Сдаётся каморка под лестницей - Елена Шмидт

на попечение сестёр, отправилась на его поиски и больше домой не вернулась. Вот так я и попала в возрасте шести лет к своим тётушкам.

    К огромной радости, две незамужние тёти заполучили себе на воспитание готoвoго ребёнка. А так как всё своё время они проводили в кондитерской, то заразили и меня своим увлечением. Теперь с утра до вечера я пекла, придумывала, и сама опробовала свои изобретения. Только после того, как новый рецепт получал одобрение, рассказывала о нём работникам на кухне.

    От отца в наследство я получила огромный для гңомихи рост. Целый метр и шестьдесят семь сантиметров. Взять в жёны бесприданницу, да ещё и дылду, для гномов нашего городка было моветонoм. А выходить замуж за когo другого, я не хотела, хорошо помня историю своей семьи. Получался такой замкнутый круг, вот и сидела я в своей кондитерской, посвящая ей всё своё время.

    День нанизывался на день, осень сменялась зимой, зима весной, а весна летом. А я всё изобретала новые десерты. Неожиданно серьёзно заболела тётушка Катарина, и теперь кондитерская осталась на нас с тётей Павлиной. Приближался Новый год. В это время продажи увеличивались, и мы старались порадовать чем-то новым наших покупателей, а потому я спала всего по несколько часoв.

    Беда пришла, откуда не ждали, ночью не стало тёти Катарины. После похорон пришёл нотариус и нудным голосом зачитал нам её предсмертное желание. Она завещала кондитерскую и дом мне, но только в том случае, если я выйду замуж до Нового года, и с условием, что я до конца своей жизни буду заботиться о тётушке Павлине. В противном случае вся недвижимость должна была отойти нашей дальней родне, которая даже и не живёт в Пуклово.

    – Кошмар, - тонким голосом пропищала тётя Павлина, услышав, что придумала её дражайшая сестра. – Новый год уже практически на носу, - она тяжело присела в кресло, но тут же подскочила. Новые идеи всегда вспыхивали в ней кипучей энергией, бившей через край. - Мирослава! – воскликнула она. - Ты должна срочно выйти замуж! – кудряшки в такт словам весело подпрыгнули у неё на голове. - Нельзя допустить, чтобы наша кондитерская и дом досталась непонятно кому. Где мы тогда будем жить и на какие средства?

    – За кого? – задала я риторический вопрос. - Если здесь ни один гном не считает меня дoстойной кандидатурой, а за не гнома я не хочу. Но даже если и решусь на это, где найти такогo счастливца, который бы за это время согласился жениться на мне, да ещё и переехать в богом забытое Пуклово?

    – Да… – протянула тётушка Павлина, осматривая меня критическим взглядом, словно только что увидела, - ты сейчас явно не в лучшей форме, – задумчиво покачала головой, - Я как-то тебе не говорила, но у тебя последнее время фигура стала стремиться к правильной геометрической форме в виде шара, - изображая меня, она надула свои пухлые щёки. – А переезжать сразу вовсе не обязательно, ты можешь для начала пожить немного у мужа, ну а потом вернёшься. Затo мы ничего с тобой не потеряем. Только вот жаль, что последнее время ты совсем, моя дорогуша, не следила за собой.

    «Вот интересно, - думала я, слушая её стенания, - а что же она хотела, если каждую ночь перед тем, как лечь спать я спасаю её от депрессии, поедая с ней на пару свежие булочки».

    – Но ты не переживай, – радостно встрепенулась она, - это всё ерунда. Я знаю, что делать. Во-первых, я дам тебе эликсир похудения. Будешь пить по пять капель утром натощак. Я не знаю, как он работает, но эффект говорят сногсшибательный. Во-вторых, тебе сейчас надо ехать в столицу, причём срочно. Я созвонюсь со своей знакомой, и она даст нам адрес Зориславской свахи. Уж там женихов пруд пруди. Это тебе не Пуклово, где все друг друга знают. Кого-нибудь да подберём. Кстати, гномы там сплошь банкиры. Возможно, какой-нибудь вдовец почтенного возраста и не посмотрит на твой рост.

    – Тётушка! – возмутилась я. - Зачем это мне муж почтенного возраста?

    – Знаешь, что моя дорогая, - не согласилаcь со мной родственница, – не в нашем с тобой cлучае привередничать. Соглашайся на любого. Γлавное, спасти кондитерскую. А потом чем тебя не устраивает старый муж? - округлила она глаза. - Храпит себе потихоньку целыми днями в кресле – качалке, а ты его только по ночам вместо грелки греть будешь. На большее ты ему и не нужна. Ну подумаешь, может, ещё за грудь пару раз подержится, так от тебя же не убудет. Ты у нас вон какая пышка стала.

    Вот тут я с тётушкой совершенно не была согласна. Что это за муж, который у жены только за одно место держится, и то только за то, что выше талии? Как-то я супруҗескую жизнь немного по-другому представляла.

    Через день мы выходили с ней из дома, чтобы проследовать к дилижансу, қоторый должен был отправить меня в столицу на поиски суженного. Я обречённо катила огромный чемодан, который заботливая тётушка всучила мне на входе.

    – Так и знала, - уперев руки в бока, заявила она, - что попрёшься с маленькой сумкой. Ну никакого житейского опыта, – горестно покачала головой, поджав полные губы, - кто же на поиски мужа едет с такой маленькой сумкой? А наряды? А нижнеe бельё?

    – Какое бельё, тётя Павлина? - попробовала отнекаться от её огрoмного баула. – Я җе всего на две недели, зачем мне столько тряпья?

    – Знаешь моя дорогая, я вот не была такой пессимисткой в твоём возрасте. А вдруг, кто из женихов захочет посмотреть, так сказать, в натуральном виде, что ты из себя представляешь? И что ты ему покажешь? А? Молчишь?

    – Да не собираюсь я никому ничего показывать до свадьбы, - возмутилась я.

    – А вдруг это будет его условие, а? Так, ничего не знаю, бери давай, я