Падший демон. Изгой - Денис Агеев

— Вот еще, святой нашелся! Ха-ха-ха… кхе-кхе-кхе… э-э-э, — изо рта несчастного потекла кровь.

— Тебе плохо? — малыш с жалостью посмотрел на убийцу. — Кто тебя так избил?

— Ты издеваешься, отродье?! Твои поганые братья, конечно. Я-то думал, что нет никакой Бездны, никаких Небесных Чертог. Я ошибался, — простонал грешник. На его окровавленном лице ясно читалась невыносимая мука.

— Ты почему тянешь? — вдруг раздался громоподобный рев, и взору молодого порождения тьмы предстал огромный демон о четырех рогах. Все его тело покрывала короткая темно-красная шерсть. Глаза пылали жаром раскаленных углей.

— Я не хочу его есть. Почему я должен это делать?

— Как это почему? Потому что ты — демон. Потому что это — твоя еда, — без нотки сомнения прорычал рогатый великан, указывая шестипалой лапой на грешника.

— Нет! — замотал головой отпрыск. — Я не буду!

— Как это не будешь?! — уродливая морда чудовища исказилась в недоумении. — Жрать! Я сказал — жрать!!! — заорал мохнатый бугай, брызгая зловонной слюной.

— Нет! — стоял на своем демоненок.

Через мгновение рогатый здоровяк шагнул к нему и с размаху саданул по морде. Демоненок отлетел на несколько шагов и звонко шлепнулся об пол, как мокрая тряпка.

— Смотри, ничтожество! Смотри, что надо делать с этим! — проревел рогатый изверг, хватая изуродованную жертву. Грешник заорал, но его крик продлился недолго — демон одним махом откусил ему пол головы, причем сделал это так лихо, будто это было яблоко.

Кровь закапала на пол, быстро растекаясь в большую лужу. Тело грешника, пару раз дернувшись, замерло.

Демоненок с отвращением посмотрел на все это и отвернулся. Его мучил голод, но от увиденного ком встал в горле, и малыша сразу же затошнило.

— Я никогда не смогу это есть, — тихо сказал он, глядя на безжизненное тело с наполовину откушенной головой.

— Не сможешь?! Ты проклятый недодемон! Такими словами ты позоришь всех нас! Ты ничтожество!!! — огромный демон разразился потоком брани. — Ты доешь остатки! Иначе пожалеешь об этом!

Мгновение и останки жертвы полетели прямо в малыша. Отпрыск резко отпрянул и быстро отполз в сторону. Увидев это, великан сверкнул глазами, и малыша подняло в воздух и начало бить о стены, пол и потолок. Рогатый демон использовал одну из своих магических способностей — телекинез. Надо признать, владел он ею мастерски.

Маленький отпрыск ада заскулил, как щенок, потом протяжно завыл и запищал. Но рогатый палач не отпускал его, а продолжал молотить о стены. После нескольких ударов черные капли окропили стены комнаты. Когда крови стало совсем много, здоровяк швырнул демоненка на пол. Тело малыша обессилено рухнуло, он больше не визжал, только тяжело похрипывал и плевался черными сгустками крови.

Рогатый демон подошел к нему, его массивное тело склонилось над несчастным отпрыском.

— В наказание ты будешь голодать очень долго, тварь! И если ты после этого все равно не съешь пищу, я заставлю тебя сделать это или убью, — негромко пригрозил изверг. Потом он встал и, забрав останки недоеденной жертвы, ушел.

Демоненок опять остался один. Он лежал в луже крови, едва дыша. Все его тело гудело от боли…

Минуло десять дней. Из-за отсутствия пищи тело малыша восстанавливалось плохо. Но ему, как типичному представителю демонического рода, голод не страшен. Обычные демоны могут обходиться без пищи десять-двенадцать месяцев, а некоторые, особо выносливые, — до двух лет. Правда, за это время они сильно слабеют и теряют магические способности. Поэтому демона, не питавшегося целый год, можно убить, буквально пригвоздив заостренной деревяшкой к земле. Он потеряет много крови и постепенно его силы иссякнут. Но это свойственно только рядовым демонам. Темного Падишаха же или архидемона лишить жизни весьма сложно, даже если тот уже довольно долго обходился без еды. К тому же его магические способности не исчезнут, а лишь слегка притупятся.

На тринадцатый день к страдальцу вновь пришел тот самый рогатый демон, что недавно избил его до полусмерти. С собой он тащил слегка подергивающееся тело очередного грешника.

Малыш к тому времени немного подрос и уже уверенно держался на задних лапах. Его рога вытянулись, на пальцах рук и ног образовались небольшие, но довольно острые когти. Красные зрачки сузились и стали вертикальными, как у кошки. Конечно, если бы не отсутствие пищи, его тело развивалось бы куда быстрее.

Здоровяк швырнул жертву к ногам демоненка и впился в него недобрым взглядом.

— Ну что? Ты решился, демон-добряк? — ухмыльнулся рогатый. — Теперь все будут называть тебя так: демон-добряк! Ха-ха!

— Как тебя зовут? — неожиданно спросил малыш, глядя на великана и не обращая внимания на дрожащего у его ног мученика.

— Зачем тебе?

— Чтобы знать, как к тебе обращаться, — совсем спокойно ответил демоненок.

— Хм… Ну, ладно. Мое имя Храхи-Агам. Я архидемон, и я отвечаю за воспитание новорожденных демонов, таких, как ты. Меня все слушаются и боятся, кроме тебя, ничтожество. Мне никто не перечит, кроме, опять же, тебя, недоделка, — на последних словах надзиратель повысил тон. — И еще на удивление всем, ты отказываешься от еды. Я бы хотел знать: почему?

— Но почему я должен их есть? Они живые и разговаривают, как я и ты. Мне их жаль… И вообще, кто они такие? — малыш полными наивности глазами уставился на Храхи-Агама.

Архидемона аж передернуло от таких слов. Он недоуменно пялился на маленького отпрыска Бездны и молчал. Впервые, за триста с лишним лет существования, Храхи-Агам, воспитавший не один десяток отродий, слышал от другого демона, пусть и недавно родившегося, что тому жаль людей. Людей, что всегда были, есть и будут всего лишь пищей. И даже не людей в прямом понимании, а материальное воплощение их грешных душ.

— Что ты сказал?! — взвился архидемон. Он наконец пришел в себя, и им овладел жуткий гнев. — Да ты знаешь, что за такие слова тебя самого разорвут на части?! Ты хоть представляешь, как ты позоришь всех нас?! Ты — демон! Ты родился демоном, и ты умрешь им… А эту пищу, что ты так упорно отказываешься есть, тебе придется сожрать, потому что ты — демон! Пусть жалкий и ничтожный, но все равно демон… Человек — так эта еда называется. А теперь — ешь!

Выговаривая последние слова, архидемон схватил одной рукой демоненка, а другой — начал засовывать жертву ему прямо в пасть. Отпрыск вырывался и кричал, но Храхи-Агам не отступал. Он несколько раз хорошенько врезал нерадивому воспитаннику, и вконец ослабший маленький демон успокоился.

Жертва вырывалась и вопила. Но ее стенания продлились недолго — архидемон резким движением лапы сломал ей шею, как беспомощному котенку. Без колебаний он оторвал руку грешника и затолкал ее в пасть непослушному отродью. Тот, фыркая и сопя, с трудом начал пережевывать «пищу». Храхи-Агам, довольно оскалившись, отпустил воспитанника.