Месть. Без права на прощение - Яна Клюква

— Так, Людмила, а теперь слушай сюда, — шипит Елена Викторовна, уставившись мне в глаза. — Ты ничего не слышала, поняла? Будешь вести себя, как ни в чём не бывало, пока я не выведу этих двоих на чистую воду.

— Но как же так? — растерянно шепчу я, взглянув на начальницу. — Как я смогу притворяться? У меня ничего не получится…

— А мне всё равно, как ты это сделаешь, — заявляет она. — Прояви свой актёрский талант. Пойми, пока мы их не поймали, я не могу ничего им предъявить.

— Ну как же не можете? Мы ведь сейчас всё собственными ушами слышали.

— А доказательства? — интересуется она. — Где доказательства, Людмила? Что я могу им предъявить? Все скажут, что мне просто померещилось. Так что давай, соберись, возьми себя в руки и веди себя, как ни в чём не бывало.

— Легко вам говорить, — бормочу я.

— Так, слушай сюда, — она кладет руки мне на плечи, заставляя смотреть в глаза. — Это не против меня там козни плетут, а против тебя. Я всего-то лишусь трёх миллионов. Деньги, конечно, огромные, но я как-нибудь переживу. А ты в тюрьму должна сесть, понимаешь?

— Да, — растерянно киваю я.

б этом я как-то не подумала. Сейчас все мои мысли были о том, что муж мне изменяет с глупой племянницей Елены Викторовны. А ведь мне действительно грозит реальная опасность. Если я сяду, мою дочь тут же отправят в интернат, а муженёк радостно поскачет по радуге со своей новой пассией.

Нет, такого я допустить точно не могу.

— Хорошо, я вас поняла, — вздыхаю я, сжав кулаки. — Я всё сделаю.

— Вот и молодец, — кивает начальница. — Улыбайся, Людмила. Смотри на своего муженька с тем же обожанием, с которым ты обычно на него взираешь.

— Да не смотрела я никогда на него с обожанием, — дёргаю я плечом.

— Ну да, мне-то не рассказывай, — хмыкает она. — Я ведь всегда замечаю то, что для других не очевидно. И давно поняла, что у вас в семье не всё в порядке. Но сейчас речь не об этом. Сейчас ты должна помочь мне в разоблачении этой дьявольской парочки. И в первую очередь от этого зависит твоё будущее и будущее твоей дочери. Ты ведь не хочешь, чтобы Саша отправилась в детдом? А я уверена, что моя племянница не станет брать на себя обязанности по воспитанию пятнадцатилетней девчонки-бунтарки. И муженёк твой на отца года не тянет. Поэтому соберись.

— А дальше что? — бурчу я. — Конечно я постараюсь вести себя естественно… Но сколько я смогу притворяться?

— Столько, сколько нужно, — шипит Елена Викторовна. Она отступает, уверенно поправляет рукой свои волосы и развернувшись, шагает в сторону общего зала.

Умом я понимаю, что моя начальница права, и сейчас не самое время выводить заговорщиков на чистую воду. У нас ведь действительно есть только голословные обвинения. Но разве могу я вести себя так же, как обычно, зная, что мой муж задумал? Он ведь не просто развестись со мной хочет. Он собирается сломать мне жизнь, оставить нашу дочь на произвол судьбы, лишить матери. Я просто не представляю, как буду смотреть в его глаза каждый день, как буду готовить для него завтраки и ужины, терпеть его слюнявые поцелуи и объятия. Это ведь неправильно. Я этого всего не заслужила.

Когда Елена Викторовна уходит, я делаю несколько глубоких вдохов и иду в сторону дамской комнаты. Замираю перед зеркалом, уставившись на своё отражение.

— Так, Люда, соберись. Ты сможешь это выдержать, — шепчу я. Беру сумочку, достаю пудру и пытаюсь замаскировать покрасневшие щёки. А когда выхожу из уборной, сразу натыкаюсь на Дениса.

При виде мужа я испуганно вздрагиваю и хватаюсь рукой за стену.

Понимаю, что должна вести себя как обычно, но не знаю, как это сделать.

— Вот ты где! — восклицает он с широкой улыбкой. — А я везде тебя ищу. Что у тебя случилось?

— У меня? — беззаботно спрашиваю я. — Нет. Всё хорошо.

— Правда? — недоверчиво уточняет он.

— Конечно правда, — улыбаюсь я в ответ. — Просто этот внезапный корпоратив… Ты ведь знаешь, как я не хотела на него идти.

— Да знаю. Бывают книжные черви, а ты у меня червь цифровой. Целый день бы сидела и копалась в своих цифрах и отчетах. Ну ничего, выбираться из дома тоже иногда нужно.

— Согласна, — улыбаюсь я. — Нет, здесь на самом деле здорово. Просто я не привыкла к таким мероприятиям.

— Ну ничего, дорогая, привыкай. Когда мы завершим свой проект, нас обязательно заметят. Возможно, мы даже сможем сменить компанию, потому что многие захотят заполучить таких хороших сотрудников.

— Ну о чём ты говоришь? — пожимаю я плечами. — Я не собираюсь увольняться. Мне очень нравится эта работа.

— Да что там тебе нравится? — фыркает он. — Тебя просто устраивает, что тебя никто не трогает, и ты можешь целыми днями сидеть и строить свои графики и анализировать. Это ведь глупо, Люд. Так вся жизнь мимо пройдёт.

— Ну не знаю, — пожимаю я плечами. — Меня всё устраивает.

— Кто бы сомневался, — тянет он. — Ладно, давай возвращаться к остальным.

— А ты меня зачем искал? — спрашиваю я.

— Да просто, — пожимает он плечами. — Заметил, что тебя нет, и решил, что ты, как заправская Золушка, сбежала с этого бала.

Когда мы с Денисом возвращаемся в общий зал, я чувствую на себе чей-то взгляд и медленно оборачиваюсь, чтобы найти тот источник холодной ярости, который прожигает меня буквально насквозь. Конечно, это оказывается Полина, которая стоит в окружении своих рабочих подружек в углу и о чём-то шушукаются. Нахожу глазами начальницу, так коротко кивает мне, улыбнувшись краешком губ, и тут же отворачивается.

Да, ей действительно легко. Ведь это не Елене Викторовне придётся жить с мужчиной, который задумал посадить её в тюрьму.

Денис сжимает мою ладонь и склоняется к уху.

— Я пойду ещё со своими пообщаюсь, — произносит он с улыбкой.

— Иди, конечно, — пожимаю я плечами и направляюсь к фуршетному столу.

Облегченно выдыхаю и стараюсь выглядеть беззаботной.

А я ведь действительно ненавижу подобные мероприятия. И обычно мой муж не требовал,