Монстры Кремля - Дмитрий Казаков

– Давай сюда! – рявкнул Андрей, радуясь, что сумел удержать дернувшийся на спусковом крючке палец.

Вслед за мальчишкой из леса вылетел «сросшийся», за ним еще один.

Беглец пробежал еще метра три и шлепнулся на асфальт, но не от усталости, просто сообразил, что мешает стрелять. Распластался так, словно хотел вдавиться в поверхность шоссе, и два «калаша» загрохотали одновременно.

«Сросшиеся», покрытые рыжей шерстью твари, более всего похожие на двух людей, стоящих в затылок друг другу, с визгом бросились в разные стороны. Один тут же развалился на «половинки», те разбежались, но быстро упали, обливаясь кровью.

Другая тварь ухитрилась избегнуть пуль и подобралась к людям вплотную.

А из чащи уже лезли новые – оскаленные хари, желтые зубы, безумные глаза, загребущие лапы.

– О-ха-ха! Повоюем! – радостно вопил Илья, опустошая магазин.

Андрей стрелял молча, старался экономить патроны и не зацепить мальчишку, неведомо как очутившегося на их пути. Лиза, судя по азартному сопению, тоже была не прочь поучаствовать в бою, но не отвлекалась, следила за своим сектором, – а то вылезет еще кто с другой стороны дороги…

Еще один «сросшийся» рухнул, смешно задрав ноги, голова другого лопнула, точно яйцо от удара палкой. Уцелевшие решили, что с них достаточно, рванули обратно, ломая ветки, натыкаясь на стволы и обиженно рыча.

– Все, – сказал Андрей, когда стало тихо. – Эй, парень, можешь встать.

Мальчишка глядел на них исподлобья, прижавшись щекой к асфальту, и было в этом взгляде нечто странное. Темные глаза смотрели без испуга, серьезно, изучающе и казались застывшими, словно неживыми.

– Иди сюда, не бойся, – ласково проговорила Лиза.

– Да он и не боится, – тут же встрял Илья, которому, как обычно, до всего находилось дело.

Мальчишка поднялся медленно, какими-то заторможенными движениями, и пошел к ним. Был он обряжен в форменные темно-синие брюки, слишком длинные для него, и грязную рубаху цвета хаки, сшитую на здоровенного мужика вроде Андрея.

На ногах болтались ярко-желтые футбольные бутсы, шипы клацали по асфальту.

Выглядело это так, словно паренек не просто отыскал шмотки в чужой квартире или разграбленном магазине, а еще и не умел их носить: шнурки волочились по асфальту, пуговицы были застегнуты криво, один из рукавов болтался, точно у Пьеро, второй – закатан до самого плеча.

Мальчишка остановился и принялся рассматривать своих спасителей.

– Не бойся, – повторила Лиза. – Ради бога, мы не причиним тебе вреда.

Андрею же под взглядом паренька стало не по себе, тот показался каким-то уж слишком внимательным. Хотя можно понять – эти три недели мальчишка выживал сам, без взрослых, добывал еду, прятался от монстров, понятно, что он вовсе не беззаботный ребенок, навидался и натерпелся всякого.

Очень худой, черные волосы грязные, на щеке – царапина.

– Не причиним, зуб даю, – подтвердил Илья. – У нас пожрать есть, если чего. Пацан, ты голодный?

Мальчишка кивнул и сделал еще шаг, но лицо его не изменилось, осталось неподвижным.

– Дайте ему поесть и воды, – сказал Андрей. – Ты говорить можешь?

Паренек посмотрел на него недоумевающе, словно вообще не понял, о чем идет речь. Бритоголовый вытащил из рюкзака банку тушенки, хрустнула распоротая ножом крышка, и мальчишка принялся торопливо есть, хватая мясо и жир прямо рукой, запихивая в рот.

– Бедный, – Лиза погладила найденыша по голове, осторожно, точно чужую собаку. – Такое перенес, что даже разговаривать разучился, и голодный… Да, как мы узнаем, как его зовут?

– Без базара, дело простое, – уверенно заявил Илья. – Будем перечислять имена, и он на своем кивнет. Ты понял, пацан? Как услышишь собственное погоняло, тут же черепом потряси… Мишка? Нет… Колька? Нет…

Способ выглядел неплохим, да только он не сработал – мальчишка не среагировал ни на одно из имен. Сначала перечислили обычные, затем вспомнили редкие вроде Роберта, Ярослава или Льва, но ничего не добились.

– Или его зовут так, как мы не в силах представить, – сказала Лиза, – или он от шока забыл свое имя.

Запуганным идиотом мальчишка не выглядел, вел себя спокойно, не шарахался, вот только не разговаривал.

– Это возможно, – Андрей кивнул. – Мы будем звать его Рик.

Илья выпучил глаза:

– Почему?

