Художники в Удомельском крае - Лия Кац

Много интересных и живых воспоминаний о тех далеких временах имеется в письмах В. К. Бялыницкого-Бирули к жене и сыну художника А. В. Моравова, написанных в 1950-х годах.

Некоторые материалы, относящиеся к жизни художников в Удомельском крае, удалось обнаружить в архивах — Калининском областном и Вышневолоцком городском.

Свидетельства людей, близких к художникам, работавшим в Удомле, переписка, воспоминания и высказывания самих мастеров кисти и определили содержание этой книги. Мне хотелось собрать весь материал, относящийся к удомельской поре в творчестве выдающихся отечественных художников, а заодно установить и уточнить место и время создания отдельных произведений живописи.

Первооткрыватель Удомли в живописи

Впервые Исаак Ильич Левитан (1860—1900) приехал в Удомлю в 1893 году. К этому времени он был уже сложившимся мастером, автором таких картин, как «Вечерний звон», «У омута», «Лесистый берег», «Владимирка». Привлеченные рассказами о необыкновенно поэтичных озерах Удомельского края, Левитан и его ученица, художница Софья Петровна Кувшинникова, поселились в имении Островно.

Владельцами Островна были сестры и брат Ушаковы: Варвара Владимировна, Софья Владимировна и Николай Владимирович. Они радушно встретили художников, и в течение двух лет Островно дарило Левитану много творческих впечатлений.

Живя в Островне, Левитан несколько раз посетил имение Гарусово, где им написана картина «На озере» (1893 г., Саратовский государственный художественный музей имени А. Н. Радищева). Эта картина— произведение светлое, радостное, написанное с легким сердцем. Нехитрые рыбацкие снасти, спокойная гладь воды, розоватая полоска зари на горизонте составляют ее главное очарование.

И. И. Левитан. На озере. Тверская губерния. 1893 г.

Саратовский государственный художественный музей имени А. Н. Радищева

Величие и суровая красота озера вдохновили Левитана на создание ряда этюдов, которые впоследствии легли в основу картины «Над вечным покоем» (1894 г., Государственная Третьяковская галерея). Он пишет этюды неба и воды — двух главных стихий, через изображение которых стремится выразить основную идею своей картины. Огромное сумрачное небо над холодной, неприютной гладью воды и маленький кусочек земли, напоминающий о тщете земного.

Существуют три версии о том, какое именно место и какая церковь изображены на этой картине, причем все три принадлежат очевидцам, хорошо знавшим окрестности Удомельского и Островенского озер.

В ставших хрестоматийными воспоминаниях С. П. Кувшинниковой говорится: «Картину «Над вечным покоем» Левитан написал уже позже, в лето, проведенное под Вышним Волочком, близ озера Удомля. Местность и вообще весь мотив целиком были взяты с натуры во время одной из наших поездок верхом. Только церковь была в натуре другая, некрасивая, и Левитан заменил ее уютной церквушкой из Плеса».

И. И. Левитан. Часовня в Плесе.

Однако, видимо, все обстояло не так просто, как об этом говорит Кувшинникова. Несколько иначе рассказывает о создании этой картины В. К. Бялыницкий-Бируля: «Часто с красками и этюдником он приходил на берег Островенского озера, вблизи которого, на бугре, стояла старенькая деревянная церковь, наполовину вросшая в землю. Около церкви, ближе к озеру, было забытое, совершенно заросшее кладбище. Деревянные кресты покосились, покрылись зеленым мхом». И далее: «Левитан любил бывать и на соседнем озере Удомля, любил переезжать на лодке на овальный остров, откуда озеро Удомля было видно во всю его длину... Мыс острова и взят первым планом картины, но дополнен наблюденным на Островенском озере мотивом церкви и кладбища».

И. И. Левитан. Над вечным покоем. 1894 г.

Государственная Третьяковская галерея

И уже почти с топографической точностью описывает этот пейзаж А. А. Моравов: «В то время, когда И. И. Левитан жил на Удомле, на возвышенности, находящейся на берегу Удомельского озера, между деревней Акулово и Троицей, против Лубенькино, стояла старая деревянная церковь и при ней было заросшее березами кладбище. В начале 900-х годов, когда была построена новая церковь Николы на Стану, деревянная церковь была разобрана и перевезена на другой берег озера в деревню Ряд. Там она простояла некоторое время, потом сгорела... Во время жизни И. И. Левитана на Удомле это была единственная деревянная церковь на удомельском берегу. На острове же никакой церкви не было. Обо всем этом мне рассказала старейшая жительница деревни Акулово Прасковья Ивановна Архипова».

