Монастырь потерянных душ - Джен

Я взяла. Тарелка с едой, чашка с зеленым чаем. Вилка, салфетка. И наручные часы.

— Через двадцать минут собираемся в первом дворе. Найдете?

— Да, — кивнула я, испытывая неловкость, непонятно от чего. Вопросы всплыли потом, когда младший монах ушел. Например, куда девать посуду. И называется ли первым двор, где мы ждали, пока нас расселят. Но догонять его я не стала.

Сначала я поставила поднос на комод и села на кровать. Мешали ноги, к еде пришлось бы тянуться. Но при этом тарелка оказалась слишком горячей, чтобы взять ее на колени. Я огляделась в поисках видеокамеры. Впрочем, в договоре, кажется, говорилось об отсутствии видеонаблюдения. Я читала не слишком внимательно. Мне очень сюда хотелось.

Я сняла поднос с комода и поставила на ковер, а сама уселась рядом, поджав ноги.

Хотелось вспомнить, как сидят японцы перед своими низкими столиками.

Теперь я наконец рассмотрела то, что мне принесли. Довольно большой кусок рыбы с рисом и овощами. Да, это не пансионат с обедом из трех блюд, но мне хватит.

Серый поднос, белые очень простые тарелка и чашка. Часы, которые по размерам подойдут и мужчине, и женщине. Белый круглый циферблат. Широкий темно-серый ремешок. Цвета в монастыре было мало. Цвет — зеленый лес, синее небо — был за окном.

Посуду я оставила на комоде. Можно было ее помыть в ванной, но я понадеялась, что унесут и так.

Внизу, когда я пришла, было человек восемь. Видимо, все решили, что первый двор — это здесь. Разговаривать нам пока никто не разрешал, и, хотя монахи отсутствовали, мы только изредка кидали друг на друга короткие равнодушные взгляды, и снова смотрели кто вдаль, кто вверх на башни, кто на собственные ноги и камни под ногами. Что-то было в этом молчании. Во всяком случае, я не имела настоящих причин, чтобы с кем-то заводить разговор, даже и без запретов.

Хорошо, что нас расселили по одному.

Понемногу собирались и остальные. Появился старший Монах, посмотрел на всех вскользь и недовольно уставился на идущих к нам опоздавших: стройного рыжего парня в короткой кожаной куртке и пепельноволосую девушку, похожую на эльфийскую королевну. Девушка торопилась; парень, наоборот, не спешил, шел едва ли не вразвалочку. Монах, однако, не сказал ему ни слова.

Зато он не дождался, пока парень остановится рядом с нами, и жестом пригласил всех за собой. Рыжему пришлось резко сменить траекторию. Он усмехнулся, но не зло, а так, будто ему понравился ход Монаха. Мы обогнули большое здание справа, и, пройдя мимо узких и длинных построек — каменные бараки? — оказались в другом, круглом дворе. Его форму подчеркивали камни, уложенные концентрическими кольцами.

Больше мне ничего не удалось рассмотреть, потому что Монах шел быстро. В здании, которое снаружи походило на церковь, а внутри — на дом для приемов, мы поднялись по широким ступеням и очутились в зале, в котором кругом стояли двенадцать кожаных тяжелых кресел. Между креслами напротив дверей был проем, в котором находилась вполне университетская кафедра. Или церковная? Впрочем, неважно.

Мозаика во всю стену за кафедрой выглядела куда интереснее. И какие же здесь были высокие потолки! Кто-то прошептал, что не хватает круглого стола, кто-то хихикнул в ответ на это. Монах прервал несанкционированный контакт приказом всем сесть. Кто-то закрыл двери за нашими спинами. Я подумала, что надо будет потом придти сюда в одиночестве, чтобы как следует рассмотреть мозаику: в ней сплелись несколько сюжетов, напоминающих картины Босха. Из кресла смотреть туда было не очень удобно. К тому же Монах явно хотел, чтобы внимание сосредоточилось на нем.

— Сейчас я вам расскажу о правилах здешней жизни. Вы расселены по разным концам Монастыря. Вы будете много времени проводить в одиночестве. Здесь есть библиотека, но доступ туда пока запрещен. Помните, что вы подписали контракты, и не беспокойтесь понапрасну. Если вы захотите писать, то бумагу и ручки можно взять здесь.

Он кивнул в угол на стол, где действительно лежали высокие стопки бумаги.

— Ручки, цветные карандаши и фломастеры находятся в ящиках. Этот зал всегда будет открыт.

Темноволосая смуглая девушка подняла руку. Монах покачал головой.

— Постарайтесь не задавать вопросы, пока вас не попросят это сделать. У вас будет все, что нужно. Можно выходить за пределы Монастыря и гулять поодиночке. В окрестностях безопасно, только не уходите слишком далеко. Еду для начала вам будут приносить в ваши комнаты. Спать можете в любое время, за исключением времени сборов. Сбор по удару колокола. Один удар означает сбор в первом дворе, два удара — в круглом. Вам должно быть это понятно.

— А если три? — громко спросил рыжий парень.

— Вопрос не принимается, — отрезал Монах, и сделал паузу. Все посмотрели на рыжего, тот, кажется, смутился.

— Что ты сейчас чувствуешь? — поинтересовался Монах.

— Ничего, — пожал плечами парень и покраснел.

— Ответь мысленно. Этого достаточно.

Монах оставил парня в покое, и продолжил:

— Иногда вас будут просить собираться в определенное время. Надеюсь, все догадались надеть часы. Разговаривать без необходимости, по-прежнему, нельзя.

Подумайте, прежде чем говорить. Дальше. Любая открытая дверь означает возможность войти. Это касается и ваших комнат. Они запираются изнутри, если вам нужно, и не запираются снаружи. Это сделано прежде всего, чтобы в комнатах вы поддерживали порядок. Ваши вещи никто не тронет. Кроме того, вам могут что-нибудь принести. Следующее. В свободное от сборов время вы можете делать все, что хочется, если это не запрещено правилами. Вас никто не будет принуждать, но, возможно, наши общие занятия дадут вам повод для каких-то действий в одиночестве.

Чем мы будем заниматься, я заранее рассказывать не буду, но предупреждаю, что план довольно гибкий и зависит от того, как вы себя поведете. Важный момент: постарайтесь друг другу не навязываться. Точно так же, как с использованием слов: не находитесь в пределах видимости друг друга в свободное время без крайней необходимости. Вот, пожалуй, все основное…

Он задумался. Трудно было предположить, кем этот старший Монах был в мирской жизни. Может, он родился в Монастыре? А может ли здесь кто-то родиться?

— Еще хочу добавить, что вы должны быть осторожны в отношении своего здоровья.

Первую помощь мы, конечно, окажем, и врач приедет довольно быстро, но контракт на этом прервется и вы отправитесь домой. А теперь последнее на сегодня. Здесь, в боковой комнате, — он показал, где, — есть монастырская одежда. Вы можете подобрать себе одежду и обувь по размеру. Но одеваться так необязательно. Да, когда все вместе пойдете выбирать себе одежду, постарайтесь друг другу не мешать.