Реванш - Беверли Бранд

В результате она покинула работу на несколько минут раньше, чем положено, – видит Бог, она наверстает упущенное, когда сезон уплаты налогов будет в самом разгаре, – и направилась в расположенную рядом с супермаркетом переплетную мастерскую, где ей отрезали корешок журнала. С работы Саванна позаимствовала несколько скоросшивателей, пластиковых папок и файлов, чтобы соорудить свадебную Библию. Нельзя сказать, что все эти веши она позаимствовала, поскольку не планировала их возвращать. Но ведь она не стащила степлер или что-то действительно ценное!

«Вряд ли ты окажешься в аду из-за того, что взяла несколько канцелярских принадлежностей», – заверила себя Саванна, тщательно скрепив страницы, чтобы они не разлетелись, и засунув в сумку вместе с добычей из офиса.

Добыча. То есть то, что удалось украсть.

Войдя в магазинчик при мастерской, Саванна глубоко вздохнула и взяла несколько скоросшивателей, папок и файлов. Мысленным взором она увидела своего прежнего учителя из воскресной школы, одобрительно кивающего, пока она выкладывала покупки на прилавок и минут шесть с половиной ждала, что продавец наконец заметит ее и неспешно подойдет к кассе. Завтра она вернет все похищенное в офис, и начальник не заметит факт незначительного воровства и не уволит ее.

Вечером Саванна ознакомила со своим приобретением Пегги и остальных друзей. Для Саванны одна только статья «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе» (стр. 623–637) оправдывала стоимость журнала. Там даже были квадратики, куда следовало ставить галочки после выполнения пунктов плана. Каждый раздел строился по хронологическому принципу: год до свадьбы, восемь месяцев, полгода, четыре месяца, два месяца, месяц, две недели, неделя, шесть дней и так далее – до тех пор, пока счет не начинал идти на часы. Саванна вложила страницы в маленькие прозрачные файлы, снабдив их ярлыками, и поместила в большой скоросшиватель. Шли месяцы, и скоросшиватель заполнялся статьями из других журналов, также посвященных свадьбам, и картинками, которые Саванна замечала в приемной терапевта, или стоматолога, или в других учреждениях (они с Тоддом решили пройти восьмичасовой курс добрачных консультаций, прежде чем его преподобие Блэк скрепит их брачными узами). Но раздел «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе» оставался девственно чистым, лишь кое-где Саванна сделала легкие пометки карандашом.

Свадьба должна была состояться четырнадцатого февраля. Тодд говорил, будто он выбрал этот день потому, что потом ему не придется покупать в два раза больше подарков – на годовщину свадьбы и на День святого Валентина. Саванна любила Тодда, но боялась, что он не шутит. Кстати, она подозревала: будь то возможно, он попросил бы перенести ее день рождения – пятнадцатого апреля (старшая сестра Миранда считала это знаком того, что Саванна появилась на свет обреченная быть бухгалтером) – также на четырнадцатое февраля, дабы одним махом убить сразу трех зайцев. Говоря по правде, когда наступало пятнадцатое апреля, Саванна очень уставала – дел было невпроворот, поскольку все стремились вовремя оплатить налоги. В этот день она радовалась любым подаркам, что вполне устраивало Тодда, который в честь дня рождения опять повел невесту на «особый» обед в «Оливгарден».

– Столько салата и гренок, сколько влезет! – всегда повторял он, улыбаясь своей как бы шутке.

А Саванна часто ловила себя на мысли о том, что очень хорошо любить Тодда.

«Разумеется, мне необходимо любить его», – думала она, нервно изучая раздел «Шаг за шагом к безукоризненной свадьбе» и желая удостовериться, что все под контролем. Конечно, после всех трудов было поздно размышлять над своими чувствами к жениху. И не то чтобы ей это было особенно нужно. Тодд был милым, надежным. На него можно было положиться. Он никогда не обманывал ее. И даже попросил выйти за него замуж. Ни один из мужчин, с которыми она встречалась прежде, не делал этого. Чего еще желать женщине?

– Как настроение?

Саванна, стараясь успокоиться, глубоко вздохнула и повернулась, чтобы ответить своей сестре Белинде, выглядевшей просто изумительно – на ней был только розовый бюстгальтер и трусики. Прежде чем Саванна успела открыть рот, зазвонил сотовый Белинды – явление весьма частое. Сестра подняла вверх палец, будто желая сказать «Подожди минутку», и взяла трубку:

– Слушаю!

Собеседник что-то ей сказал, после чего Белинда ответила:

– Я знаю, что у твоих родителей сегодня тридцатилетняя годовщина свадьбы, но тут такие обстоятельства… Может, нам следует встретиться вечером и поработать всю ночь? Тогда мы все успеем. Если хочешь, могу ограничиться одним бокалом шампанского.

Ничто не отвлекало Белинду от работы, даже свадьба младшей сестры.

Саванна вздохнула и окинула взглядом небольшую комнату, соседствующую с помещением, где проходит та часть бракосочетания, которая способствует выбросу эстрогенов. Казалось, тут произошел взрыв. Самая разная косметика, средства для укладки полос были разбросаны по всей комнате. Щипцы для завивки и горячие бигуди включены в сеть и готовы к действию. Одежда Саванны, Белинды, Пегги и Триш, девушки лучшего друга Тодда, завалена на столы и стулья, одни вещи аккуратно сложены, другие брошены кое-как.

– Только что пришла флористка и сказала, что все наши цветы не годятся. Они не гармонируют с поясом Тодда. Ты брала с собой образец материи, когда ездила составлять букет?

Саванна обернулась и увидела в дверях Миранду. Она выглядела как принцесса из сказки – блестящие черные волосы, белая кожа и огромные зеленые глаза. Этим отличались все три сестры Тейлор, но создавалось впечатление, что Белинда и Саванна – ее чуть более блеклые копии, причем Саванна, самая младшая, казалась менее эффектной, чем ее старшие сестрицы.

– Разумеется. – Саванна собралась с силами, чтобы преодолеть цветочный кризис.

Она взяла со стола большой скоросшиватель и ощутила струю холодного воздуха, окатившую ее, когда она вышла из маленькой комнаты. Первая баптистская церковь, куда Саванна ходила всю свою жизнь, имела высокий, сводчатый потолок и потому плохо отапливалась. Во время служб, когда народу набивалось много, тут было тепло, но сейчас Саванна дрожала от холода.

Она двинулась на звук голосов и увидела флористку, склонившуюся над ящиком за деревянным алтарем.

– Все это никуда не годится, – услышала Саванна голос матери. – Это фиолетовые цветы, а не фуксия.

Саванна ступила на возвышение, откуда преподобный Блэк каждое воскресенье произносил проповеди, и увидела маму и флористку: они сидели на корточках на оранжевом ковре и хмуро разглядывали корсажи, бутоньерки и букетики.