(не)Однофамильцы, или кофе с бывшим (СИ) - Лиза Осокина

павлиньи перья, которые он начнет распускать. Я так и не научилась говорить пустые банальности с важным видом. И я проигрываю на фоне таких выступлений как серая мышь. Всё, что у меня есть — это моя репутация. А у меня впервые настолько денежный клиент. Если я покажу себя бледно, считай дорога в высшую лигу для меня закрыта.

— А у кого вы будете? — Несмотря на всю бесцеремонность, нелепые подколки и бесчисленные советы, как я должна вести себя с мужчиной, в случае проблем Настя всегда была на моей стороне. Вот и сейчас, сжала губы, нахмурилась и стоит, постукивает туфелькой, строит планы атаки и обороны.

— У Жабы Горгоновны, то есть у Ростовцевой Жанны Григорьевны.

— Вот и успокойся, — ухмыляется она, — ему точно будет не до тебя. Она не любит красивых мужчин.

— Потому что она ненавидит всех людей в принципе, — прыснула я.

— Это не так, она любит знакомиться с новичками, — подружка коварно улыбнулась.

— Если можно назвать знакомством госэкзамен по всем предметам с публичным аутодафе в конце, — я начала понимать её план и мандраж стал отпускать. Жизнь уже не казалась такой беспросветной.

— Вот именно, — Настя посмотрела на Шумского с нежной улыбкой, — я пожалуй зайду к ней перед заседанием, расскажу, что будет мой одногруппник, который звезд с неба не хватал, а стал успешным адвокатом в Москве. Такое она не упустит.

Дмитрий почему-то улыбки не оценил и нервно поправил галстук. Говорят, что мужчины очень не любят компании смеющихся женщин, потому что уверены, что в этот момент обсуждают именно их. Ну что ж, проверим! Не мне одной нервничать.

Мы обсудили все. Ну вот, его маникюр, например. Интересная же тема? Если делает маникюр, делает ли педикюр? А как ему, когда женщина сидит у его ног? Или белье. Соответствует ли оно дорогому костюму? И что глупее покупать его за пятьсот руб. или за пятьдесят тысяч?

Это было как заклинание против богарта. Вжух и твой самый большой страх рассыпается. Да, у меня меньше опыта. Да, я раньше никогда не судилась за десятки миллионов. Зато это моя территория. Моя тщательно взращиваемая пиранья била хвостом и готовилась к бою.

Пока после очередных хиханек да хаханек, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, что еще можно прокомментировать, и упираюсь носом в самого Шумского.

— Да что тебе на месте не сидится? — вырвалось у меня.

Глава 3

Меня окутывает его запах. Как я завидую тем, кто может «разобрать» аромат на части и сказать тут мох, пион и что-то там еще. Я могу сказать только нравится/не нравится. Но его запах — это какое-то приворотное зелье Хочется завернуться в него, дышать, дышать им, пока он заполнит меня всю. Да что со мной такое? Почему я веду себя как мартовская кошка?

Я поднимаю глаза, сталкиваюсь с его ошарашенным взглядом и широко улыбаюсь:

— В смысле, я хотела сказать привет.

— Лена, Настя. — Шумский берет себя в руки, — прекрасно выглядите.

— Дима, Дима, небо голубое, вода мокрая, мы прекрасно выглядим, — Настя скорбно поджимает губы, — Привет, Капитан Очевидность. Неужели Москва разучила тебя делать комплименты? Или, на самом деле, ты не рад нас видеть?

Дмитрий растерянно смотрит на меня. А я отвожу глаза и прячу улыбку. Такая она, женская солидарность, Шумский.

Ой, я знаю, что он сейчас выкрутится. Включит прожектор своего обаяния на полную мощь, раскроет свой свой павлиний хвост и заболтает нас всех. Он всегда умел нравиться людям. У него это такой же талант, как у других музыкальный слух или фотографическая память. И самое смешное, что я-то как раз была из тех, кто не влюбился в него с первого взгляда. Мне он нравился другим.

И когда он начинает объяснять, как наша неземная красота лишила его дара речи, на нас налетает ураган Вася. По жизни он, правда, Игорь Васин. Но назвать его как-то по другому кроме Васи, язык не поворачивался. Высокий, плотный, громкий, активный и довольно бесцеремонный. С улюлюканьем обнялся с Шумским, поцеловал нас с Настей и… проорал, как мы прекрасно выглядим. Не смеяться рядом с ним было невозможно.

— Я же тоже самое сказал, — шепотом возмущался Дима.

— Но он был искренним, — прошипела я в ответ.

Вася поведал нам очень грустную историю, как злые дядьки-пожарные выкатили ему гигантский штраф и закрыли его замечательный отель. И надо заплатить штраф. Но Вася не готов. Нет, деньги, конечно, у него есть. Но это его честно заработанные Васины деньги, и он хочет, чтоб в дальнейшем так и осталось. Общими усилиями мы вспомнили всех, кто более менее связан с пожаркой и Вася укатил выполнять свой план как и рыбку съесть, и не заплатить за это.

Вася как-то разбил напряженность, и я уже начала думать, что мы с Шумским сможем нормально общаться. Многие же разводятся и как-то разговаривают, иногда даже дружат. Ходили же мы по одной Земле, ну и в одном зале можем пару часов провести. И задать пару вопросов рамках дела.

Но главный вопрос я не могла задать. Всё это время мучительно думала, как невзначай узнать у Шумского, какая у него туалетная вода. Аромат манил меня как кошку валерьянка. Он обещал самый романтичный ужин, самую горячую ночь и самое нежное утро на свете. Я бы брызгала им некоторых товарищей, которые ко мне клеились. Увидев, как горят мои глаза, они сразу подарили бы мне последний айфон, машину и дом у моря. Я бы побрызгала им самые нудные дела и двадцать четыре на семь занималась только ими. Я бы дома еще разбрызгала, и, наконец-то, начала бы приходить пораньше, готовить и наводить уют.

Но в тот момент, как я придумала сто один вариант вопроса «А что у тебя за вода? Что-то знакомое, никак не могу вспомнить», нас пригласили в зал.

Глава 4

— Получается адвокаты сторон у нас Шумская и Шумский. Конфликта интересов нет? Ни брат, ни сестра? Ни муж, ни жена? — судья Жанна Георгиевна, в народе «ласково» прозванная Жаба Горгоновна за неприятную внешность и на редкость мерзкий характер, изучает документы, которые подал Шумский.

Боже, сколько раз нас спрашивали об этом в институте.

— Нет! — мы с Шумским отвечаем вместе и довольно резко. Уже сдержанно я добавляю, — Мы однофамильцы.

— Ну да, ну да, — ехидно цедит судья. Смотрит то на меня, то на него, и удовлетворенно хмыкает, — бывшие, значит. Давно развелись?

Вот же старая жаба! Но как она догадалась?

Шумская