– Коротко и четко, – Андрей не собирался признаваться, что при взгляде на шустрого и тощего паренька, ухитрившегося в одиночку выжить в набитой чудовищами Москве, ему вспомнился мангуст Рики-Тики-Тави из прочитанной в детстве книжки.

Тот тоже с монстрами воевал, правда, с обычными кобрами…

– Пусть будет Рик, – согласилась Лиза. – Сейчас мы его в порядок приведем и с собой возьмем… Ведь возьмем? Доведем до безопасного места и там оставим… Так, не дергайся, мой хороший.

Она принялась застегивать мальчишке пуговицы, поправлять рукава, на что тот не отреагировал – не шарахнулся, но и не показал, что ему приятна забота, которой он после катастрофы был лишен.

Просто стоял и моргал, даже забыв вытереть с губ жир от тушенки.

– Доведем, пацан, поверь мне, – сказал Илья.

Андрей не сомневался, что в Москве есть районы, где люди сумели организоваться и дать отпор тварям, как в Гороховце или Владимире, и что рано или поздно они доберутся до таких. Понимал, что подло будет оставить ребенка здесь, бросить без помощи, и все же не хотел брать его с собой.

Не хотел и сам злился на себя из-за этого.

– Готовы? – спросил он, когда Лиза завязала Рику шнурки. – Тогда шагом марш.

Сам пошел впереди, высматривая дорогу, поглядывая по сторонам, чтобы не видеть мальчишку, вызывающего столь противоречивые чувства – желание спасти, довести до безопасного места этого человеческого детеныша и в то же время опаску по отношению к немому, странному существу.

На левой обочине лес сменился «секвойями», исполинскими деревьями, под которыми лежала густая тень, а воздух дрожал, как над разогретым песком или асфальтом. Пришлось отойти к правой, чтобы не стать жертвой воздействия этих растений, появившихся на Земле после катастрофы.

А затем впереди показалось круглое озеро с ярко-синей водой, улегшееся прямо на шоссе, выпятив бока в стороны.

– Вот зараза! – заволновался Илья. – Что, обходить придется?

Андрей кивнул и повернул туда, где за поваленной оградой сосны чередовались с березами и осинами. Лязгнула под ногой поваленная секция затянутого сеткой заграждения, отвел растопыренную ветку, под ногами зашуршала трава, носа коснулись запахи свежей листвы, хвои, сырого дерева.

Порожденные катаклизмом круглые водоемы были для большинства людей не опасны, но вот Соловьев находиться рядом с ними не мог – у него начинались галлюцинации, удивительно сильные и яркие, и если можно так выразиться – тематические.

Отчего, понять не мог, хотя по пути от Нижнего до Москвы встречал людей, подверженных той же напасти.

– Не бойся, мы просто обойдем то озеро, а потом вернемся на дорогу, – успокаивающе сказала Лиза, обращаясь к мальчишке, хотя он не проявлял признаков тревоги.

Андрей споткнулся, когда слева, там, где осталась лужа синей воды, меж стволами пополз белый туман. Заскрипел зубами, попытался отвернуть голову, чтобы не видеть того, что насылает проклятое озеро… и обнаружил, что сидит на коне, а поле зрения ограничено прорезью в надетой на голову тяжелой железной штуковине.

Мог видеть закованного в доспехи рыцаря на вороной лошади, копье в его руке и щит с гербом: дракон, обвившийся вокруг яблока. Сам, похоже, был снаряжен и вооружен подобным образом, чувствовал в ладони толстое древко, а левое предплечье охватывал ремень.

Перед глазами мелькнула висящая в воздухе чаша, что светилась, как лампочка в тысячу ватт.

– Эй, стой, ты куда?! – ударил по ушам сердитый возглас Ильи, и Андрей понял, что ломится через чащу, почти бежит, перед глазами мелькают белые и серые стволы, а ветви лупят по лицу.

– Надо… обойти… подальше… – с трудом выдавил он окостеневшим горлом.

– Что? Опять? Ну вот… – в голосе Лизы прозвучала тревога.

Головокружение сгинуло, Андрей немного пришел в себя и замедлил шаг – зря гнать и расходовать силы не было смысла. Оглянулся проверить, как там спутники, и наткнулся на взгляд Рика, не испуганный и удивленный, а заинтересованный, как у ученого, что разглядывает крысу в клетке, поведшую себя не совсем так, как ожидалось.

Мальчишка поспешно отвел глаза, уставился в землю.

Они отмахали на север метров пятьсот, и только после этого Андрей рискнул повернуть на запад. Одну за другой пересекли две пешеходные дорожки, на второй увидели лежащий велосипед, ярко-красный, с ребристыми толстыми колесами и фонариком на руле.

Похоже, кто-то в утро катастрофы решил покататься еще до рассвета.