Сердце на рукаве - Джоди Томас

– До свидания, мистер Мэтьюз.

Заперев дверь, Аманда медленно поднялась по лестнице. Она никогда еще не чувствовала себя такой одинокой, как сегодня. Щеки горели от азарта и злости после спора с Клинтом, и она не могла избавиться от воспоминаний о его поцелуе.

Аманда вспоминала, как он разговаривал с ней во время танца, как целовал в тени, как он ушел, хлопнув дверью, словно не хотел ее больше видеть.

Она никогда не ходила на вечеринки в день Св. Валентина, потому что боялась одиночества, ее пугала роль единственной женщины, которую никто не выберет. Но сегодня она рискнула. И ее поцеловали, будто и вправду она была возлюбленной Клинта. Но тем не менее теперь ей было больно и страшно.

С грустью Аманда подошла к одному из сундуков, в которых хранились вещи родителей. Просмотрев несколько коробок со старыми письмами, она отыскала единственное самодельное поздравление, которое отец подарил ее матери в молодости. Пожелтевшее и потертое, порвавшееся на сгибах, оно было преисполнено любви.

Аманда крепко прижала открытку, стараясь вспомнить родительскую любовь, любовь, которую они дарили ей. Она подавила в себе рыдание. Но их нет, и даже если она будет хранить их вещи, они никогда не вернутся. Аманда ошиблась, полагая, что Клинту не все безразлично. Ничто и никто не значили для него столько, сколько значила для нее эта старая открытка.

Медленно раздеваясь, она дала волю слезам. Ушибы и синяки на теле после драки с неизвестным не могли сравниться с той болью, которую причинил ее сердцу Клинт. Как мог он целовать ее так, как еще никто не осмеливался, а потом уйти, не сказав ни слова?

Аманда легла в постель и натянула одеяло. Дотронувшись до повязки на руке, она подумала, что в нем есть какая-то загадка. То нежный, то через мгновение холодный… Клинт не тот человек, которому можно доверять. Но он сделал то, что ни один мужчина не сделал с Амандой Гамильтон. Он дал ей почувствовать себя женщиной.

Она закрыла глаза и пожелала, чтобы все это случилось не здесь и не сейчас. Когда потекли слезы, Аманда поняла, что для нее и Клинта никогда ничего не будет в будущем. Пистолет стал его неотъемлемой частью, а ей никогда не подавить в себе ненависть к насилию. Ей просто необходимо было остановить междоусобицу, а ему – выполнять свою работу.

В полном расстройстве Аманда стерла слезы с лица, взяла отцовский “Патерсон” и с усилием вытащила из ствола спрятанную записку. Запомнив дорогу к месту собрания фермеров, она настроила себя на мысль о задаче, которую надо выполнить при любых обстоятельствах, даже если какая-нибудь опасность или сотня таких людей, как Клинт, попытаются помешать ей.

Глава 4

Клинт вернулся на вечер и, не заходя в дом, ждал на холоде, пока, наконец, полковник не решил, что пришло время отправляться домой. Охранник возвращался на ранчо, радуясь тому, что у старика не было настроения болтать.

На полпути к ранчо Клинт решил, что продолжать отношения с Амандой Гамильтон – все равно, что играть с огнем посреди сухих прерий. Она упряма, своевольна, вспыльчива. Но в то же время это была единственная женщина, которую ему хотелось обнимать и быть рядом с ней. Он ощущал это впервые с той ночи, как погибла жена. У него было чувство, что если бы беда не пришла к Аманде, то она сама отыскала бы ее. Ему же совсем не нужна была такая женщина.

Экипаж полковника въехал в ворота ранчо почти под утро. Теперь Клинт мог расслабиться: здесь полковник в безопасности. После стольких происшествий Клинт завалился спать, даже не отстегнув пистолет. Но сразу заснуть не мог. Думать о вечеринке с ковбоями ему тоже не хотелось.

Казалось, прошло всего несколько минут, как Клинт заснул, но кто-то хотел его разбудить и пнул носком сапога.

– Мэтьюз, полковник зачем-то хочет тебя видеть.

Клинт, сразу же проснувшись, сел. Он выглянул в окно и заметил, что солнце было уже высоко. Через пять минут телохранитель стоял в кабинете полковника с чашкой кофе в руках.

– Мэтьюз, – полковник поднялся из-за массивного стола и направился к Клинту. – У меня есть для тебя работа. От друзей я узнал, что фермеры планируют этой ночью какое-то собрание. Но есть несколько возмутителей спокойствия, подобных картежнику Лоусону, которые хотели бы превратить это собрание в войну.

Полковник зажег сигару такую же толстую, как собственный палец.

– Так, сынок, знаешь, ведь я не боюсь перестрелок. Я сражался с индейцами за эту землю, и уверен, что могу сразиться и с этими сукиными детьми, но только в том случае, если ничего другого не останется.

Клинт глубоко вздохнул. Он догадывался, что полковник разумный человек, но до сего момента не был в этом уверен. Благоразумие, кажется, умирает, как только дело касается земли. Клинт решил проверить старика.

– Прошлой ночью кто-то вломился в дом мисс Гамильтон, разыскивая сведения о месте этого собрания. – И Клинт облегченно вздохнул, заметив удивление полковника.

– Идиот. На той вечеринке у мисс Пич было достаточно людей, распространяющих эту информацию. – Старик пыхнул сигарой и улыбнулся. – Кстати о мисс Пич. Кажется, мне нравится эта женщина. Она не одобряет междоусобицу. Ей хочется мира, и мне тоже.

Клинт усмехнулся. Он никогда бы не подумал, что этот человек может попасть под женское влияние.

– Что требуется от меня? – спросил он, радуясь, что хотя бы раз в жизни ему не придется вытаскивать пистолет и затевать перепалку.

– Я хочу, чтобы ты поехал в город и снял комнату. Проведи там ночь. Затем завтра сходи на собрание фермеров и послушай.

– Почему бы не послать кого-нибудь из Ваших людей? – Клинт уже подумал о нескольких ребятах, которые смогли бы сделать за него эту работу.

– Там может возникнуть конфликт. Мои парни не плохи, но в городе несколько таких типов, как Лоусон, которые сначала стреляют, а потом задают вопросы. Если такое случится, я хочу, чтобы именно ты задавал вопросы.

– Понимаю, – Клинт поставил чашку и направился к двери.

Он должен быть уверен, что с полковником ничего не случится, и для этого надо было еще кое-что сделать.

– Я хотел бы поговорить с помощниками перед отъездом.

Брови полковника нахмурились.

– Еще, Мэтьюз. Я хочу, чтобы ты проследил за тем, чтобы эта Гамильтон даже не приближалась к месту собрания. Мы расскажем ей о результатах, когда все утрясется. Если там что-то случится, то я не хотел бы прочитать об этом в газетах.

Клинт кивнул в знак согласия и вышел из комнаты, думая о том, каким образом он может не допустить Аманду на собрание, если она уже знает о нем.

Было уже далеко за полночь, когда Аманда задула лампу и уютно устроилась под одеялом. Она знала, что ей необходим отдых, но воспоминание о поцелуе Клинта снова преследовало ее, как и прошлой ночью. Она то засыпала, то просыпалась, и сны становились реальностью, а реальность сном.