Золото Приамурья - Павел Афанасьев

И всё же некоторые золотопромышленники остались верны не только хозспособу, но и вере в технический прогресс. Именно поэтому здесь, на приисках Амура, в конце 1880-х золотопромышленник А. Л. Шанявский первым сделал попытку применить для разработки россыпей экскаваторы. А несколько лет спустя на своих приисках Верхнеамурская компания опробовала первую в России драгу. Еще через несколько лет П. В. Мордин, основатель Амурского золотопромышленного общества, стал владельцем целого дражного флота. Отсюда же, с амурских приисков, стал распространяться по стране и гидравлический способ золотодобычи.

К концу XIX века запасы золота на наиболее крупных из открытых месторождений золота стали заметно уменьшаться, и это стало одной из основных причин появления большого количества средних и мелких золотопромышленников, как правило, бывших служащих крупных золотопромышленных компаний, местных купцов. Они, не имея достаточных средств для организации крупного предприятия, отдавали свои участки на откуп артелям золотничников.

В этих условиях и крупные компании, требующие больших затрат на ведение дел, либо не выдерживали конкуренции и рассыпались, либо отказывались от хозспособа при разработке приисков, предпочитая отдавать их в аренду. Лишь некоторые из таких компаний, имевшие крепкую базу, внедрявшие новые технологии добычи и продолжавшие вести поисковые работы, как, например, Верхнеамурская золотопромышленная компания, благополучно дожили до советской власти. Ещё меньше было таких, которые, как Амурское золотопромышленное общество, сумели в этот период не только появиться на свет, но и успеть заявить о себе.

Ещё некоторое время после установления на Дальнем Востоке советской власти частная добыча продолжала существовать, хотя и в значительно усечённом виде: все прииски стали собственностью государства, которое, не имея возможности вести добычу силами специально созданных трестов, сдавало их в аренду мелким золотопромышленникам, уцелевшим после гражданской войны.

Вообще этот пласт истории в советское время почти не изучался: всё, что касалось золота, считалось секретным. Сейчас положение изменилось. Архивы стали доступны для исследователей, с огромной массы документов снят гриф «секретно». Соответственно значительно больше стало появляться в печати публикаций, которые содержат достоверные исторические данные.

Вместе с тем и современные исследования зачастую грешат некоторой безликостью: в них обычно говорится об истории золотопромышленности вообще, а о тех, кто творил эту историю, упоминается лишь в контексте.

Так, имя основателя Верхнеамурской золотопромышленной компании Дмитрия Бенардаки если и встречается в публикациях дальневосточных историков, занимающихся исследованиями в области истории золотопромышленности, то сведения о нём ограничиваются, как правило, лишь перечнем принадлежавших ему приисков да указаниями на то, что до этого он занимался винными откупами. А ведь созданная им Верхнеамурская компания в короткое время стала крупнейшим золотодобывающим предприятием России.

Сам Бенардаки был при этом незаурядной личностью и оставил после себя добрую память не только в золотопромышленности. Чего стоит только перечисление созданных им благотворительных обществ и выстроенных на его средства православных храмов. Неспроста Александр II пожаловал Дмитрию Егоровичу Бенардаки звание потомственного дворянина.

Не так часто, как следовало бы, вспоминаются дальневосточниками фамилии Сабашниковых, Шанявских и других замечательных во всех отношениях людей.

Предлагаемая на суд читателя книга призвана в какой-то степени восполнить этот пробел.

Золотопромышленники были людьми очень разными, как разными бывают люди вообще. По-разному складывались их судьбы, неодинаковы были и пути, которые привели их к занятиям золотыми промыслами, а иногда и к богатству. Одни, сколотив на золоте огромные состояния, прославились тем, что тратили большую часть своих денег на благотворительность. Другие – на расширение бизнеса. Третьи – большая часть – так и не сумели разбогатеть. Однако благодаря их трудам и усилиям шло развитие края, осваивались новые земли, приумножались богатства России в целом.

Дмитрий Егорович Бенардаки

(1799–1870)

Наш первый рассказ – о Дмитрии Егоровиче Бенардаки, основателе первой на Амуре и некоторое время самой крупной в России золотопромышленной компании – Верхнеамурской, чьи прииски были открыты на небольших речках системы Верхнего Амура, в долине Верхней Зеи и на её притоке реке Уркан. И поныне в Соловьёвске, одном из старейших поселений Амурской области, упоминают урочища – названия бывших приисков: Верхнедмитриевский, Нижнедмитриевский, Николаевский… А на всех торжественных собраниях современного золотодобывающего предприятия «Прииск Соловьёвский» обязательно упоминается фамилия бывшего хозяина этих приисков Бенардаки.

В XIX веке имя предпринимателя и мецената Дмитрия Бенардаки было весьма известно. Не только в Санкт-Петербурге, где у него были дома и завод, но по всей России, буквально от берегов Балтийского моря и до Тихого океана. Да и за пределами страны его тоже знали. Один из первых русских миллионеров, потомственный дворянин, заводчик, пароходовладелец, золотопромышленник, коллекционер, обладатель замечательной коллекции картин западноевропейских художников… Считается, что именно Бенардаки стал прототипом «новых русских»: помещика Костанжогло[1] во втором томе «Мёртвых душ» и другого героя гоголевского романа – помещика Афанасия Муразова. Однако сегодня найти достоверные сведения о некогда широко известном Дмитрии Бенардаки оказалось нелегко.

Родился Дмитрий Егорович (он же – Георгиевич) Бенардаки в июле 1799 года в Таганроге, провинциальном российском городке на берегу Азовского моря[2] [41]. Его отец, грек Георгий (Егорий) Никифорович Бенардаки, ко времени рождения Димитриоса уже полтора десятка лет (с 1784 года) был подданным русского царя.

Надо заметить, что греки – купцы и военные – в многонациональном Таганроге в то время были весьма заметны. Они иммигрировали сюда после русско-турецкой войны 1768–1774 гг., в которой сражались на стороне русских. Однако война не привела к ожидаемому крушению господства Турции в Средиземноморье.

Георгий Бенардаки позже также участвовал в одной из военных кампаний. В 1790 году он командовал судном «Феникс», которое вместе с другими греческими судами встало под знамёна адмирала Сенявина. И после окончания боевых действий и службы в российском флоте Бенардаки в чине майора в отставке (по другим сведениям – в чине капитан-лейтенанта) поселился в окрестностях Таганрога, где был в числе 22 других греков-дворян наделён 261 десятиной земли, получив их в безвозмездное пожизненное пользование.