Мой друг – домовой - Гектор Шульц

несколькими грязноватыми слоями краски, из-за чего даже форточку открыть было невозможно. В итоге основательно потрудившись и чуть не пропоров себе ладонь отверткой, я открыл одну створку и впустил свежий воздух. Затем набрал номер Сашки. Своего друга.

Богатенький парень, у которого в жизни было все, что он только желал, привязался ко мне еще на первом курсе университета. Начитанный и умный, Сашка привлек мое внимание, и дальнейшая жизнь проходила при его участии. Мы вместе убегали от полиции, возвращаясь пьяными после очередного рок-концерта. Встречали дни рождения и Новый год. Беззлобно подкалывали друг друга и делились советами, когда встречались с девушками. Сашка помогал мне деньгами, когда я, сняв первую комнатку, сидел на диете из растворимых супов и черного чая. Он всегда был рядом, готовый прийти на помощь.

Высокий, полноватый, с большими голубыми глазами и пшеничными волосами, Сашка походил на персонажа русских былин. А громкий голос был его визитной карточкой. Сашку можно было услышать и за тридевять земель.

– Салют, дружище, – раздался в телефоне его голос, возвращая меня в реальность. – Уже в квартире?

– Ага. Слушай, помоги мне перевезти вещи, а? Вообще желания нет тащиться на метро со всеми баулами. Для такси много, а для грузчиков мало. А я пока приберусь немного.

– Конечно! Не вопрос, – мгновенно откликнулся он. – Я заберу все и подъеду. Скидывай адрес. Запасной ключ у меня есть.

Я продиктовал Сашке адрес и нажал на «отбой». Вздохнув и оглядев кучу грязи, я быстро накинул куртку и отправился в магазин. Нужно взять все необходимое для уборки, а потом за эту самую уборку и приниматься.

Звонок в дверь через час, заставил меня подняться с колен. Бросив тряпку в ведро с грязной водой, и вытерев руки чистым полотенцем, я открыл другу дверь.

– Ого! – присвистнул Саша. – Не квартира, а сарай! Там декабристов в кладовке нет?

– Эй! – возмутился я. – Да, грязновато малость, в ней вообще какие-то маргиналы жили до меня. Помог бы лучше.

– Уже, дружище, – заулыбался он и, выйдя на площадку, кого-то позвал. – Заходим, парни, заносим.

В квартиру гуськом вошел целый табор неизвестных личностей. Личности несли в своих руках запакованные коробки с моими вещами, мебель в количестве двух табуретов и складного стола, да пару сумок с одеждой. Сашка, как обычно, решил все сделать по-своему и вызвал грузчиков. Ну а последней в квартиру вошла Кристинка.

Кристина – моя однокурсница и по совместительству, девушка моего лучшего друга Сашки. Небольшого роста и с торчащей челкой фиолетового цвета, Кристина была великой сплетницей, какую только видывал свет. Она знала всё и обо всём.

– Кристин, не ожидал! Рад видеть, – я чмокнул девушку в щеку и посторонился, пропуская в коридор.

– Привет, – улыбнулась она в ответ, по-хозяйски закатывая рукава. – Ну-с, с чего начнем?

Я виновато развел руками. Убирать нужно было всё и вся. Мне порой казалось, что в квартире лет сто никто не жил, настолько она была грязной, но вспомнив, кто жил до меня, все становилось понятно. Однако от мыслей меня отвлек верный товарищ. Сашка уже переоделся и держал в руке оранжевую тряпку.

– Командуйте, мон женераль, – друг хлопнул себя ладонью по груди. – Солдаты готовы к уборке.

Спустя четыре с половиной часа, мы усталые, но довольные, сидели на небольшой кухоньке и потягивали чай. Квартира была убрана так, что все буквально сияло. Осталось лишь помыть окна, но я решил самостоятельно этим заняться, друзья и так помогли. Сашка пускал колечки дыма под потолок, Кристина потягивала горячий чай, а на газовой плите в это время закипал мой старенький, весьма закопченный тысячами костров чайничек, расставаться с которым я не желал.

– Спасибо вам, – устало улыбнулся я. – Не представляю, что бы я делал. Точно с ума бы сошел.

– Ничего бы ты не делал, Андрюха, – веско заявил Сашка и, ухмыльнувшись, добавил. – Лежал бы на пузе посередине комнаты и стонал, как ленивый верблюд в пустыне.

– Вот еще! – возмутился я. – Кристин, можно я твоему бойфренду подзатыльник дам? Что-то он умничает не по делу.

– Валяй, – кивнула Кристина. Саша посмотрел на свою даму взором Юлия Цезаря. – Ему не помешает.

– И ты, Кристинка, – трагично проворчал друг. – Коварная женщина…

Девушка наклонившись, сама отвесила благоверному легкий шлепок. Сашка засмеялся и, поднявшись с табуретки, сладко потянулся.

– Ладно, смех смехом, но нам пора. Оставим Андрейку одного с его новой квартирой. И грязными окнами. Хе-хе.

– Уже?

– Ага, – кивнул Сашка и шепотом добавил. – Едем знакомиться с гнездом гарпий.

– Я все слышу! – рявкнула Кристина из прихожей. – Не смей называть моих родителей гарпиями!

Я лишь улыбнулся и вышел проводить друзей. Поцеловав Кристинку в щечку и хлопнув Сашку по плечу, я закрыл за ними дверь. И осмотревшись, не смог сдержать довольной улыбки. Моя квартирка. Как же долго я этого ждал.

Разложив все вещи и помыв окна, я бухнулся на маленький кухонный табурет и, вздохнув, проворчал:

– Уф. Неужели все?!

Квартира убрана, на часах девять вечера. Да, мебели маловато, но это дело наживное. Главное, что сегодня я буду спать в своей комнате. В своей кровати. И никто меня не разбудит утром истошным криком или лязгом сковородки с подгорелым пловом.

Улыбнувшись, я открыл банку пива и, прислонившись к подоконнику, сделал широкий глоток. Сизые клубы дыма, оставленные Сашкой, таинственно клубились у лампы, наполняя душу уютом и теплом. Пока кое-что не привлекло мое внимание.

Нахмурившись, я увидел на полу большую, розовую соску. Розовой ее можно было бы назвать с большой натяжкой. Покрытая жирным слоем грязи, соска была довольно потрепанной и, казалось, что ей лет двести, не меньше.

– Вот те раз, – удивился я. – Как это я пропустил такое чудо?

Соска полетела в мусорное ведро рядом со столом, где ей самое место. Я же поставил банку на сто и, повернувшись, остолбенел.

На полу передо мной стояло нечто. Нечто было покрыто грязной и спутанной шерстью. Отвисшая сальная майка грязно-серого цвета висела на довольно пухлом тельце, а большие, темные глаза, мрачно мерцающие из-под опущенных бровей, внимательно меня осматривали. Мясистые губы существа приоткрылись в ухмылке.

– Здрав будь, барин. Ну и чего вылупился? Домового не видал никогда? – пробасило нечто, забираясь на табуретку и кладя мохнатые ладошки на стол. – У тебя самогонка есть? За знакомство надобно выпить. О, еще и соску мою выкинул, аспид…

Я заорал, как женщина при виде мыши, и бросился к выходу из кухни. Правда, нога зацепилась за ведро, и я полетел головой прямиком в стену. От сильного удара заломило в висках, а в глазах заплясали