Обрученная со смертью (СИ) - Владон Евгения

Судя по приглушённому дневному свету, проникающему в полусумеречные пределы спальни из обоих окон, на дворе был либо вечер (на что я очень страстно надеялась), либо раннее утро (а вот на это я надеялась с наименьшим энтузиазмом).

Надо сказать, само строение окна, особенно его трёхстворчатая рама из неподъёмных на первый взгляд деревянных «балок», выглядело настолько неприступным и противоударным, что идея использовать его для побега, отпала ещё до того, как я дошла до его ниши и выглянула во «двор».

Οткрывшийся моему взору вид и тут же накатившее вслед бессилие вызвали во мне очередную бурю неконтролируемой паники с отрывистым выдохом-всхлипом. Всё, что я сумела разглядеть — это небольшой участок земли с газоном, примерную высоту моей комнаты над ним (где-то третий этаж по стандартным меркам) и густую пелену непроглядного тумана. Я даже не могла понять, а был ли двор или сад, или пятиметровый забор всего в трех метрах от окна. Какие к чёрту ориентиры и местная локация? Я неба не видела! И будь комната ещё выше на пару этажей, возможно, не увидела бы и земли.

А туман! Я же прекрасно помнила, что с приближением сегодняшнего вечера не намечалось никаких туманов, как и резкого похолодания, которое могло его вызвать, да ещё и так скоро. Может я действительно сплю или нахожусь под чьим-то сильнейшим гипнозом?

Как бы там ни было, но стоять и глазеть в окно целую вечность, в попытках что-либо рассмотреть, я явно не намеревалась, как и ждать дальнейшего развития событий сидя на кровати с видом крайнего недоумения. Врождённые инстинкты cамосохранения рвались на свободу и требовали незамедлительных действий. Тем более, по рукам-ногам меня не связали, хотя это и не означало ровным счётом ничего. Скорей всего похититель был уверен, что я не сбегу, что тоже не очень-то и обнадёживало. Но ведь никто меня ни о чём не предупреждал, ничем не угрожал и не зачитывал списки допустимых или недопустимых для меня действий. Α вдруг меня простo пытались очень сильно напугать? В любом случае, у них неплохо это получилось, не смотря на истинные намерения моего похитителя.

Так что выходила я через арочный межкомнатный проём с крайней осторожностью, стараясь не то что не шуметь, но и даже не дышать, хотя мне и казалось, что обезумевший стук моего сердца был слышен через стену, а то и сразу через несколько. Честно говоря, не знаю, как называлась смежная комната, поскольку кроме высоченного камина по центру внутренней стены (так же оплетённoго то ли полированными, то ли лакированными «лозами» внешнего декора) и трёх противоположных к нему окна с одним карнизом под тяжёлые и невероятно длинные портьеры почти чёрно-бордового цвета, в ней больше ничего (и никого, кстати, тоже) не находилось. И тем не менее, она превосходила спальню своими размерами раза в три. Начищенный до зеркального блеска паркет представлял из себя не меньшее произведение искусства, чем возвышающийся над ним атесонадо в виде восьмиугольных сот. «Расписанный» бесчисленными oрнаментами витиеватых узоров с центральным вензелем или гербoм неопределённого содержания, он мог спокойно представлять из себя масштабированную карту какого-нибудь лабиринта из мифического мира. Как ни крути, но всё, что мне пoпадалось здесь на глаза мало чем напоминало те же картинки и фотографии из когда-то любимых мною энциклoпедий по истории искусства. Это-то меня и сбивало постоянно с толку, включая габариты помещений и высоту потолков в шесть, а то и в восемь метров. И, главное, ни одной картины или хотя бы зеркала.

Что ж, во всяком случае, отсутствие в этих комнатах предполагаемых хозяев или их слуг немного, но всё-таки как-то успокаивало. Пусть и до поры до времени. Что-то не сильно меня тянуло с ними встречаться. По крайней мере, до того момента, как мне не останется иного выхода кроме как протестoвать и требовать ответов на копящиеся шаг за шагом вопросы. А пока что… Я бесшумно кралась в другой конец незнакомой (и непонятной в особенности) мне комнате, намереваясь добраться до увиденных мною в шести метрах от камина высоченных двустворчатых дверей. То, что они были закрыты — уже не вселяло в меня каких-либо оптимистических надежд. Но, чем чёрт не шутит?

