Сердце на рукаве - Джоди Томас

Клинт перевел взгляд на полковника Винтерса и обнаружил, что старик глупо и робко ему улыбается.

Маленькая женщина вытащила оставшуюся бумажку из вазы и развернула ее.

– О, боже мой, – прошептала она с таким же благоговением, с каким обсуждала неизлечимые болезни.

Клинт спокойно стоял, пока мисс Пич прикалывала бумажное сердце ему на рукав. Он был не из тех мужчин, которые позволяют крутить собой, но мисс Пич не знала этого, так как не могла видеть выражения его глаз.

– Вашей возлюбленной на этот вечер будет мисс Аманда Гамильтон. Прекрасная женщина. Прекрасная женщина! Все в этом городе ее уважают.

Клинт хотел напомнить мисс Пич, что имя Аманды Гамильтон осталось последним в вазе. Это значит, что она явно не первая красавица. Закрыв глаза, Клинт ругался про себя. Он и без того ненавидел вечеринки и толпы людей, а теперь придется провести целый вечер, развлекая самую непопулярную и, наверняка, невзрачную девушку в городе.

Мисс Пич вновь потрепала его по руке почти что с сожалением.

– Ее еще здесь нет. Может, она и вовсе не появится. – Казалось, маленькой даме было неудобно за свои немилосердные мысли: – Она прекрасная женщина. Прекрасная женщина!

– Вы это уже говорили, – напомнил ей Клинт.

– Неужели? – мисс Пич оглянулась, отыскивая предлог для исчезновения. – Не беспокойтесь, мистер Мэтьюз. Как только Аманда появится, я тут же ей представлю Вас. В прошлом году она не смогла прийти на бал, но я заставила ее пообещать мне, что она посетит нас в этом году.

– Замечательно, – промямлил Клинт, – представляя, что Аманда Гамильтон – не просто невзрачная старая дева, но и остаток с прошлого года.

Он вспомнил, что когда он пришел, ковбои разливали пунш. Внезапно Клинту захотелось пить.

Он пил и наблюдал за танцующими. Вечер тянулся медленно, и Клинт начал понемногу расслабляться. Своим длинным худощавым телом он подпирал угол и изучал население этого городка. Все вокруг были достаточно приятны. Клинт давно уже уяснил себе, что люди в праздничной одежде ведут себя по-другому, нежели в обыкновенном платье. Некоторые из тех, кто спалил в Канзасе его дом и убил его жену, на следующий день явились на похороны в траурной одежде. Если бы тогда, на похоронах, он знал, кто есть кто, то пристрелил бы их во время службы в церкви.

Тогда Клинт решил для себя, что лучше с людьми совсем не общаться, а оставаться в стороне. Если не иметь с ними дела, они не могут причинить тебе зла. Но прежде, чем Клинт хорошенько усвоил этот урок, ему пришлось ожечься не один раз.

– Мистер Мэтьюз, – позвала его из фойе мисс Пич. – О, мистер Мэтьюз!

Клинт отстранился от стены и посмотрел на женщину. Мисс Пич входила в зал, ведя за собой очередную жертву. В этот раз ею оказалась высокая женщина, которой, как прикинул Клинт, было лет 25–26. Ее каштановые волосы были туго скручены на затылке в узел, а одежда скорее напоминала костюм классной дамы, чем бальный наряд. Прямой жакет делал ее массивной. Незнакомка стояла как высокий кукурузный стебель в клумбе из цветов пастельных оттенков.

Приблизившись, она прямо взглянула на Клинта холодными, как лед, серыми глазами. В ее манере держаться не было мягкости.

– Мистер Мэтьюз, – начала мисс Пич, – я знаю, Вам не терпится познакомиться с Вашей возлюбленной на этот вечер. Могу ли я представить Вам мисс Аманду Гамильтон? Она прекрасная женщина. Прекрасная женщина! Управляет городской газетой и выполняет большую работу.

Клинт знал, что в этой ситуации полагается пожать даме руку и сказать что-нибудь. Однако все, что он мог в тот момент – это смотреть, не отводя глаз, на женщину, стоявшую перед ним. Он ожидал увидеть коротконогую курицу, которая бы хихикала и несла вздор, стряхивая крошки с платья. Но Аманда Гамильтон, если, конечно, не изменит себе, то наверняка останется у него в памяти как действительно прекрасная женщина.

– Извините за опоздание, – произнесла Аманда без намека на смущение. – Мне пришлось закончить номер, который выходит завтра.

– Ничего, моя дорогая, все хорошо. Я так рада, что Вы пришли. – Мисс Пич, как всякая женщина с юга, знала, каким образом нужно притворяться, даже если люди вокруг нее не собирались этого делать. – Мистер Мэтьюз терпеливо ждал Вас весь вечер. Пока вы знакомитесь, я принесу еще напитков. Как всегда во время танцев все пьют больше пунша, чем я рассчитываю.

Она удалилась, оставив Клинта и Аманду смотреть друг на друга. Мэтьюз не мог оторвать взгляда от ее глаз. Они были цвета бесконечного неба в ненастный день. Голубые – точнее, серые. “Бог мой, – подумал он, – в таких глазах немудрено заблудиться”.

– Может… может, хотите присесть? – Клинт заикался, как юнец на первой вечеринке.

– Спасибо, – ответила Аманда, направляясь к стульям в одном из углов зала. Несколько минут она наблюдала, как танцуют пары, больше изучая их, чем наслаждаясь.

Клинт опустился на стул рядом с ней. Ему стало интересно, замечает ли она его присутствие. Казалось, журналистку интересовали все, кроме него. Мэтьюз любил одиночество, но ненавидел, когда его не замечают.

– Могу ли я предложить Вам немного пунша? – попытался он растопить лед, которым веяло от девушки.

– Можно ли мне, – поправила его Аманда. – Да, можно.

Клинт удалился, бормоча: “Ну, знаете, леди, Вам можно захотеть принести его себе самой в следующий раз”. Когда он вернулся, Аманда поблагодарила за напиток и возобновила свои наблюдения за танцующими, даже не пытаясь начать разговор.

Клинт откинулся на спинку стула и с любопытством посмотрел на девушку. Она неплохо выглядела, но была холодна, как январский мороз. Все в ней говорило о том, что она заинтересована в общении не больше его. На ногах ее были высокие с черной шнуровкой ботинки, а не мягкие атласные туфельки, какие носили молоденькие женщины. Если он решит остаться в городе, то постарается побольше узнать об этой особе.

В конце концов Клинт больше не мог выносить молчания.

– Вы не хотели бы потанцевать, мисс Аманда? – спросил он. И в голове мелькнула нелепая мысль: “С кольтом в сапоге?” С другой стороны, он едва ли сможет провести вечер, не сказав ей ни слова.

– Нет, спасибо, – ответила она, не глядя на Клинта.

Злость вскипела в душе телохранителя быстрее, чем он смог бы нажать на курок.

– Ну ладно. Почему бы нам не просидеть здесь, не замечая друг друга весь вечер?

Аманда впервые посмотрела на него. Их взгляды встретились и задержались, будто проверяя, кто первым не выдержит этого испытания. Клинт смог увидеть где-то в глубине ее глаз золотые отблески, похожие на молнию, пробивающуюся сквозь облака.