определить точный момент, когда нас вдруг охватывает волшебное чувство эйфории?! Мы просто физически, каждую минуту, каждую секунду желаем видеть любимого человека, чем бы мы ни занимались в данный момент: будь то работа, чтение книги, тренировка в тренажерном зале, деловой разговор. Мы всегда стараемся провести некие, иногда совсем не существующие, параллели между образом любимого и своими действиями, мы хотим знать его мнение относительно любого совершаемого нами поступка. Мы по тысяче раз на день прокручиваем у себя в голове его светлый лик, не ленясь скрупулезно припоминать все новые и новые подробности его внешности и оттенка голоса, придавая даже самым незначительным фразам особое значение. И, что удивительно, при этом мы все успеваем делать – за спиной вырастают крылья. Удивительные крылья любви, способные поднять нас над миром и заставить поверить в то, что все вокруг создано только для вас двоих! Реальность просто уходит из-под ног, и к нам намертво прирастают розовые очки, сквозь которые почему-то совсем не видно, что на самом деле творится в этом грешном мире: глупое становится трогательным, пошлое – романтичным. Блестящие глаза, сумасшедшая энергия, блуждающая мечтательная улыбка – влюбленного человека так легко выделить из толпы.

С Марией произошли разительные перемены – с ее лица полностью исчезла угрюмая тоска, она перестала замечать злобных сослуживцев, реагировать на их колкие замечания и ядовитый шепот за спиной. Счастливая улыбка не переставала сопровождать ее повсюду, иногда появляясь совсем не к месту: во время деловых встреч или того нелепей – неприятных разговоров, полностью обезоруживая и вызывая недоумение у большинства окружающих. Мария не боялась браться за самые ответственные и тяжелые участки на работе, виртуозно успевая справляться со всем.

Их встречи с Павлом стали постоянными. Каждое утро он заезжал за ней. Выпив по дороге чашку горячего кофе, Мария спешила на работу с мыслью о предстоящем обеде. За эти пару часов разлуки они тысячи раз звонили друг другу, отправляли сообщения, словом, вели себя как неопытные юнцы, нисколько не стесняясь своих чувств. Первая близость еще сильнее соединила их воедино, открыв такой умопомрачительный поток страсти, сопротивляться которому было просто бесполезно и немыслимо. В свои тридцать с лишним лет Мария впервые ощутила, что значит по-настоящему любить. И как же сильно отличалась ее предыдущая жизнь от того, что с ней творилось в данный момент! Она просто купалась в лучах счастья, забыв о работе, отодвинув на второй план сына, общение с друзьями. Ее бытие было наполнено только им – все остальное перестало существовать, улетело, как осенняя сухая листва. Слушать его голос, смотреть в его глаза, ощущать его дыхание и сильные руки... Мария с головой погрузилась в этот сладостный мир любви.

Прошло больше полугода пьянящих, ярких, насыщенных до предела чувств. Но если честно... если совсем честно... Только одно тяготило Марию с каждым разом все сильнее и сильнее. Ей, как, впрочем, и любой другой влюбленной женщине, хотелось быть единственной для любимого человека. В какой-то момент она вдруг стала изводить себя мыслями о невозможности их совместной жизни. Маша, как прагматичный человек, пыталась все обстоятельно раскладывать по полочкам, совершенно искренне убеждая себя в том, что они с Павлом не могут быть вместе: ему нужна покладистая, хозяйственная жена, способная терпимо относиться к его стилю жизни и работе. Но чем сильнее Мария думала об этом, тем больше находила в себе эти черты, совершенно неведомые ей доселе. Она практически убедила себя в том, что сможет дать Павлу все, что тот пожелает. Она сможет полностью изменить свой скверный характер, она будет очень стараться, ведь ради любимого мужчины женщина готова пойти на многое, наступив даже на горло собственной песне. Мария, конечно же, не могла сказать Павлу о своих мыслях, втайне надеясь, что в конце концов тот все поймет и решится на разрыв с женой. Но время летело, а ее любимый мужчина не спешил что-либо менять в своей жизни. И тогда Мария стала ждать и безумно бояться того дня, когда их отношения сойдут на нет или еще хуже того – Павел первый разлюбит ее и бросит. Она не сомневалась, что именно так все и произойдет. По ночам Мария изводила себя, рисуя в воспаленном воображении картины, одна страшнее другой. Ей регулярно стал сниться их неминуемый разрыв. Машу не покидало ощущение, будто бы она обладает не своим, а каким-то чужим, ворованным счастьем, за которое рано или поздно придется заплатить – сполна, и, возможно, с большими процентами. Но решиться откровенно поговорить с Павлом или резко попытаться изменить что-либо в их отношениях у Марии не хватало духу. Каждый новый день она продолжала отщипывать от ворованного куска частичку счастья, молясь о том, чтобы такое состояние продлилось как можно дольше.