(не)Однофамильцы, или кофе с бывшим (СИ) - Лиза Осокина

— Да какой это отдых, — я начала нервничать, — приедем и будем смотреть друг на друга, не зная о чем говорить. Пять лет прошло, мы по разным углам разбежались, общих тем нет.

— Так в этом и смысл, — усмехнулся Дмитрий, — узнать что нового. Похвастаться, что сделали.

Я только хотела буркнуть, что хвастаться некрасиво, как влезла Милана:

— А можно я с вами?

Глава 16

Я смотрю на переписку в чате, нахожу знакомых и вспоминаю, что о них знаю. Вот сын областного прокурора, он уже стал заместитель прокурора района, и все ждут в этом году его очередного повышения. Просто удивительно как легко складывается его карьера. И таких совпадений в этом списке было много. Кто-то в семейном бизнесе, кто построил свой, кто-то успешно строит карьеру.

Нет, Милана, тебе туда нельзя. Ты захлебнешься слюной и потеряешь сознание от невозможности сделать выбор, а наши мозгоклюйки порвут тебя на тысячу маленьких Милан. Не хочу я тебе такой участи.

Шумский тоже не хочет, поэтому дипломатично говорит:

— Милана, я бы с удовольствием взял вас с собой. Но можно прийти только по личному приглашению хозяина отеля. Вот Елена не даст соврать.

Я машу рукой в знак поддержки:

— Ну что вы, Дмитрий, врите сколько хотите.

Полюбовавшись на его укоризненный взгляд, я зову официантку:

— Скажите, у вас есть попкорн, — и добавляю на возмущенное покашливание Димы, — карамельный. Очень захотелось карамельного вкуса.

Официантка окидывает нашу компанию заинтересованным взглядом и не теряется:

— У нас есть мороженное с карамелью и кедровыми орешками.

Это была не моя проблема, поэтому я могла получать двойное удовольствие: наслаждаться мороженым и наблюдать бой, болея за обе стороны. В правом углу ринга Милана пыталась изображать незаинтересованный вид и доказывала, что она обязательно должна присутствовать на подготовке соглашения, и Дмитрию негоже приходить на встречу выпускников без красивой спутницы, а то люди решат, что он мало зарабатывает. В левом углу Шумский в ответ объяснял, что в лучшем в нашей области загородном отеле с бассейном, хамамом, уютными беседками, рестораном, танцполом и прочими развлечениями будет очень, очень деловая встреча нескольких старых знакомых и ей, Милане, там будет невыносимо скучно. Как рефери я старалась не смеяться.

Шумский оживленно жестикулирует, и в какой-то момент смахивает со стола салфетки. Мы одновременно наклоняемся, чтобы собрать их, и я замечаю, что под кожаным браслетом часов у него есть татуировка. Это так не вяжется с его деловым стилем, что мне хочется понять, что там изображено, но видно так мало деталей. Я понимаю, что Дмитрий заметил мой интерес, и щеки заливает румянец. Только он тоже почему-то смущен. Он стесняется татуировки?

Я собираю салфетки, разлетевшиеся около меня, когда Шумский берет меня за руку. От неожиданности я просто застываю, но он просто вкладывает к моим салфеткам свою часть. Я с облегчением выдыхаю и поднимаю на него глаза. И снова ловлю его внимательный взгляд. Он словно ждет, чтобы я что-то сказала или сделала. Я вопросительно поднимаю брови, но он молчит и очень медленно, как-то нехотя, отпускает мою ладонь.

Воспользовавшись минутой, когда Милана ушла попудрить носик, бывший муж наклоняется ко мне и нахально говорит:

— Ты могла бы помочь.

— Сначала я хотела, — я наивно широко распахиваю глаза и прикладываю руку к сердцу в знак искренности, — но поняла, что Милана и сама неплохо справляется.

— А мне? — Шумский обиженно поджимает губы.

— Неужели такой крутой московский адвокат нуждается в помощи провинциальных коллег? — я скромно опускаю взгляд.

— В помощи? В защите! Мне срочно нужен адвокат! — и без всякого перехода добавляет, — Ты приедешь?

— К Васе? Слушай, это плохая идея. Как ты себе это представляешь? Мы в шезлонгах с бокалом мартини в руках печатаем на ноутбуке? Перекрикивая музыку спорим о суммах? Давай завтра с утра все сделаем, и ты свободен как птица в полете.

Но Дмитрий не сдается. Он тут же пишет в чат «Вася, есть тихое место с интернетом, где можно поработать пару-тройку часов?». Ответ прилетает мгновенно «Ну я же как-то работаю. Найдем».

Переписка в чате продолжает увеличиваться с астрономической скоростью. Неожиданно многие спрашивают обо мне, вспоминают как однажды на восьмое марта я организовала индийский праздник Холи. И маскарад на Хэллоуин. И святочную вечеринку с гаданиями. А приятно, черт возьми, Не ожидала, что это так запомнилось.

Жизнь определенно налаживается. У меня уже практически все получилось с мировым соглашением, мой отпуск гостеприимно распахнул мне свои объятия, погода просто отличная для прогулок, шашлыков и для чего угодно в этом мире, напротив сидит Дмитрий, которым можно безнаказанно любоваться и с которым можно безобидно флиртовать. Настроение как игристое шампанское. Хочется поскорее поменять этот строгое платье на легкий, раздуваемый ветром сарафан, сменить туфли на шпильке на цветные босоножки и устроить какую-нибудь безобидную шалость.

В общем, все было прекрасно, пока кто-то не написал Шумскому «Вита будет?». А он просто добавил ее в чат.

У меня как будто выключили солнце. Все воспоминания пятилетней давности обрушились на меня могильной плитой.

Глава 17

Мы закончили институт и уже начали собирать вещи, чтобы переезжать в Москву, где родители купили Шумскому квартиру, когда обострилась болезнь моей бабушки. Ей ампутировали ногу и мы с семьей стали решать, что дальше делать. Точнее семья думала, что она решает, но для меня этот вопрос не стоял. Я знала, что я буду рядом с ней.

Я была поздним ребенком, мои бабушки и дедушки были очень пожилыми людьми. На протяжении моего детства и юности любящие меня люди уходили один за другим. Каждый раз, когда я понимала, что больше не увижу, не смогу обнять, не услышу их смех, не смогу поделиться радостью или печалью, что я теряю своего близкого человека навсегда, это разбивало мне сердце. Я просто не могла уехать и знать, что она осталась одна со своим одиночеством и болью.

Родителям оставалось несколько лет до пенсии. Бросить работу сейчас означало, что они вряд ли смогут найти что-то достойное потом. Лечение же, лекарства, поездки, анализы, вызовы врача съели все сбережения родителей и продолжали тянуть из них деньги как мощный пылесос. Оплачивать сиделку возможности не было.

Бабушку потеря ноги просто сломала. Из доброй веселой женщины она превратилась в законченную мегеру. Из нее непрерывным потоком сыпались придирки, жалобы и скандалы. Еда слишком горячая или холодная, недосоленая или пересоленая, слишком жидкая или густая. Пыль я вытираю не так, полы мою