Ложь во спасение - Линда Майлз

Но после не очень долгих и настойчивых уговоров Чейз пожал плечами, словно решившись на что-то рискованное, взмахнул рукой и, подмигнув Таше, отдал ей свой пиджак. Он встал рядом с музыкантами, немного пошептался с ними и взял из рук саксофониста инструмент. И тут над Сеной полилась легкая, приятная мелодия. Таша услышала в толпе восхищенные возгласы, несколько туристов зааплодировали. Она изумленно смотрела на Чейза: как такой циничный и холодный, по ее представлениям, человек может извлекать из инструмента такие нежные звуки? Таша внимательно смотрела на его сильные руки, на длинные, гибкие пальцы, умело бегающие по клапанам. Она представила себя на месте инструмента, от этой мысли ее сердце забилось быстрее, у нее перехватило дыхание.

Но вдруг Таша заметила, что взгляд Чейза обращен к кому-то на мосту. Таша тоже посмотрела в ту сторону. Там стояла очень высокая стройная блондинка с короткой стрижкой. Она была одета в вызывающе короткую кожаную юбку, пуловер под леопарда и высокие сапоги на огромной платформе. Сразу бросались в глаза ее явно крашенные волосы, яркая, цвета спелой вишни, губная помада и темные тени на веках. Чейз внимательно смотрел на девушку, словно не веря своим глазам, но тут все его сомнения развеялись. Девушка пронзительно закричала по-французски:

— Чейз! Это ты! — На лице незнакомки появилось выражение радости от неожиданной встречи.

Она подбежала к Чейзу, выкрикивая какие-то слова. Потом обняла его и восторженно расцеловала. Чейз рассмеялся, они о чем-то весело заговорили. Таша не понимала, о чем они говорят, но, судя по их голосам, можно было понять, что встретились старые друзья. Таша с некоторым недоумением смотрела на происходящее. Заметив это, Чейз сообразил перейти на английский язык.

— Тони, я хочу тебя кое с кем познакомить. — Чейз встал рядом с Ташей и торжественно произнес: — Тони, это моя жена, Наташа. Таша, это Тони, моя старая подруга.

Нужно было видеть реакцию девушки: ее радость мгновенно испарилась, ее и без того огромные глаза еще больше расширились.

— Твоя жена? — Невооруженным глазом было видно ее удивление и разочарование. Девушка окинула избранницу Чейза оценивающим взглядом, и, судя по всему, увиденное ей не понравилось.

— Сейчас у нас медовый месяц. Представляешь, решили прогуляться и встретили Жан-Люка. А он попросил меня сыграть вместо него. И, оказывается, я еще не все успел забыть. А встреча с тобой — настоящий сюрприз. И, должен сказать, очень приятный. Но сейчас извини, меня ребята ждут…

— Если ты не против, я спою с тобой. Как в давние добрые времена. Давай тряхнем стариной.

Они, весело болтая, вернулись к музыкантам, и Тони громко объявила песню «Мужчина, который ушел». Вокруг собралась большая толпа, и ни у кого из присутствующих не было ни малейших сомнений, какого мужчину имела в виду Тони. Томная улыбка появлялась на лице Тони всякий раз, когда она смотрела на Чейза. Таша почувствовала покалывание — чего? Уж, конечно, не ревности, это исключено. Если даже между Чейзом и Тони и было что-то, то это было слишком давно. Кроме того, Таша прекрасно понимала, что у нее нет никаких прав ревновать и требовать от своего мужа каких-то гарантий супружеской верности. Несомненно, Тони очень эффектна, голос с хрипотцой придает ее образу загадочность. Она точно знает, что ей нужно от мужчины, и не позволит кому-то встать на ее пути.

В лежащую на тротуаре шляпу посыпался дождь монет. Чейз бросил взгляд на стоящую рядом девушку.

Таша опустила глаза. Она понимала, что Чейз взволнован происходящим, что в голове у него все перемешалось: жена, встреча с музыкантами и еще какие-то люди, присоединившиеся к ним позже, когда они шумной толпой шли в бар.

В баре было весело, все смеялись, пили шампанское и беззаботно болтали.

— Вы давно знакомы с Чейзом? — пытаясь перекричать шум, спросила Таша Тони.

— Мы не были любовниками, — последовал прямой ответ на ломаном английском. Тони грустно улыбнулась. — Когда мы познакомились, я была еще совсем ребенком: сбежала из дому, спала на улице, а он помог мне. Вот в общем-то и все.

Таша изучающе смотрела на нее. Сколько раз она ломала голову над вопросом, какая же девушка заставила Чейза испытать настоящую любовь. А вдруг Тони именно та девушка? «Я не хотел ее торопить», — говорил он. Интересно, сколько лет ей было тогда? Таша посмотрела на Чейза, который громко хохотал над какой-то очередной шуткой. Он не был похож на человека с разбитым сердцем. Но сожаление Тони было очевидно. В общем-то она вполне вписывается в историю о девушке, которая смогла пробудить в Чейзе настоящую любовь.

Жан-Люк, тот самый музыкант, который уговорил Чейза поиграть, сказал что-то на ухо Тони.

— Хорошо, — утвердительно кивнула она. — Чейз, я рада, что ты приехал. Приятно было познакомиться, Таша.

— Позвони, если будешь в Нью-Йорке, — сказал Чейз.

— Да, конечно, — она поднялась, махнула рукой и вышла с Жан-Люком из бара.

Шумная, веселая компания начала постепенно расходиться. Таша и Чейз снова остались вдвоем.

— Чудесный город, правда? Здесь столько всего происходит, люди встречаются, отдыхают, веселятся. Это настоящая сказка, — восхищенно говорила она. Ей было необыкновенно легко, все неприятности забылись, может быть, и не навсегда, но сейчас это было неважно. Важно было только то, что она переживала сейчас. И переживала впервые в жизни. Чейз улыбнулся. — Тони великолепна, — продолжала она, — и у нее прекрасный голос.

— Да, она очень талантлива и профессионально выросла с нашей последней встречи. — Чейз говорил совершенно спокойно, на его лице не было ни горечи, ни сожаления, оттого что Тони ушла с Жан-Люком. Может, ей все только показалось?

— Я еще никогда так хорошо не отдыхала, — восторженно призналась Таша. Она не лукавила, за всю ее жизнь не набралось бы и пары таких замечательных дней. И сейчас Таше очень не хотелось, чтобы этот чудесный день заканчивался. — Чем займемся?

— Еще немного погуляем, а потом вернемся в отель. — Он замолчал и посмотрел на нее, и его глаза словно обожгли ее. — А прямо сейчас я поцелую тебя. И не потому, что я только об этом и думаю все эти дни, и не потому, что мы в Париже, и не потому, что сегодня чудесный вечер. А потому, что я просто очень хочу поцеловать тебя. И вообще поцелуй — не преступление.

Чейз склонил голову и приник к ее губам страстным поцелуем. Может быть, ее голова кружилась из-за шампанского, а может быть, и еще почему-то, но мысли Таши бежали с невероятной скоростью. Его слова были, как обычно, довольно легкомысленны, зато жадные и горячие губы очень красноречивы. И Таша не могла устоять перед таким натиском.