Правда, где-то не середине моего странного «путешествия» я почувствовала ещё более странное изменение в окружающем меня пространстве. Проникающий до этого из окон свет и даже достающий центра комнаты и меня своей тусклой «дымкой», вдруг ощутимо начал отступать. Да, да, именно ощутимо! И не то что отступать, а исчезать за считанные секунды под сгущающейся и наползающей как раз со стороны окон живой тенью. Я даже не поняла, когда и что меня заставило остановиться и замереть на месте окаменевшим изваяньем.

Все мысли, которые ещё недавно роились в моей голове и ежесекундно атаковали моё сознание, были смяты в одно мгновение мощной волной враз вскипевших эмоций и удушающей паники. При чём не просто так и не на ровном месте. Я действительно чувствовала, что что-то за моей спиной разрасталось, перекрывая своими габаритами свет и как минимум половину пространства не менее огромной комнаты. И не просто разрасталось, а принимало осязаемую форму то ли физической тени, то ли нечто более конкретного в органическом понимании этого слова.

Когда в кoмнате практически не осталось каких-либо намёков на освещение извне, я наконец-то нашла в себе остатки сил и смелости заставить себя обернуться. Понятия не имею, сколько простояла до этого, вытаращив глаза, сжав дрожащие пальцы в кулачки и едва не теряя сознания от скользящих по моей коже бесплотных прикосновений нарастающей тени. Я даже чувствовала, как шевелились волосы на моей голове, а мурашки, будто искрящейся волной статического напряжения, охватывали и обжигали моё тело от макушки до пят то ли царапающим ознобом, то ли липким жаром смешанных чувств и усиливающихся страхов. Словно всё это жило своей волей само по себе и отдельно от меня, реaгируя на происходящее за моей спиной неведомыми мне ранее ощущениями. Хотя на счёт неведомых я была не совсем уверена.

Когда я обернулась, всё остальное вдруг потеряло своё первостепенное значение, подобно миру за окном, поглощённому сизым туманом и исчезнувшему в мгновение ока вместе с моей прошлoй жизнью (и мною тоже) под наплывом чего-то более сильнoго, ненасытного и вполне реального…

Я ведь говорила, что никогда не верила в сверхъестественное. Признаюсь честно, я хотела бы не верить и дальше, если бы мне дали право выбирать. Но то, что предстало моим ошалевшим и едва буквально не вылезшим из орбит глазам, назвать чем-то другим, кроме как сверх невозможным и крайне невероятным, просто не поворачивался язык. Я вообще не знаю, чем это было можно назвать. Но оно действительно выглядело настоящим (другого слова и не подберёшь), живым и нереально огромным, и оно взирало с высоты своего пятиметрового роста прямо мне в лицо, вдыхая вместе со мной уплотнившийся вокруг нас воздух. Правда, рассмотреть Его во всех деталях мне так и не удалось. Точнее, перед моим шокированным взглядом всё резко поплыло, моё тело среагировало за меня и само по себе каким-то дичайшим рывком-прыжком куда-то назад и в сторону, а из моего рта вырвался такой оглушающий визг, что даже я не поверила тому, что этот истошный вопль принадлежал именно мне, а не кому-то другому.

А потом всё вдруг почернело, лишь на несколько мгновений заискрившись красными всполохами бесформенных пятен, и я просто провалилась в кромешный мрак.

_____________________________________________

*артесонадо — (исп. artesonado — кессонированный), деревянный наборный потолок с кессонами, часто с резьбой и росписью. Αртесонадо были заимствованы из мавританского средневекового зодчества в 15 в. архитектурой Испании, а затем Латинской Αмерики и других стран.

Невеста Дьявола

"Кто этот красивый странник

С глубокими черными глазами?

Быть может, из Рая изгнанник?

Ибо голос его остро душу ранит…

И что за волшебная птица

Сидела на его изящном плече?