Как сопоставить, объединить между собой эти три версии? Вероятно, в каждой из них есть доля правды. Они расширяют географию картины и лишний раз подтверждают, что картина — не точное воспроизведение определенного места, а творческая переработка увиденного. Думается, наиболее приемлем вывод автора монографии о Левитане А. А. Федорова-Давыдова, утверждающего, что «картина «Над вечным покоем» — это перенесение мотива, увиденного на одном озере, на изображение другого, сходного». И далее: «...представляя собой переработку видового изображения озера Удомля, картина не воспринимается как вид. Не изображение местности, не вид озера и расстилающихся за ним далей, а общий, символического характера образ природы привлекает в ней зрителя»[1]. Что касается церкви, изображенной на картине, сейчас установить истину трудно, поскольку церкви эти не сохранились, а натурные этюды с них, если они и были сделаны Левитаном, нам не известны.

И. И. Левитан. Церковь в с. Островно, Тверская губ. 1893—1895 гг.

Государственная Третьяковская галерея

В начале июля 1894 года Левитан снова приехал в Удомлю, красота которой захватила его. Как и годом раньше, он поселился в гостеприимном имении Ушаковых.

Вскоре художник познакомился с приехавшей из Петербурга на лето в свое имение Горка, расположенное на противоположном берегу Островенского озера, Анной Николаевной Турчаниновой и ее тремя дочерьми: Варварой, Софьей и Анной. Несмотря на глубокие личные переживания (разрыв с С.П. Кувшинниковой, увлечение А. Н. Турчаниновой), лето 1894 года было для Левитана плодотворным. Он пишет окрестные пейзажи, чаще всего обращаясь к своим излюбленным осенним мотивам, много работает пастелью. В это время созданы его прекрасная пастель, подаренная им Варваре Турчаниновой, «Букет васильков» (1894 г., частное собрание), пастели с изображением осеннего леса.

И. И. Левитан. Букет васильков. 1894 г.

Частное собрание

На одной из его работ — старый двухэтажный деревянный дом среди опустевшего оголенного парка. Это — усадьба А. Н. Турчаниновой Горка (1894 г., Омский областной художественный музей). Для Софьи Турчаниновой была исполнена пастель «Астры» и подарена ей в день именин, 17 сентября.

В ту же осень написан ряд этюдов для картины «Поздняя осень» и сама картина, находящаяся ныне в Государственном Русском музее[2]. В 1898 году Левитан эту картину переписал.

И. И. Левитан. Поздняя осень. Усадьба. 1894 г.

Омский областной музей изобразительных искусств им. М.А. Врубеля

А. Н. Турчанинова построила в Горке мастерскую для художника, и в середине марта 1895 года он переехал из Москвы сюда. Здесь написан его ликующий «Март» (1895 г., Государственная Третьяковская галерея) — картина, которой нет равных по чистоте чувств, радостному предчувствию перемен, звонкости и красоте живописи.

И. И. Левитан. Март. 1895 г.

Государственная Третьяковская галерея

Здесь уместно рассказать об одной ошибке, вкравшейся как в воспоминания о художнике, так и в исследования его творчества.

В своих воспоминаниях, написанных уже на старости лет, В. К. Бялыницкий-Бируля рассказывает: «Помню, как я, попав в Тверскую губернию, в дорогие для меня места, познакомился с младшей дочерью Турчаниновой. Как-то вместе с художниками Жуковским и Моравовым мы подходили к дому Ю. И. Турчаниновой. Мы шли мимо черного крыльца, где взгляд падает на чудесный бор, тот фон из сосен, который все знают в картине Левитана «Март». Мы все невольно в радостном порыве вскрикнули: «Смотрите, вот откуда написан «Март»!» В беседах с Юлией Ивановной мы установили, что был написан большой этюд на подрамнике».

Однако младшую дочь Турчаниновой звали не Юлией, а Анной, и именно ее в семье ласково называли «Люлю. Исследователь Е. Кончин в очерке «Загадка полустертой надписи», приводя запись своей беседы с В. К. Бялыницким-Бирулей, указывает, что в этой беседе художник называет младшую дочь Турчаниновой Анной Ивановной: «Она показала ему (Бялыницкому-Бируле.— Л. К.) альбом, в котором Исаак Ильич осенью 1894 года нарисовал акварелью березовую рощу, лилии в хрустальном бокале, церковь в Островно и подписал их: «Дорогой и милой Люлю».