Железная лея. Дорога в Кирт - Елизавета Мордовина

в зрелом возрасте. Вся её жизнь была посвящена служению Богине и государству. В голове девушки даже и не появлялось мысли о том, чтобы что-либо изменить. До этого утра. Наверное, если бы постоянные болезни не мешали ей выполнять её прямые обязанности, то и маленького огонька сопротивления не зародилось бы в её душе, но она не была в пещерах храма последние две недели, а до и так перенесённой церемонии совершеннолетия оставалось совсем немного времени.

Смятение, страх, чувство вины и яростное желание вырваться на свободу боролись в ней, пока она стояла на пороге столовой. Соврать своей рин? Сможет ли она? Стоит ли? Если и соврать, то что? Сослаться на то, что болит живот? Не пойдёт. К ней приставят врача, и придётся лежать в постели сутками напролёт. Это точно не поможет выбраться. Множество идей пронеслось у Ионы в голове, пока она не выбрала самую безопасную для себя и, что немаловажно, самую продолжительную болезнь — влюблённость. Это никого не должно удивить. После церемонии девушке будет уже не до личных чувств, так что небольшая слабость перед совершеннолетием ей была позволена. Как-то раз она даже краем уха слышала, как служанки судачили об этом.

Решение было принято, и девушка, улыбнувшись, наконец, вошла в комнату. Её взгляд снова упал на еду, и она ещё раз убедилась в правильности своего маленького и, возможно, абсолютно глупого бунта.

В комнате, кроме рин, присутствовала доверенная дама принцессы — Мари́ и несколько приближённых, что служили младшими жрицами в храме при дворце и были обязаны присутствовать при трапезе. Они сидели за отдельным столом.

— Да пребудет с вами Свет Диру! — сказала принцесса.

Вместе со словами приветствия она склонила голову и приложила руки к сердцу.

— Да осветит Она Ваш путь! — ответили ей и повторили движение.

Принцесса села за стол и принялась за первое блюдо.

Съев пару ложек супа, Иона грустно вздохнула и отодвинула от себя тарелку. Все присутствующие удивлённо переглянулись.

— Ваше Высочество, что-то случилось?

— Уверяю вас, Мари, ничего.

— Прошу Вас, Ваше Высочество, Ваше благополучие — моя первостепенная задача! — мягко сказала Мари и, повернувшись к ближайшему окружению Ионы более твёрдо добавила: — Прошу вас, оставьте нас с Её Высочеством наедине.

Когда все вышли, Мари с улыбкой посмотрела на принцессу.

— Всё прошло так, как Вы хотели, принцесса?

— Спасибо, Мари.

— Помогать Вам — честь для меня.

— Значит, вы поможете мне изменить нынешнюю ситуацию?

— Каким образом я могу Вам услужить, Ваше Высочество?

Иона смущённо улыбнулась.

— Влюблённость, не так ли? — понимающе произнесла доверенная дама. — Думаю, Вы сделали правильный выбор, принцесса. В Вашем возрасте влюбляться — это нормально. Принцесса Вы или нет. И кого же выберет Ваше Высочество?

— Именно в этом мне и нужна ваша помощь, Мари. В моём ближайшем окружении нет мужчин, поэтому мне трудно назвать чьё-либо имя. Может быть, вы предложите достойную кандидатуру?

— Если Вы позволите…

Мари задумалась, пытаясь вспомнить кого-нибудь подходящего.

— Что Вы думаете о Мириане?

— Мириане?.. Я ни разу не слышала этого имени.

— Вы вполне могли не слышать о нём, он ещё не был Вам представлен по всем правилам. Но Вы могли видеть его на общем приёме. Мириан, маркиз Ангерран, приходится племянником графу Роскину, а впоследствии получит его титул. Он, не только очень красив, но ещё и умён и показал себя при дворе приятным молодым человеком. Говорят, что маркиз умел во всём, и никто не может с ним сравниться. Поэтому он нелюбим мужчинами и обожаем женщинами, герой практически всех сплетен, что существуют сегодня во дворце, и потому идеально подходит для Вашей цели.

— Сколько маркизу лет?

— Он старше Вашего Высочества на три года.

— Как он выглядит?

— Значительно выше Вашего Высочества, хорошо сложен и, по-видимому, силён, если верить рассказам главного конюха. У него карие глаза и светлые волосы длиной до плеч.

— Его голос?

— Я слышала его голос лишь несколько раз, но уверяю Вас, Ваше Высочество, даже Вы нашли бы его приятным слуху.

— Идеальное лицо, идеальная фигура, идеальное происхождение… Что же… Наверное, он наиболее подходящий кандидат… Но не начнёт ли он оказывать мне знаки внимания, услышав сплетни?

— Вероятность этого очень мала. Он не проявил интереса ни к одной девушке, что была влюблена в него. Тем более он показался мне достаточно разумным, чтобы не увлекаться Верховной жрицей Диру. Также он не проявлял интереса ни к одной девушке, которая бы показала, что он ей нравится.

— Значит, шанс, что маркиз ответит мне взаимностью, невероятно мал, не так ли?

— Так, Ваше Высочество.

— И чем больший интерес я буду проявлять, тем меньше вероятность, что он обратит на меня внимание?

— Да, Ваше Высочество.

— Тогда Вы можете начинать свою работу, Мари.

— Хорошо, Ваше Высочество.

Женщина поклонилась.

— Но прежде чем вы уйдёте, Мари, расскажите о моём сегодняшнем расписании.

— Конечно, Ваше Высочество. После нашего с Вами разговора Вас осмотрит советник Френсис.

— Иор Френсис?

— Иора Колина сегодня нет во дворце.

— Что же, очень хорошо…

— Сегодня во дворец возвращается Его Величество, а потому уже назначен приём. В десять часов к Вам зайдут с платьем, которое прислал Ваш отец.

— Значит, до приёма у меня есть ещё три часа?

— Да, Ваше Высочество. Сегодня на приёме среди советников будет сидеть Мириан. Думаю, Вам не составит труда узнать его. Он будет самым молодым из всех присутствующих.

— Это хорошая возможность убедиться в правильности нашего с вами выбора, Мари.

— Вы абсолютно правы. Дальнейшее Ваше расписание будет зависеть от того, что предпишет Вам иор, как и всегда.

— Можете идти, — Мари поклонилась принцессе и ушла.

Девушка задумалась о Мириане, которого они выбрали жертвой её «безответной любви». Она никак не могла вспомнить его лицо, пусть и должна была его видеть, так как все новоприбывшие были обязаны предстать перед Императором на общем приёме, на котором принцесса сидела в углу, скрытой от посторонних глаз. Обычно Иона помнила всех придворных, но в этот раз никак не могла представить внешность этого молодого человека. Через несколько минут бесплодных попыток вспомнить, как выглядит Мириан, она сдалась и пошла готовиться к встрече с Френсисом.

Во дворце существовало два советника-целителя императора: Френсис и Колин. Их именовали «иорами». Что на древнем нанди — языке империи — означало просто «исцеляющий». Френсис был высоким и поджарым мужчиной с волевым подбородком, тогда как Колин был маленьким кругленьким человечком, у которого отсутствие волевого подбородка компенсировалось количеством оных. Оба советника служили только императору и его дочери, причём Колин специализировался на обычном лечении, в то время как Френсис